Большая книга по истории Ближнего Востока. Комплект из 5 книг - Мария Вячеславовна Кича Страница 141

отпевания, исповеди, прочие таинства и ритуалы. Заколоченные двери церквей ужасно пугали средневекового человека, ибо не сулили ничего хорошего. Но Григорий IX не ограничился интердиктом и послал войска в итальянские владения Фридриха. Тому пришлось срочно покинуть Землю Обетованную и сражаться с папской армией в Европе. Император разгромил неприятельские силы, и в 1230 г. Григорий IX снял с него отлучение.

Тем временем жизнь в Иерусалиме продолжалась, но ни крестоносцы, ни Айюбиды уже не испытывали к нему прежнего жгучего интереса. Доказательством тому – действия Фридриха II и его отношения с султаном аль-Камилем, который относительно легко пожертвовал Аль-Кудсом. Конечно, с 1229 г. город снова стал христианским, но это длилось недолго.

В 1238 г. аль-Камиль умер, и между Айюбидами опять вспыхнули ссоры. Через год – незадолго до или сразу после истечения срока действия Яффского договора – в Палестину вторгся амир[257] Керака[258] ан-Насир Дауд (сын аль-Муаззама и внучатый племянник Саладина). Он легко захватил Иерусалим, поскольку из всех защитных построек там сохранилась только башня Давида. Мусульманский хронист той эпохи Ибн аль-Фурат сообщает: «Он [ан-Насир Дауд] собрал огромное войско и направил его на Аль-Кудс [Иерусалим] (15 декабря 1239 г.). Франки укрепили башню, известную как башня Давида. Дауд обстреливал ее из [осадных орудий], пока она не капитулировала (5 января 1240 г.). Итак, он взял Иерусалим и поставил в нем своего наместника». Египетский историк аль-Макризи говорит, что ан-Насир Дауд занял основную часть города 7 декабря и башню Давида – 15 декабря 1239 г.; в общей сложности осада растянулась на 21 день. «Франкам дарованы их жизни, но не их имущество. Ан-Насир разрушил башню Давида, завладел Иерусалимом и изгнал франков, которые вернулись в свою страну», – добавляет аль-Макризи. В реальности же не все европейцы оставили Палестину.

Тем временем айюбидские раздоры не утихали. Правители Керака, Дамаска, Хомса и Египта враждовали все более ожесточенно, и ан-Насир Дауд убедил сирийских родственников заключить мир с франками, дабы заручиться их поддержкой в борьбе с египетским султаном аль-Маликом ас-Салихом Наджм ад-Дин Айюбом (внуком аль-Камиля).[259] Помимо Иерусалима, крестоносцы получили Сафад (ныне израильский Цфат) и замок Калаат аш-Шакиф (он же Бофор, в наши дни расположен на юге Ливана).

История повторилась: для Айюбидов Иерусалим окончательно превратился в разменную монету. Крестоносцы вернулись в город под предводительством Тибо IV, графа Шампани и Бри, короля Наварры; вероятно, это случилось в период с 1241 г. по 1243 г. Изгнав местных сарацинов, рыцари воздвигли крест над Храмовой горой; аль-Макризи жалуется, что они «поставили бутылки с вином на Скалу [Камень Основания]» и «повесили колокол в мечети Аль-Акса». Аналогичные воспоминания и у Ибн Васила, в 1244 г. ехавшего из Сирии в Каир через Иерусалим и видевшего все собственными глазами. Его не интересовало, что вино нужно для мессы – или почему христиане при богослужении в Куполе Скалы нараспев поминали Святую Троицу. В глазах Ибн Васила и его единоверцев Священный Город был осквернен гнусными язычниками и многобожниками.

Мусульмане гневно раскритиковали соглашение, позволившее европейцам опять занять Иерусалим. В какой-то мере это было повторением реакции 12-летней давности, когда аль-Камиль передал город Фридриху II. Аналогичные эмоции всколыхнули исламское сообщество примерно 730 лет спустя, когда президент Египта Анвар Садат сперва посетил Израиль, а затем подписал с ним мирный договор.

Крестоносцы недолго удерживали Иерусалим – в 1244 г. его отбил ас-Салих Айюб, опиравшийся на свирепых хорезмийских воинов. В конечном итоге буйные хорезмийцы ослабили не только власть Айюбидов над Иерусалимом, но и саму династию, которая пала в 1250 г. Потеря Иерусалима была для преемников Саладина лишь вопросом времени: они не рассматривали Священный Город как сокровище, требующее внимания и заботы, – и, унаследовав от султана титул «защитника Иерусалима», вряд ли ему соответствовали.

Глава 18

Город в хаосе

О Иерусалим, город скорби,

О большая слеза, дрожащая в глазах,

Кто остановит нападение

На тебя, жемчужина религий?

Кто смоет кровь с твоих каменных стен?

Низар Каббани. Иерусалим

Рассказывая о взятии Иерусалима хорезмийцами, Ибн аль-Фурат пишет: «Иерусалим оставался в их [крестоносцев] руках до тех пор, пока хорезмийцы не пришли в Сирию в 641 г. [1243–1244], заключив соглашение с аль-Маликом ас-Салихом Айюбом, правителем Египта, и они напали на Иерусалим и убили тех франков, которые были в нем, очистив Харам аш-Шариф от их скверны».

Хорезмийцы происходили из Хорезма – региона в Средней Азии с центром в низовьях реки Амударья. Тамошнее государство Хорезмшахов[260] существовало в XI–XIII вв. – до монгольского вторжения и присоединения к империи Чингисхана (1219–1221). Вытесненные из родных краев, мусульмане-хорезмийцы частично осели в Ираке и Анатолии (современной Турции), но многие двинулись дальше на запад. Поскольку они прослыли храбрыми и жестокими воинами, то египетский султан ас-Салих Айюб нанял хорезмийцев для борьбы с врагами, включая крестоносцев и айюбидских родственников. «Аль-Малик ас-Салих Наджм ад-Дин Айюб, правитель Египта, отправил хорезмийцам послание, приглашая их в Египет. Они пришли с востока с намерением поступить к нему на службу и пересекли Евфрат», – сообщает Ибн аль-Фурат.

Далее, по словам историка, хорезмийцы разделили свою армию в 10 000 всадников на две группы, одна из которых выдвинулась к Баальбеку, а другая – к Дамаску. Как отмечает Ибн аль-Фурат, по пути они «грабили и разоряли все места, где проходили, убивая и беря в плен». Айюбидские амиры Дамаска, Керака и Хомса срочно прервали военные кампании против египтян и вернулись в свои владения, дабы противостоять хорезмийской угрозе. Предчувствуя неладное, около 300 крестоносцев бежали из Иерусалима; беглецы оказались крайне предусмотрительны – ибо, когда хорезмийцы прибыли 11 июля 1244 г., неукрепленный город пал. Некоторые жители спрятались в башне Давида и продержались там до 23 августа 1244 г., пока захватчики не вытащили их оттуда и не перерезали. Остальных смерть настигла гораздо быстрее.

«Хорезмийцы напали на Иерусалим и предали мечу христиан, да проклянет их Аллах, – пишет Ибн аль-Фурат. – Не пощадили ни одного мужчину, а женщин и детей взяли в плен. Они вошли в главную церковь, известную как Кумама (Гроб Господень), разрушили гробницу, которую христиане считают гробницей Мессии, разграбили христианские и франкские, а также королевские могилы, которые там находятся, и сожгли кости умерших. Таким образом, они принесли исцеляющее облегчение сердцам верующих людей [мусульман], да воздаст им Всемогущий Аллах наилучшую награду».

Овладев Иерусалимом, хорезмийцы истребили, по разным данным, от 6000 до 7000 христиан. Месяц напролет они бесчинствовали. Тех, кто пытался спастись, забрасывали камнями, расстреливали из луков, рассекали мечами на куски – и, по свидетельству госпитальера Геральда Ньюкаслского, «от этой резни кровь верующих [христиан]… ручьями текла по склонам гор». Средневековые хроники содержат душераздирающие сцены насилия, захлестнувшего город и окрестности: захватчики вспарывали животы паломникам, «резали горла монахиням и престарелым и немощным людям, как овцам», «отрубали головы священникам, которые совершали богослужение», оскверняли храмы, а также, «вскрыв могилы королей Иерусалима, потревожили прах умерших и разбросали его…» Повсюду хорезмийцы «творили страшные гнусности». «Их нечестивость нельзя сравнить даже с неверием сарацин», – добавляет Геральд Ньюкаслский.

Опустошив и разграбив город, захватчики продолжили путь в Газу, дабы влиться в султанские отряды, объединившись против амиров Дамаска, Хомса и Керака. В октябре 1244 г. враги встретились у деревушки Хербийя (или, как называли ее франки, Форбия) к северо-востоку от Газы. Египетская армия ас-Салиха Айюба, усиленная хорезмийскими наемниками, разгромила союзное войско других Айюбидов и крестоносцев, оставшихся в Палестине. После сражения несколько уцелевших рыцарей бежали в Иерусалим и заперлись в башне Давида, но хорезмийцы погнались за ними и в итоге убили. В дальнейшем ас-Салих Айюб назначил в Иерусалим своего наместника и передал город наемникам.

Крестоносцы так и не отвоевали Иерусалим, и христиане не управляли им 673 года – вплоть до прихода британцев (1917). Впрочем, Ибн аль-Фурат сообщает, что, несмотря на отсутствие угрозы со стороны франков, хорезмийцы «продолжали творить бессмысленное разрушение». Они требовали у султана большую плату за свои услуги, нападали на селенья, подконтрольные айюбидским чиновникам, и даже осаждали Дамаск, куда им запрещалось входить, – пока в 1246 г. не потерпели окончательное поражение от ан-Насира Юсуфа (правнука Саладина