Римская Британия - Евгений Викторович Старшов Страница 121

только не расслабятся от вялости и окоченения, никогда бы племенам сильнее себя, протянут уже никоим образом не безоружные – чтобы их заковали в оковы – руки, но вооруженные щитами, мечами и копьями, готовые к убийству, сочли и что необходимо оставить нечто для увеличения удобства народу – стену не как другую – за счет общественный и частный, взяв с собой злосчастных туземцев, протянули, построенную обычным образом прямым путем от моря и до моря между городами, которые были собраны здесь же (в основном из-за страха перед врагами), передали трусливому народу внушительные указания и оставили образцы оружия, которое надлежало завести. И на берегу океана у южного берега, который был под властью их кораблей, так как и отсюда надлежало бояться диких варварских зверей, через определенные промежутки ввиду моря, и попрощались, как люди, не намеренные более вернуться» («О погибели Британии», 18).

Посмотрим, каков был римский взгляд на вещи и о чем свидетельствует история. Действительно, готскую опасность для Римской империи в начале V в. преуменьшать никоим образом нельзя, ибо итог ее широко известен – падение Вечного Города в 410 г. (хотя, учитывая, что столицей уже была болотистая Равенна, взятие Рима было больше пропагандистско-трофейным событием, нежели реально стратегическим). Центральной власти в 402 г. пришлось отправить на очередную Готскую войну один легион из Британии, о чем свидетельствует поэт Клавдий Клавдиан, повествуя, как Стилихон собирал войска, что называется, с миру по нитке:

Тако ж и наши полки,

   восприяв разлившиесь слухи

(Толь понуждает к вождю их любовь),

   знаменам поспешавшим,

Сходятся все: Стилихона зрят,

   и дух к ним вернулся,

И ликованья у них с рыданьем

   мешаются слезны…

Рать соседска идет, которую,

   полну корыстей

Вандальских, Реция уж,

   защищенная ею, познала,

И легион, поставленный встречь

   отдаленным британнам,

Что на свирепого скотта

   узду налагает и знаки,

Сталью начертанны, чтет бездыханны

   на гибнущем пикте.

Тож и полки, изведенны во сретенье

   рыжим сигамбрам,

Те, что хаттов кротят

   и послушности чуждых херусков,

Грозы свои сюда устремляют,

   оставив спокойным

Рейн, по отшествии стражей

   боязнью скованный одною.

(«Война Поллентская, или Готская», 404–407, 414–422)

Тогда готско-кельтские орды были разбиты в Италии (где они появились не без подачи Восточной Римской империи, т. е. Византии, откупившейся от них), однако в 405 г. известный ирландский вождь Ниалл Девяти Заложников совершил нападение на южный берег Британии (которая потом десятилетиями будет страдать от него), а в 408 г. Стилихон, кстати говоря, женатый на кузине Гонория и сам отдавший ему в жены двух своих дочерей (посменно), был зарублен в итоге подковерной придворной борьбы – тем самым, выражаясь фигурально, Западная империя сама выпустила из своих ослабевших рук меч. Однако еще до его гибели, в 406–407 гг. пришли в движение центробежные силы в Британии, последовательно выдвинув трех претендентов на императорский престол Запада. Зосим пишет: «В царствование Аркадия, в седьмое консульство Гонория и второе Феодосия, легионы в Британии взбунтовались и провозгласили императором Марка (407 г.), повинуясь ему во всем, но, после того как он не выполнил их условий, его убили и выдвинули Грациана, которому дали пурпурную тогу, диадему и телохранителей, подобно настоящему императору» («Новая история», VI, 2, 1). Тот же автор объясняет причину этого возмущения британских войск: «Ранее, в шестое консульство Аркадия (его коллегой был Проб), вандалы в союзе со свевами и аланами перешли через Альпы и разграбили провинции по сю сторону от них. Они продвигались с таким кровопролитием и творили такие ужасы, что даже войска в Британии, которые тоже были укомплектованы варварами, под угрозой нападения выбрали себе узурпаторов – Марка, Грациана, а затем – Константина» («Новая история», VI, 3, 1).

Ученые нашего времени, А.Р. Корсунский и Р. Гюнтер, несколько иначе показывают причину британского военного недовольства: «Когда к началу V в. войска Стилихона отошли от границы Рейна, чтобы защитить Северную Италию от вестготов Алариха и других племен, он потребовал для этой цели и легион из Британии. По-видимому, местная пограничная охрана функционировала на севере и западе, так как о новых нападениях мы вновь узнаем лишь к концу первого десятилетия V в. К тому же, как было указано, города Британии были обнесены прочными стенами, вследствие чего правительство в Равенне и сочло, по-видимому, возможным отвести оттуда войска. Римская армия в Британии восприняла это как пренебрежительное отношение к себе. В 406 г. выступили два узурпатора – Марк и Грациан, которые, однако, вскоре были убиты. К началу 407 г. произошло… серьезное нарушение границы на Рейне германскими и аланскими племенами. Британская армия вновь пыталась посадить на трон своего ставленника Константина. Утверждают, что он был простым солдатом. Этот претендент на трон императора – Константин III – привлек на свою сторону легионы Британии и весной 407 г. явился со всеми боеспособными частями армии в Галлию».

Орозий дополняет Зосима (пер. с англ. Е.С.): «Пока эти племена неистовствовали в Галлии, а Британии Грациан, гражданин острова, был незаконно сделан императором и [затем] убит. На его место был избран Константин – с нижайшего военного звания, исключительно из надежд, вселяемых его прославленным именем, а не по причине какой-либо его собственной доблести. Лишь только обретя власть, он переправился в Галлию. Там он бывал частой жертвой обмана со стороны варваров, заключавших с ним пакты, ставшие причиной большого вреда для государства» («Против язычников», VII. 40, 4).

Однако сочинение Зосима убеждает нас, что Орозий пристрастен. Впрочем, так же пристрастен язычник Зосим: это тот самый человеческий фактор, от которого никуда в истории не деться. Каждый излагает события со своей точки зрения, отсеивая не вписывающееся в его концепцию, поэтому ко всему надо относиться критически. Что Химке белое, то ему – рябое! Итак, Зосим довольно положительно оценивает деятельность узурпатора в деле отражения варварской опасности во всеимперском масштабе: «Через четыре месяца, будучи недовольными и Грацианом, (британские) солдаты сместили и убили его, а его преемником сделали Константина. После назначения Юстиниана и Небиогаста военными магистрами Галлии Константин оставил Британию и переправился на континент. Достигнув Бононии[130] в Нижней Германии, первого города после переправы через пролив, он задержался там на пять дней и за это время подчинил все войска вплоть до Альп, отделяющих Галлию от Италии. Таким образом Константин, казалось, получил прочную власть над империей, но Стилихон высылает против него