Домашний быт русских царей в XVI и XVII столетиях - Иван Егорович Забелин Страница 115

И государь (т.), слушав челобитные окольничего Богдана Матвеевича Хитрово, указал про то сыскать и стольников, и стряпчих, и дворян московских и жильцов расспросить боярину Илье Даниловичу Милославскому да думному дьяку Семену Заборовскому. «И того ж дни стольник Иван Богданов сын Хитрово боярину Илье Даниловичу Милославскому, да думному дьяку, стольникам, и стряпчим, и дворянам московским, и жильцам подал имяны за своею рукою таковы: имена, при ком говорил Ефрем Юрьев сын Бахметев у церкви Архангела Михаила и на Постельном крыльце про окольничего про Богдана Матвеевича Хитрово: князь Данило Мышетцкой, Кузьма Трусов, Василий Панин, Иван Лихарев, Григорий Вердеревский, князь Семен Болховский, Федор Сомов, Петр Вердеревский, князь Федор Юсупов, Артемий Камынин, Еремей Пашков, Петр Лодыженский, Матвей Шишкин, Иван Рышкеев, Семен Лаврентьев сын Совин, Матвей Исленьев, Петр да Любим Бахметевы, Микита Тургенев». Помета: «157 июля 12 день, подал Иван Хитрой».

И по государеву (т.) указу боярин И. Д. Милославский да думный дьяк стольников, и стряпчих, и дворян московских, и жильцов расспрашивали всех порознь по государеву (т.) крестному целованью. И стольники, и стряпчие, и дворяне московские, и жильцы боярину да думному дьяку в расспросе сказали: «Кузьма Андреев сын Трусов сказал: июля-де в 11 день, как государь был в церкве у Архангела у понахиды и Ефрем-де Бахметев окольничего Богдановых племянников Матвеевича Хитрово, Ивана, а другому имя не ведает, называл дураками, а говорил: „Грозишь-де ты мне Богданом, а я-де Богдана не боюсь, боярин-де Борис Иванович на Богдана меня не променит“; а больши-де того он, Кузьма, никаких речей не слыхал. А на Постельном крыльце он не был. Артемий Богданов, сын Комынин, сказал: июля в 11 день, как государь был в церкве у Архангела у понахиды и в то-де время говорил в церкве Ефрем Бахметев: „Приходя-де ко мне Богдана Матвеевича Хитрово племянник Иван Богданов сын Хитрово и уграживает Богданом, а Богдан-де кем и в люди вышел и того отступился, и хочет-де меня Богдан отлучить от милости боярина Бориса Ивановича, и ему-де и самому вперед двора его не знать“. Да Артемий же слышал от Василья Панина, что говорил-де Ефрем Бахметев, что отпускал Богдан от себя из полку к Москве детей боярских, а те-де дети боярские на Москве были в гильшиках, а больши-де того он, Артемий, ничего не слыхал. Иван Петров, сын Лихарев, сказал: как государь был в церкве у Архангела у понахиды, и в то-де время бранились меж себя Ефрем Бахметев с Иваном Хитрово: „Вы то-де хотите у меня отнять поместье, я-де о том поместье бью челом государю год; а вы-де какие слуги, и лутчей-де ваш Богдан Хитрой и того-де столько службы нет, что моей“. И Иван-де Хитрой молвил: „Запиратца-де тебе Ефрем“. И Ефрем-де молвил: „Не запиратца, я-де ведаю про Богдана и пуще того; разве-де Богдан служил тем, как с Атемара присылал к Москве к боярину ко князю Алексею Никитичу Трубецкому с отписками, как убить боярина Бориса Ивановича“, а кого присылал с отписками и Ефрем-де называл имянем, только-де он, Иван, того не упомнит. Василий Никитин сын Панин сказал: как государь был у Архангела у понахиды и в то-де время в церкве бранился Ефрем Бахметев с Иваном Хитрым и говорил Ефрем: „Вы-де бьете челом государю на меня о поместье: за что-де у меня у слуги отнять и вам не слугам отдать; и лутчей-де у вас Богдан, и тот не слуга, только-де его и службы, что присылал он от себя из полков к боярину ко князю Алексею Никитичу Трубецкому, как убить боярина Бориса Ивановича Морозова“. Князь Данила Мышетцкий сказал: как государь от понахиды прошел к себе в хоромы и на Постельном-де крыльце говорил Ефрем Бахметев: „Хитрые-де ходят за мною скопом и хотят убить; а ныне-де скопом и заговором ходить не велят“. Да тут же-де пришел к Ефрему Иван Хитрой и говорил ему: „Напрасно-де ты, Ефрем, тем нас бесчестишь и лаешь, помнишь ли-де, как родители ваши в Тушино изменяли“. И Ефрем-де Ивану говорил: „Здесь-де вам меня не убить; едва-де я от вас и с площади на Постельное крыльцо ушел“. А больше-де того он, князь Данило, никаких речей от них не слыхал. А ныне-де, июля в 12 день, шел он, князь Данило, в Верх и у Красного-де крыльца у Благовещенской паперти стоял Ефрем Бахметев и говорил: „Бил-де челом государю на меня окольничий Богдан Матвеевич Хитрово о вчерашнем деле и по его челобитью велено сыскать, и говорят-де про меня Хитрые, что я говорил вчерась не о своем уме, а я-де и ныне помню, что вчерась говорил. Чем-де много сыскивать сторонними людьми, вели-де, государь, его и меня принять и за мною-де будет те ж речи, да еще-де и сверх того прибавлю, которых вчерась не говорил, и тот-де сыск будет подлиннее и к делу ближе“. А про кого Ефрем такие речи говорил – того он, князь Данило, не ведает. Микита Григорьев, сын Тургенев, сказал: вчерась-де меж Ефрема Бахметева и Ивана Хитрово брани и никаких речей он, Микита, не слыхал, а ныне-де, июля в 12 день, стоял Ефрем Бахметев у Благовещенской паперти на рундуке и говорил (те же речи, что приведены выше). А про кого Ефрем такие речи говорил – того он, Микита, не ведает. Матвей Захарьев, сын Шишкин, сказал: вчерась-де, июля в 11 день, как государь от панахиды прошел к себе в хоромы, бранился на Постельным крыльце Ефрем Бахметев с Иваном да с Данилом Хитрыми и называл Ефрем Ивана и Данила худяками и не слугами. „Вы то-де хотите у меня поместье сильно отнять и ходите-де за мною семьею и грозите мне Богданом, я-де Богдана вашего не боюсь, не променяет-де меня боярин Борис Иванович на Богдана, и знают-де меня в Арзамасе с вами, как-де я приду в съезжую избу – и вас-де тут и не пустят, а в иное-де время и вон из избы вышлют“. Еремей Афонасьев сын Пашков сказал: вчерась-де, как государь от панахиды прошел к себе в хоромы, рассчитались меж себя на Постельном крыльце Ефрем Бахметев с Иваном Хитрово и говорил Иван Ефрему: „Запиратца-де тебе в давешнем деле“, и Ефрем говорил: „Что-де ты, Иван, грозишь мне отпискою, я-де в том не запрусь, кем-де, свет видит, того же-де велел убить“. А к кому такия речи Ефрем говорил – того он, Еремей, не ведает. Князь Федор Юсупов сказал: вчерась-де, как государь от панахиды прошел к себе в хоромы, рассчитались на Постельном крыльце Ефрем Бахметев с Иваном и с иными Хитрыми, и говорил Ефрем: „Знают-де меня с вами, каков я и каковы вы; что-де ходите за мною скопом