Пьесы болгарских писателей - Орлин Василев Страница 5

С а в а. Короче — «Земной рай».

С л а в к а. Земной рай среди ада войны!

В и т а н. Да-да! Земной рай! Именно так я и назвал свою усадьбу, — это счастливый остров среди обезумевшего мира.

С л а в к а. А потом война взяла да и опрокинула вверх тормашками весь твой эдем.

В и т а н. Война меня не касается! Люди воюют много тысяч лет и будут воевать вплоть до конца света. А мне дана только одна жизнь! Моя! Неповторимая!.. Нет!.. Не война разрушила мое счастье и отняла у меня покой…

С л а в к а. А кто же?

В и т а н. Вот он.

С а в а. Я?

В и т а н. Да, ты, господин архитектор Величков. Ты, моя первая и самая страшная ошибка!

Л и л и. Папа, прошу тебя — остановись!

В и т а н. Нет! Я скажу все, до конца! Пусть все будет ясно как день.

С а в а. Ничего, Лили, пусть говорит.

В и т а н. И скажу!.. Вот вы все занимаетесь тем, что спасаете человечество. А к своим близким вы безжалостны, люты как волки.

С а в а. Ты ошибаешься, дядя Витан. Именно жалость к людям заставляет нас быть иногда безжалостными.

С л а в к а. «Милосердный к злодеям — злодей для милосердных». (Махнув рукой.) А впрочем, ты же все равно этого не поймешь!

В и т а н. Да, я вас не понимаю! Но, может быть, вы меня поймете.

С а в а. Мы-то тебя отлично понимаем.

С л а в к а. Уж не такая ты сложная и загадочная натура.

В и т а н. Нет! Я именно сложен. Сложен и последователен. Итак — являешься ты… красивый, образованный молодой человек. Признаюсь, ты мне понравился. Талантливый архитектор, да еще умеющий бренчать на рояле, разбираться во всяких там симфониях. Я порадовался, но потом увидел, что…

С а в а. Жестоко ошибся?

В и т а н. Да! Ошибся! Я думал, мы станем друзьями, начнем строить вместе…

С а в а (подсказывая). Жилые дома на кооперативных началах…

В и т а н. А почему — нет? Кооперативные или государственные предприятия… Для семьи нужна прочная основа! Нельзя наступать, не обеспечив материальной базы.

С л а в к а. Выходит, ты надеялся получить в зятья кооператора, а получил, конспиратора?

В и т а н. Откровенно говоря, я знал, что он красный… Что-то вроде коммуниста. Но я не думал, что это будет помехой.

С а в а. Тогда чем же я провинился?

В и т а н. Да тем, что ты полез в политику! Вот чем!

Сава и Славка смеются. Лили смущенно опускает глаза.

С л а в к а. Ха-ха-ха! Коммунист вне политики! Это просто умилительно! Эх ты — святая простота!

В и т а н. Посмотрим еще — кто будет смеяться последним! Германская армия под Москвой!

С л а в к а. А-а! Так вот где зарыта собака.

В и т а н. А я в политику и не вмешиваюсь! Пусть себе дерутся сколько влезет. Меня это не касается. Я забочусь только о своих близких, о своей семье.

С а в а. А родина?

В и т а н. Родине я дал моего сына. И — клянусь честью! — он будет достойным заместителем своего отца. Это ради него я пришел сюда! Это его я защищаю здесь!

С а в а. Кто же из нас ему угрожает?

В и т а н. Ты! (Славке.) И ты! (К Лили.) И ты! Да-да, ты! — его родная сестра. Ты навлечешь на его голову несчастье.

Л и л и. О каком несчастье ты говоришь?

В и т а н. Ты не понимаешь? Да ведь если полиция еще раз нагрянет к нам и схватит Саву, мой дом будет скомпрометирован как дом, где живет…

Л и л и. Папа!

В и т а н (не слушая). …да-да!.. — где живет коммунист…

Славка оглядывается на дверь.

…и Бориса могут выбросить из армии! И тогда, скажи мне, как я буду жить? Ради чего?.. Но нет! Я не отдам его вам! Не отдам!

С а в а. Дядя Витан, ты напрасно волнуешься. Полиции больше нечего делать в вашем доме. Я его оставил.

В и т а нг. Оставил! А она все-таки здесь, у тебя. Но и ее я вам не отдам! Хоть вы и увели ее от меня тайком.

Л и л и. Никто меня не уводил! Слышишь ты? Никто! Я не ребенок, чтобы меня могли увести.

В и т а н. Ну вот что!.. Ты должна принять решение сейчас же, немедленно! Здесь, в этой прачечной, или там, дома, — но немедленно. И бесповоротно!

Л и л и. Какое решение? Сава мой муж. И я люблю его!

В и т а н. Этого мало, нужно, чтобы и он тебя любил.

С а в а. И я люблю ее.

В и т а н. Ты ее любишь? И это у вас называется любовью? Нет! Тот, кто действительно любит свою жену, не бросит ее, чтобы гоняться за какими-то… химерами!

С а в а. Химерами? Нет, дядя Витан, ты ошибаешься. Наша борьба — не химера. Это великое народное дело. Химерами занимаешься ты, а не мы. Что ты делаешь? Ты укрылся да стенами своего «Земного рая» и не видишь, не хочешь видеть, что творится на всем земном шаре…

В и т а н. Вот как! Стало быть, я плох, потому что хочу охранять покой и счастье моей семьи? Хочу, чтобы ты вышел из борьбы, отошел в сторону, пока пройдет эта буря?

С а в а. Иначе говоря, ты хочешь, чтобы я дезертировал?

В и т а н. Да какое же это дезертирство?

С а в а. Самое настоящее. Ты хотел, чтобы буря миновала твой дом, хотел отсидеться за его стенами? (Со все возрастающей силой.) И когда? Когда гибнет народ, когда гибнут миллионы людей: поляков, сербов, чехов!.. Пусть гибнут?! Пусть сумасшедший фельдфебель утверждает на земле тысячелетнее тевтонское царство?! Пусть пылают печи Освенцима и Майданека?! Какое нам дело! Ангорские кролики Витана Лазарова дают теплую шерсть для гитлеровских убийц! Так будем же разводить кроликов! Превратимся сами в политических кроликов и дадим фашистам драть с нас шкуру! Ну нет! Я не поверну обратно! Я буду бороться. Трезво, расчетливо, хладнокровно. Я буду бороться за нечто неизмеримо большее, чем твой кроличий рай! Можешь отсиживаться за его стенами, но меня в нем не удержит никакая сила! Никогда!

С л а в к а (взволнованно). Сава, сынок мой! Кому ты это говоришь? Разве он может тебя понять!..

В и т а н. Не понимаю. Не могу и… не хочу понимать!

С л а в к а (с болью). Эх, Витан! Мы детей своих в жертву приносим… От сердца их отрываем… А ты…

В и т а н. И я! Я тоже. Разве я забочусь не о своих детях? (Саве.) В конце концов, ты можешь делать все, что хочешь, — бороться, погибать, но дочь мою…

С а в а (по-прежнему спокойно). Говори до конца. Чего ты от нас добиваешься?

В и т а н. Развода! Моя дочь должна сейчас же начать дело о разводе.

Л и л и. Папа! Ты не имеешь нрава!

В и т а н. Имею! Ты моя дочь!

Л и л и. Дочь, но не рабыня.

В и т а н. Когда отец видит, что его дочь гибнет, он должен сделать все для ее спасения!

Л и л и (в волнении бросается к мужу). Сава! Умоляю — не