Стоики и другие пьесы - Дмитрий Алексеевич Данилов Страница 33

Функции? Да просто сделать из нечитаемого сумбура что-то, что можно было бы хоть как-то читать. Ничего интересного. Если честно, тупо ради денег и выживания. И вот у нас на книжной ярмарке был стенд, начальство попросило на стенде поработать. Ну, как поработать – там делать ничего особо не надо было, там торговали наши продажники, а я так, на всякий случай, если кто-то про книги будет спрашивать, ну, там, проконсультировать, на вопросы ответить. Народу мало было, так что мы там больше кофе пили, чем работали. И вот мы с ним на стенде и познакомились. Пришел и начал расспрашивать про книги. Самый заинтересованный посетитель стенда за всю ярмарку. Такое ощущение, что он про эти книги больше, чем я, знал. Всех авторов знает, восхищается. Это прекрасная книга, так мне помогла в осознании мешающих мне проблем, а это просто чудесная книга, она так помогает ставить цели. Обхохочешься. Ну, я ему поддакиваю, поддерживаю разговор. Выглядел он довольно диковато для книжной ярмарки. Абсолютно черный официальный костюм, без полосок, просто черный, как у охранников и похоронных агентов, белая рубашка и кричаще-красный галстук, тоже без рисунка, сплошной такой. И в руке – огромный коричневый «дипломат», я уже не помню, когда последний раз такие видела. В общем, несет он эту свою пургу, какие у нас прекрасные книги и как мы этими книгами меняем мир к лучшему, какие мы молодцы. Знаете, в этом что-то такое маниакальное было, такой какой-то дикий напор. Я уже думала, что он сейчас нам сам начнет что-то продавать. Но нет, продавать ничего не стал. Вообще, он как-то подуспокоился и перешел в более человеческий режим, начал меня расспрашивать про меня. Чем я занимаюсь, да почему, да как. Ну так, трёп. В принципе, в нем что-то симпатичное показалось. Или просто показалось, не знаю. Уже рабочий день заканчивался, и он меня пригласил в кафе посидеть. Там прямо внутри здания, где ярмарка, было кафе такое нормальное, ну, я из любопытства согласилась. Уж больно персонаж странный, заинтриговал. Пришли, сели, он сразу стал мне про ЗОЖ рассказывать, какой он его, ЗОЖа, сторонник. Говорит, что алкоголь вообще не употребляет, пьет только свежевыжатые соки и зеленый чай. И сейчас будет пить апельсиновый фреш и зеленый чай. А вы что будете, спрашивает меня? Я ему говорю, что если вы будете апельсиновый фреш и зеленый чай, то я возьму сто пятьдесят коньяка. Я, честно говоря, просто стебалась над ним. Ну и дальше был какой-то совершенно сюрреалистический разговор. Я спросила, чем занимается, он сказал, что бизнесом. Я пыталась выяснить, что за бизнес, но он все как-то уходил от прямого ответа. Говорит: это такой бизнес, связанный со здоровьем. Что, медицинский центр у вас, что ли? Нет, это, говорит, такой бизнес, новый совсем, который открывает каждому человеку безграничные бизнес-возможности. Может, сетевой маркетинг, спрашиваю? Нет, это вообще такой совершенно невиданный бизнес, но мы еще не открылись, ведется большая подготовительная работа. Ну и все в таком духе. Про саморазвитие толкал. Спрашивает: а у вас есть цели на неделю, месяц, год? Я говорю в том смысле, что каждый из нас может в любой момент помереть, и вообще, хочешь рассмешить Бога – расскажи Ему о своих планах, а он начал: вот, люди не хотят планировать, поэтому и не добиваются успеха, идут по жизни как впотьмах, не видя цели и направления движения… Ну вот всё это. В таком духе. Это поначалу смешно и забавно было, но только поначалу. Утомил он меня своим неумеренным бодрячеством и оптимизмом. Тем более что он начал ко мне уже вполне конкретно подкатывать – вы такая интересная женщина, а не могли бы мы продолжить в более приватной обстановке, давайте я вас провожу, это уже как-то не смешно было, а мерзко, в общем, я попросила вызвать мне такси, ну и на этом вечер наш закончился.

На следующий день опять приперся к нам на стенд, опять в том же костюме и галстуке, опять говорил про книжки наши и саморазвитие, но уже как-то поспокойнее. Потом попросил меня с ним на минутку тет-а-тет поговорить, мы отошли, он мне стал рассказывать, что пишет книгу о постановке целей (говорит, «работаю над книгой») и ему просто необходимы советы такого опытного и умного редактора, как я, в общем, выпросил у меня телефон. И ушел. Потом звонил несколько раз, пытался встретиться, но я его вежливо посылала. Раза три, может быть, позвонил, потом перестал. Нет, не преследовал.

Вот и все наше общение. Нет, больше ничего не было. Я вам всё рассказала, всю историю. Если это можно назвать историей. Больше ничего не знаю. Впечатление… Как вам сказать. Странное впечатление. Вроде смешно и нелепо, но что-то странное в этом было. Ну просто таких людей как бы не бывает. То есть на самом деле таких. Это было знаете на что похоже? Как будто плохой актер пытается безуспешно освоить актерское мастерство. Нет, мне приходилось в жизни общаться и с фанатами ЗОЖа, и с адептами психологии успеха, и с сектантами тоже. Но тут что-то другое было, не знаю, как объяснить. Это не просто искусственность, а… Вот даже не знаю. Наверное, я просто усложняю. Просто вот такой человек. Чего в жизни не бывает. Нет, других странностей я не заметила. Мне кажется, я и так вам много разных странностей описала.

М. Да, это наш прихожанин. Ходит к нам в церковь. У меня исповедуется регулярно. Что? О Господи. Господи, Господи… Царствие Небесное. Суицид? Да… новость вы мне принесли. Ну давайте, задавайте, что делать. Ну вообще, конечно… да… Пойдемте, вон там присядем.

К нам в храм ходит где-то лет, наверное, пять. Довольно регулярно, мне трудно отследить, у нас приход большой, за всеми не уследишь, да и задачи такой нет, но я его регулярно вижу. Приходит, исповедуется и причащается. Теперь уже в прошедшем времени, к сожалению. Нет, в жизни прихода не участвовал, только на службы ходил. У нас многие так, это нормально. Не у всех время есть, и желание, и силы. Мы никого специально не вовлекаем. Хочет человек просто на службы ходить, причащаться – пожалуйста. Я про него мало что знаю. Мы подробно никогда с ним не разговаривали. Когда только начал ходить, спросил его, кто он, чем занимается. Он не стал особо мне душу раскрывать, да мне и не надо. Семьи нет. Работа какая-то обычная, кажется, была. Менеджером вроде. Если честно, я не помню уже. Вы же