Обзор главнейших кампаний и сражений парового флота - Михаил Александрович Петров Страница 44

Но и в кругах главного морского штаба не было по этому вопросу единомыслия. Эти мнения тонули в общем хаосе дел, часто не выходя из недр штаба и оставаясь без какого бы то ни было влияния на ход событий.

Что касается сухопутного плана, то в основу было положено предположение, что флот не помешает свободной высадке десанта, что главные операции противника будут направлены на Порт-Артур, что против Владивостока он ограничится демонстрацией; что наиболее вероятный район высадки – у Инкоу, почему считалось успехом, если его удастся принудить к высадке у Ялу. Предполагалось, что боевая численность японских войск не превысит 122 тысяч.

Русская армия к моменту начала войны предполагалась в составе (в Маньчжурии) 28 тыс., вследствие чего для первого времени был предположен оборонительный образ действий. Переход в наступление предполагался только тогда, когда будет сосредоточено на южно-маньчжурском театре 145 т. против 122 т. японских, что ожидалось на шестом месяце войны.

План, выработанный для Квантунской области, сводился к защите Киньчжоуского перешейка и далее позиции по направлению к Артуру.

Однако затем план военных действий в Маньчжурии был изменен. В основу нового плана легла справка, данная начальником морского штаба наместника, адмиралом Витгефтом, о степени сопротивления нашего флота японскому десанту, в которой он сообщал, что: 1) высадка неприятелем десанта в Инкоу, кроме отдельных судовых партий, невозможна, 2) высадка в Корейском заливе также немыслима, 3) если же наш флот будет предварительно разбит, то задержать высадку, или значительно замедлить ход ее операций, уже невозможно, и роль остатков флота будет производить тревогу и частые нападения на его морские сообщения единичными судами и миноносцами. «Но возможности разбития нашего флота японским в районе Желтого моря и Корейского пролива даже при теперешнем соотношении сил я лично не допускаю», – писал Витгефт.

Новый сухопутный план намечал сосредоточение главных сил на линии Хайчен – Лаоян и выставление авангардов к реке Ялу. Сущность предстоящей в первый период операции сводилась к обороне фронта, обращенного в сторону Японии и имевшего на флангах Владивосток и Артур, а в центре – линию Лаоян – Хайчен – место сосредоточения сил на Дальнем Востоке. Наибольшая численность японской армии признавалась по этому плану 156 батальонов, 56 эскадронов, 684 орудий, 13 инженерных батальонов, причем в расчет брались только полевые войска: ни о резервах, ни о запасных японских частях не упоминалось. Исходя из определенной численности японской армии, план предполагал, что японцы, развивая главный удар по одному из направлений, выставят против другого объекта действий простой заслон.

Сухопутными штабами вопрос о действиях морских сил за это время не рассматривался. В противоположность предыдущим планам считалось, что господство на море никоим образом не будет приобретено японцами и что сосредоточение наших войск на линии Лаоян – Хайчен пройдет беспрепятственно, в полной безопасности, и что нигде и ни разу вплоть до подхода к нам дальнейших подкреплений, мы не будем иметь перед собой столь превосходного по силе врага, который мог бы совершенно не позволить выполнить ту или иную из задач, возложенных на наши отряды.

Новый план, одинаково с морским планом, предусматривал лишь нормальный случай состоявшегося объявления войны той или другой из сторон и не останавливался на случае, если бы Япония без формального разрыва уже начала осуществлять часть тех задач, которые предстояли ей в первый период войны.

В докладе царю военного министра Куропаткина о плане войны (летом 1903 г.) было сказано… «мы должны держаться против Японии оборонительного образа действий, хотя мы и выдвигаем свои войска на линию Мукден – Лаоян – Хайчен, но отстоять южную Маньчжурию в первый период войны, если туда вторгнется вся японская армия, мы не можем. Мы должны, как и два года тому назад, готовиться, что Порт-Артур будет отрезан на довольно продолжительное время и, не допуская наши войска до частного поражения, должны отступать по направлению к Харбину до тех пор, пока прибывшими с тыла подкреплениями не будем усилены настолько, что получим возможность, перейдя в наступление, разгромить японцев.

Уже после объявления войны Куропаткин представил следующую записку о плане войны:

«План кампании должен быть простой:

1) Борьба флотов за главенство на море.

2) Десант со стороны японцев и противодействие ему.

3 Оборонительные действия с широким развитием партизанских действий до сбора достаточных сил.

4) Переход в наступление:

а) вытеснение японцев из Маньчжурии,

б) вытеснение японцев из Кореи.

5) Десант в Японию. Разбитие территориальных японских войск. Борьба с народным восстанием»…

Мы подробно остановились на плане кампании русского флота и армии, хотя изложение самих событий предполагаем сделать вполне конспективным. Планы эти имели крупное принципиальное значение, содержали в себе основные взгляды командования и отношение его к задачам войны вообще.

Рассматривая их, можем заключить:

План сухопутный и план морской не согласованы между собой. Военное ведомство ограничивается формальным запросом начальника штаба Витгефта о том, что можно ожидать от флота, и далее не входит в рассмотрение действий на море. Сухопутный план рассматривается и утверждается в Петербурге, где ничего не известно о плане флота.

Морское командование, совершенно правильно оценивая обстановку за неприятеля и учитывая вероятные направления высадки, которые в действительности оправдались, в то же время не сообразуется с сухопутным планом, что видно из того, что задачу противодействия высадке оно не связывает со степенью накопления русских сухопутных сил, решая ее отвлеченно.

Общее командование на месте было объединено еще до войны властью наместника, адм. Алексеева, явившегося главнокомандующим армией и флотом на Дальнем Востоке. Казалось бы, уже поэтому должно было быть достигнуто тесное согласование этих планов. Но по причинам, объяснение которым можно найти лишь в традиционном разрыве между работой сухопутных и морских штабов, этого не произошло.

2) Сухопутный план – оптимистичен. Силы врага оценены с заведомым преуменьшением (не учтены резервы), причем сделан допуск с ошибкой против действительности почти в 8 раз (вместо предполагавшихся 122 тысяч, Япония к концу войны имела переброшенной на театр войны армию около миллиона). Допущено предположение, что ничто не будет мешать спокойному сосредоточению русских войск в Маньчжурии, и что они не потерпят ни одного поражения прежде, нежели это сосредоточение будет закончено.

Совершенно иное содержание морского плана. Здесь заведомо отбрасывается стремление к бою с японским флотом, откидывается идея перенесения базы ближе к Корейскому проливу, не предусматривается оборудование маневренных опорных пунктов, хотя бы сколько-нибудь выдвинутых к вероятным путям переброски японских войск. Флот остается в Артуре. Над всеми соображениями довлеет мысль о превосходстве японского флота.

3) В русском