Сталкеры военной операции - Юрий Евгеньевич Головин Страница 37

Мы пожали друг другу руки и разошлись.

В дороге я размышлял о его словах. Действительно, как же важно, когда человек на своем месте. И это касается любой профессии и должности. Повар, пулеметчик, командир, снайпер, оператор БПЛА, фельдшер. Именно люди на своих местах сейчас куют нашу будущую Победу и благополучие нашей страны. Я закрыл глаза и представил, что война закончилась, а мы с товарищами пришли в ресторан, в котором будет работать Игорь. На самом видном месте среди армейских фотографий будет висеть полка с краповым беретом (с такой устремленностью и жизненной энергией, я думаю, он обязательно достигнет своей заветной цели). На нашем столе будут стоять те самые лебеди и салат с заправкой из томатного щербета. Игорь достанет микрофон и зачитает нам свой искрометный рэп.

– Повар из спецназа, – прервал мой полусон зампотыл.

– Звучит как название остросюжетного фильма, – улыбнулся напарник.

– Да, только это реальность. Знаете, я искренне горжусь, что среди нас служат такие талантливые люди, для которых выбор между карьерой и защитой Отечества более чем очевиден, – добавил я.

Вечерело, в поле все так же копошилась сельхозтехника. Над дорогой вновь пролетели вертолеты, на этот раз возвращаясь домой. Шел четвертый год спецоперации.

Лето 2025

Дед

Была у меня такая идея фикс, поработать в боевых порядках спецназа Росгвардии, участвующих в специальном адресном мероприятии по поиску и поимке подозреваемых в пособничестве ВСУ. Снять не халтуру, от которой веет «постановой» за версту, а реальный «заход на адрес». Однако специфика мероприятия подразумевает определенную внезапность, кроме того, это всегда работа с «взаимодействующими».

Тем не менее я каждую неделю названивал заместителю командира одного из отрядов с просьбой взять нас собой. В какой-то момент майор ляпнул, что у них нет места для «ненужных» единиц.

Я досчитал до десяти и положил трубку. Вспомнились наставления начальника: «Хочешь завалить задачу – позвони по телефону». Да, нужен личный разговор. Только тут не в соседний кабинет сбегать, как в мирной жизни, надо ехать в отряд.

Мой напарник, офицер весьма спортивного телосложения, к середине командировки отрастил густую бороду.

– Поехали к спецназовцам, пообщаемся. Авось они тебя за своего примут, – схохмил я, держа в уме, что в каждой шутке лишь доля шутки. Моего коллегу уже несколько раз принимали то за разведчика, то за офицера спецназа.

И вот нас встречают в вотчине отряда. Навстречу нам вышел тот самый майор. Здоровый небритый дядька с седой бородой, в черной майке с изображением волка, в армейских сланцах и с кружкой кофе в руках. Судя по исходящему от него пару, он только что вышел из бани. Офицер повел нас к командиру, который в этот момент тягал железо на спортуголке. Вместо блинов на штанге какие-то болванки крупнокалиберных снарядов. Мы терпеливо ждем, когда он закончит очередной подход. В какой-то момент мой напарник подпрыгивает на перекладину между двумя деревьями и без особого напряга подтягивается несколько десятков раз.

– Ты к нам в отряд, что ли, пришел поступать? – посмеялся, оторвавшись от штанги, командир спецназа.

– Мы с вами хотим на СПАМ, – вставляю я свои пять копеек.

Полчаса и мы уже общаемся по именам и на «ты». За это время мы выяснили десятки точек соприкосновения, сослуживцев и друзей. Прям как в советском анекдоте, что если два незнакомых офицера за двадцать минут разговора не нашли общих знакомых, то один из них иностранный шпион.

Ко всему прочему в «качалку» пришел боец, с которым мы полгода вместе колесили в дальней командировке. Братаемся с ним, как старые друзья.

Седобородый майор дипломатично изобразил, что разговора про «ненужных» единиц не было, назвав нас «своими ребятами».

– У нас в технике каждое место на счету, поэтому давайте договоримся, что вы едете не просто снимать, у каждого с собой «длинный», экипировка и все необходимое, – слова командира подтвердили, что мы не зря нагрянули в отряд.

– Выезжаем в три утра, – вдогонку крикнул майор, дав понять, что поспать сегодня вряд ли удастся.

Вечером я решил перевесить подсумки под магазины и аптечку на бронежилете, чтобы было удобней двигаться, напарник же ковырялся со шлемом, ставя на него активные наушники и экшн-камеру.

– Ну вот, опять намотались на приключения, – посмеялся я.

– Число наших микромортов увеличивается с каждым таким выездом, – не отрываясь от своего занятия, пробормотал коллега.

– Микромортов? Это что-то со смертью связано? – уловил я в незнакомом слове итальянское «мортэ».

– Именно, есть такая теория, что чем больше рискуешь, тем больше шансов, что все закончится гибелью, – продолжил напарник.

– Я в прошлой командировке специально перечитал главу «Фаталист» из «Героя нашего времени» Михаила Лермонтова. Пока еще никому не удалось предсказать смерть. Все остальное придумки и фантазия. Дождаться прилета можно и здесь, никуда не уезжая. Сколько микромортов у нас сейчас? – выразил я свою точку зрения.

Товарищ спорить не стал, лишь ложась спать, буркнул, что я зануда, как старый дед.

Мне показалось, что я только закрыл глаза, как предстояло вставать и выходить. Нацепив на себя бронежилет, шлем и рюкзак с фото- и видеоаппаратурой, я перекинул через плечо ремень автомата. Со всем этим добром предстояло ходить весь предстоящий длинный день.

* * *

И снова за окном броневика «Тигр» уже до боли знакомые пейзажи разрушенных боями деревень. Кого мы тут ищем? Ведь, кажется, что вряд ли кто-то мог остаться здесь жить.

Но вот через потрепанный войной перелесок мы выруливаем по грунтовой дороге к деревеньке, в которой чудесным образом сохранились жилые дома.

У бойца, сидящего напротив, натужно пищит дрондетектор, не предвещающий ничего хорошего. Мы выпрыгиваем из транспорта в стороны. Стрелки с охотничьими ружьями рассредоточиваются вдоль улицы. Вперед во двор влетает пикап с пулеметом «Корд» в кузове. Группы расходятся по окрестным дворам.

Напарник бежит с камерой за одним из бойцов, который рванул к одиноко стоящему сараю.

– Подожди, ты что, туда один пойдешь? – окликнул его мой товарищ.

– Нет, конечно, не один, с тобой. Давай прикрывай! – с этими словами он аккуратно юркнул в раскрытую настежь дверь сарая. Напарник с автоматом наперевес кинулся следом. Внутри их ждал удушливый трупный запах.

«Я был уверен, что в погребе мы найдем горы мертвяков», – признавался потом коллега.

Они готовились к худшему. Но вот мощный фонарик спецназовца выхватил во тьме гору мокрых гнилых картонных коробок, в которых когда-то хранилась еда. Кругом были брошенные лежанки и матрасы. Здесь явно когда-то жили люди, сейчас же здесь царствовали крысы.

Сам я зашел «на адрес» с основной группой. С нами работали двое