Калининград – форпост России в Европе - Александр Борисович Широкорад Страница 28

Срок передачи Кёнигсберга Пруссии первоначально был установлен 7 июля 1762 г.

Новым губернатором Кёнигсберга 6 января 1762 г. был назначен генерал-поручик граф Пётр Иванович Панин, младший брат Никиты Ивановича Панина. Именно ему пришлось заниматься проблемой эвакуации Кёнигсберга и области.

31 мая Панин, получив известие о мире и о возложенных на него обязанностях по «передаче королевства прусакам», обратился к самому Петру III с просьбой разъяснить некоторые «пункты». Он спрашивал о том, что делать с артиллерией, боеприпасами, вооружением (в трактате говорилось о передаче только городов, земель, крепостей). Вывозить их или передавать?

В казне имелись наличные, остались запасы соли, в Кёнигсберге выпускалась российская монета – на монетном дворе находилось 1000 пудов меди (продажная цена 10 руб. за пуд); имелись запасы муки – 4813 четвертей, овса – 28 288, ячменя – 1431. Куда девать эти запасы? Как быть с больными и ранеными (в Кёнигсберге – 833, Пиллау – 255, Мемеле – 198, всего 2154 человека)? Губернатор требовал указаний, куда отправить русские церкви и их утварь, куда направить чиновников, дела.

7 июля Панин передал свою должность назначенному вместо него Ф. М. Воейкову. Сам Панин получил распоряжение убыть к войскам, которые, по замыслу Петра III, должны были готовиться к войне с Данией из-за голштинского наследства.

Курьер с известием о перевороте прибыл в Кёнигсберг 14 июля. К присяге Екатерине II были приведены только российские подданные. Новой императрице явно не светила война с Пруссией, и Екатерина отправила специальный рескрипт Фридриху II, где говорилось: «…мы заключённый мир с его величеством продолжать будем свято и нерушимо».

Портрет графа Павла Ивановича Панина. Худ. Фёдор Рокотов

Вывод русских войск начался в августе 1762 г. Однако завершить его удалось только в 1763 г.

Тут возникает весьма сложный исторический вопрос – была ли права Елизавета Петровна, присоединив к России Восточную Пруссию? Как мы уже видели, к концу 1761 г. Фридрих Великий был на грани поражения. Поэтому вполне вероятно, что если бы осенью 1761 г. Елизавета не умерла, то в 1762 г. был бы заключён мир, по которому Восточная Пруссия стала бы русской губернией.

Но вот сумела бы Российская империя её удержать? Ведь Восточная Пруссия к тому времени была с трёх сторон окружена землями Речи Посполитой и не имела сухопутных границ с иными государствами. А по морю сообщение Восточной Пруссии с Россией могло осуществляться лишь с июня по ноябрь. Так что без полного раздела Речи Посполитой, осуществленного в 1795 г., удержать Восточную Пруссию было практически невозможно.

Самый же важный здесь вопрос – а зачем вообще России Восточная Пруссия? Ну как же! Это далеко выдвинувшийся на запад бастион, защищавший Россию. А главное, русские императоры становятся полноправными германскими монархами и смогут на законном основании вмешиваться в дела всех германских гособразований.

Увы, Восточная Пруссия с немецким населением, включённая в состав России, привела бы к германизации нашей страны. И так Пётр I и его наследники привели к руководству Россией, её армией и наукой немыслимое число немцев. Внутри империи уже существовало немецкое царство на территории Прибалтики.

Сейчас ряд либеральных авторов утверждают, что де немецкого засилья на Руси в XVIII–XIX веках вообще не было, и что против мудрых и достойных германских баронов выступали лишь писатели-неудачники и узколобые купцы с Охотного ряда. На самом же деле против немецкой мафии выступали подавляющее большинство русских дворян и вообще все лучшие люди России – ученые от великого Ломоносова до хирурга Пирогова, писатели Пушкин, Лермонтов, Достоевский, Толстой, Гончаров, Чехов и др., и, что самое важное, талантливые генералы и офицеры – Румянцев, Потёмкин, Суворов, Кутузов, Скобелев и т. д.

Вся Россия пересказывала диалог между Александром I и Ермоловым: «Как же мне наградить вас?» «Ваше величество, произведите меня в немцы!» Как известно, «наш ангел» мог без всяких объяснений отправить в ссылку любого царедворца, того же Палена или Сперанского. Но тут самодержавная власть царя кончилась – струна была слишком сильно натянута. Александр вспомнил участь отца и деда и счёл за лучшее промолчать в тряпочку.

Ещё Ломоносов в своих одах, пусть архаичным языком, но с гневом обращался к иностранцам, особенно к немцам, что сделали они для России, которая великодушно их приютила и

Даёт уже от древних лет

Довольство вольности златыя,

Какой в других державах нет.

Вместо того, чтобы быть благодарными русскому народу, они стремятся унизить и подчинить его себе:

И вместо чтоб вам быть меж нами

В пределах должности своей,

Считать нас вашими рабами

В противность истины вещей.

Присоединение Восточной Пруссии с немецким населением неизбежно привело бы к тому, что наглые и чванливые прусские дворяне толпами рванулись бы в Петербург «на ловлю счастья и чинов». А русские монархи ещё более увязли бы в германских делах. Вне всякого сомнения, это переполнило бы чашу терпения как дворян, так и народа, и с династией внебрачных дочерей Петра I было бы покончено навсегда.

Но, как говорится, история не терпит сослагательного наклонения. После 1991 г. действия Елизаветы Петровны в Восточной Пруссии оказались идеологически востребованы. И в 2003 г. в Балтийске (бывшем Пиллау) началась постройка огромной медной статуи Елизавете Петровне работы армянского скульптора Георгия Франгуляна. Высота её от копыт коня до треуголки на голове царицы составляет 6 м 35 см, что на 1 метр больше, чем у «Медного всадника» в Петербурге. Общая высота статуи с постаментом – свыше 14 м. А в самом постаменте-форте собираются открыть ресторан.

Памятник императрице Елизавете Петровне в г. Балтийске Калининградской области. Автор: Н. Уварова

Остроумные калининградцы (кёнигсбергцы) смеются, что Елизавета поставлена лицом к Европе, а к городу и ко всей России – толстой ж…

Глава 7. Наполеоновские войны

Фридрих Великий умер бездетным 17 августа 1786 г. в возрасте 74 лет в Сан-Суси. Как и предполагалось, преемником стал его племянник Фридрих Вильгельм II. Новый король перенёс свою резиденцию из Сан-Суси в Берлин, вызвав большое воодушевление у берлинцев. Король отменял ненавистные налоги, раздавал ордена, награды и титулы.

Перестройку своей столичной резиденции Фридрих Вильгельм поручил архитектору Карлу Готтгарду Ланггансу. Фридрих Вильгельм любил архитектуру и разработал обширную строительную программу по преобразованию Берлина.

В отличие от Фридриха, считавшего, что «каждый спасётся на свой манер», Фридрих Вильгельм заявил о приверженности Реформации. Тем не менее своим эдиктом о религиях