Тренер Гильдии Фамильяров - Сергей Харченко Страница 48

Я остался один в полумраке тренировочного зала. Точнее, не совсем один. Со мной же чешуйчатая кроха, которая соскучилась по тренировкам.

Включил освещение. Люминесцентные лампы вспыхнули под потолком, одна за другой.

— Теперь наша очередь, красотка, — произнёс я, вынимая Искорку из переноски.

Саламандра радостно пискнула, разминая затёкшие лапки. Пока она вышагивала по полу, я прошёл к пульту, включил режим с мешками, выкрутил регуляторы «блуждающих мишеней» на максимум.

В голове всплыли слова Покровского из того будущего, которое мы сейчас пытаемся предотвратить: «Ядро нельзя держать в стагнации. Оно как мышца — либо растёт под нагрузкой, либо атрофируется».

Я навёл на Искорку смарт-браслет. Голографическое окошко вспыхнуло над ним.

[Вид: Саламандра огненная, боевая линия — Класс: Фамильяр.

Ядро: Уровень 3.

Сила: 7 — Ловкость: 7 — Живучесть: 8 — Энергия: 6]

Нажал на «Дополнительные показатели».

[Состояние Ядра: стабильное.

Уровень стресса: 1,1 %]

Уровень стресса увеличился на один процент. Искорка волновалась перед испытанием, что вполне естественно.

Впереди на тросах качались три кожаных мешка. Цель была амбициозной. Добраться до каждого и попасть точно в цель, причём умудриться сохранить контроль и не устроить пожар в тренировочном зале.

Я передал задание Искорке, которая взглянула на меня умными глазами, слегка кивая. Она постарается сделать всё чисто.

Я щёлкнул тумблером «Пуск». Механизмы под потолком взвыли, тросы жалобно заскрипели, заставили кожаные мешки с мишенями один за другим сдвинуться с места. Они приближались, набирая скорость и вычерчивая замысловатые траектории.

«Вперёд!» — скомандовал я, щёлкнув тумблером «Пуск», и отправляя через Сопряжение мощный, подстёгивающий импульс.

Искорка рванула с места. Мишени мелькали впереди с бешеной скоростью и упорно надвигались на неё, а кроха бежала навстречу ближайшей, гремящей на цепи и неумолимо приближающейся к ней.

Вся активная тренировочная зона превратилась для меня в геометрические линии, углы отклонения, амплитуды. Я вычислил оптимальный маршрут движения питомицы. И он включал один короткий прыжок на первый мешок, и один дальний, на второй.

Дальние прыжки мы ещё не тренировали, отчего возникала лёгкая интрига. Хотя настрой Искорки был боевым, так что всё возможно.

Момент пойман, а саламандра на нужной позиции в нужное время, в паре метров от ближайшего мешка.

«Прыжок. Выстрел. Мощность на минимум», — отправил я команду.

Саламандра изогнулась, оттолкнулась лапками от дорожки, взмывая в воздух к ближайшему мешку. Тот просвистел мимо, гремя цепью.

«Сейчас!»

Искорка извернулась, открывая пасть. Волна энергии пробежала по её чешуе, а из пасти выскочил дымок и следом небольшой огненный шарик.

— В-в-вух! — прочертил он пространство до мишени и врезался точно в красную точку.

Мешок слегка дёрнулся, меняя траекторию. Это я тоже учёл.

Находясь в лютой концентрации, я выбрасывал одну команду за другой. А Искорка совершала невероятные вещи, показывая чудеса гибкости.

Прыжок на первый мешок, перемещение в нужную точку, выстрел ослепительно ярким сгустком пламени. Второй мешок готов. Третий мешок уже был почти на финише, и мне пришлось ускорить кроху. Пробежав лапками, она оттолкнулась и прыгнула, раскидывая лапки словно белка-летяга. В полёте открыла пасть, из которой вылетел очередной огненный шар.

Сигнал прозвенел до того, как кожаный мешок пересёк финиш.

Я выпустил ещё два мешка с большим интервалом, на этот раз траектория каждого была сложной. Один приехал к финишу с дымящейся дырой в боку. Искорка рванула ко второму.

Воздух в зале серьёзно нагрелся. Пахло жжёной резиной и серой.

Искорка была в метре от очередной мишени, когда через Сопряжение меня окатило волной пульсирующего жара. Ядро Искорки ревело, словно раскалённая турбина, подбираясь вплотную к четвёртому уровню. Я физически чувствовал, как энергия маленькой рептилии рвётся наружу, расширяя её эфирные каналы.

Но всё бы ничего, я был только рад, если она возьмёт четвёртый уровень. Если бы не рубиновая чешуя на её загривке, которая начала стремительно белеть.

Ядро вышло на пик мощности, и уже скоро произойдёт критический перегрев. Еще три-четыре секунды, и питомица не выдержит внутреннего давления. Она просто взорвётся огненной бомбой, зальёт потоками пламени тренировочный зал. Но ситуация была под контролем. Я выправил её.

«СТОП!» — рявкнул я, передавая через Сопряжение ледяной ментальный блок. Одновременно ударил кнопку экстренной остановки на пульте управления.

Механизмы взвыли. Единственный кожаный мешок, до которого не добралась Искорка, покачивался на цепях, будто поддразнивая саламандру.

Питомица зашипела ему в ответ, вроде того что «в следующий раз ты так просто не отделаешься», и замерла на дорожке, тяжело дыша. Из её полуоткрытой пасти валил густой сизый дым, по чешуе пробегали белёсые всполохи.

Любой бы гладиатор начал бы паниковать. Шутка ли, огненная саламандра начала белеть. Но я не любой. Понятно было, что у меня есть минута, а то и больше.

Добрался до умывальника, подержал под водой махровое полотенце, как следует пропитывая его. Затем добрался до Искорки, от которой расходился сильный жар.

Хорошо, что старые доски в зале пропитаны огнеупорным составом. Иначе они бы уже дымились вовсю. Пришлось бы заказывать ремонтную бригаду, и выслушивать от Киры, что мы не можем позволить себе лишние траты.

Я присел на корточки рядом с питомицей, осторожно набросил влажную ткань на её пышущее жаром тельце. Вода мгновенно зашипела, над Искоркой возникло облако пара.

— Тише, тише, девочка… Я здесь. Остываем. Отпускай жар, ты можешь, — шептал я, транслируя через канал связи максимальное спокойствие и тормозящие импульсы. Одновременно массировал терморегуляционные узлы, активно пульсирующие под подбородком крохи.

Полотенце высохло за секунды. Я вернулся к умывальнику, поменял его на второе. Дрожь в теле саламандры постепенно начала утихать, а чешуя приобрела привычный рубиновый оттенок. Ядро Искорки стабилизировалось, переходя в ровный, рабочий ритм.

Я вытер пот со лба. Риск был велик. Но без этого не получится пробить потолок. Только упорство, труд и бережный контроль за состоянием фамильяра — вот главные составляющие его роста.

Через пять минут мы с Искоркой покинули здание гильдии.

Вечерний Питер встретил меня пронизывающим ветром и моросью, но за знакомой дверью чебуречной Нины Сергеевны царили тепло и как всегда умопомрачительные запахи. Контраст после изматывающей тренировки ударил по рецепторам с удвоенной силой.

Сегодня внутри заведения было не протолкнуться. Густой запах кипящего масла смешивался с гомоном голодных посетителей.

— Добрый день. Как всегда? Чебуреки? — Нина узнала меня, расплылась в добродушной улыбке.

— Добрый, — кивнул я. — На этот раз три штуки. И томатный сок.

Владелица заведения положила на тарелку румяные чебуреки, манящие своим ароматом, переложила её на поднос, поставила рядом гранёный стакан с густым томатным