Клининг. Магия VS Швабра - Галина Мерзлякова Страница 3

— Бери, — Понимая что сегодня мы действительно можем вынести склад подчистую… Свят подпрыгнул от нетерпения и рысью поскакал на склад.

— Обычную тоже запихай.— Крикнула я вдогонку. — Не хватало ещё что б все это засбоило на точке. — продолжать я не стала. Основной проблемой новомодной техники было то, что, несмотря на все заявления производителей, в местах магических инцидентов она работала через раз, а то и через два, а иногда вообще не работала, что создавало трудности в уборке.

Когда Свят вытащил новый… в смысле, новый пылесос, я с некоторым сомнением на него посмотрела. Нет, выглядел он очень даже симпатично: беленькие плавные линии, удобная и эргономичная ручка, добрый десяток сменных насадок, которые шли в отдельных кофрах, словно у нас и так место в машине бесконечное. Вот только бак для сбора мусора меня смущал. Он был маленький. Очень маленький.

Я с сомнением посмотрела на Свята. Свят развёл руками:

— Хороший пылесос, вместительный, — продолжал убеждать меня Свят, хотя сам, судя по всему, в этом несколько сомневался. — На форумах его хвалят.

— Запасные баки есть? — засомневалась я.

— Есть.

И, всучив мне агрегат, ускакал на склад за запасными блоками.

В это же время Алиса вытащила ящик, заставленный разными флакончиками, баночками, сверху на котором были навалены прорезиненные перчатки, тряпки, губки — в общем, всё, что необходимо в процессе уборки.

— Мешки, — напомнила я.

— Свят притащит, — отмахнулась она.

— Свят ускакал за запасными баками для своей новой игрушки, у которой объём вместимости, как желудок у котёнка.

Алиса раздражённо бухнула ящик в багажник и, громко топая так, чтобы все слышали недовольство, на всех своих ста тридцати пяти килограммах снова потопала внутрь. Я понимала: никто не хочет возиться на складе. Это ж надо всё записать, отметить, отпечатать. Отпечатать придётся всё равно мне, как главной по смене. Практически весь инвентарь, который мы брали, принадлежал компании и был подотчётным. Надо записать всё, что было взято, и поставить личную печать. Забавное заключалось в том, что журнал, в котором всё записывалось, был насквозь пропитан магией, а вот печать, которую мы ставили, — нет. Наоборот, она выедала всю магию, делая это место абсолютно инертным. Но у разных людей, работающих в клининге, нюансы антимагии были разные, поэтому определить, кто ставил печать, можно было даже если сама печать представляла собой абсолютно плоский круг.

Машина заполнялась всем необходимым. С одной стороны были классические тряпки и пипидастры. С другой — паровые очистители, автоматические швабры и роботы-мойщики окон. Чем бы дитя ни тешилось, лишь бы работало, — разрешая Святу набрать все это я исходила из этих соображений. Кому чем удобно, тот пусть тем и пользуется. Но мешков всё-таки стоит взять побольше.

Вздохнув, я направилась внутрь, где кладовщик, заламывая руки, причитал что «все вынесли, абсолютно всё». Я не представляла, каких размеров должна быть машина, чтобы мы загрузили абсолютно всё. Грузовик, а то и не один. Потому что в нашу скромненькую «Буханку» влезало не так уж много.

— Совести у тебя нет. — возмутился кладовщик.

— Разумеется, — напомнила я. — У меня одни только меркантильные интересы. Журнал давай, опечатаю.

— Так твои всё ещё выносят и уносят.— попробовал возмутиться кладовщик

Я посмотрела на Алису, которая демонстративно прихватила ещё пару мешков повышенного объёма.

— Поместье большое, — напомнила она. — Я в реестре проверила: четыре этажа, три террасы и сад.

— На сад нас не заказывали, — отмахнулась я. — Так что три террасы, четыре этажа и парадная входная группа. Думаю, ещё пару мешков точно прихватить придётся.

— Разорительница, — возмутился кладовщик, но больше ничего не сказал. По крайней мере, мне.

2

Когда мы наконец загрузились и двинулись вперёд, было уже ближе к вечеру, но ничего — так даже удобнее. По крайней мере, не так жарко. Всё-таки старенькая машина не предполагала климат-контроль, а поэтому иногда в ней бывало просто жарко, а иногда адски жарко. И тогда даже открытые окна не спасали.

Свят прокладывал маршрут, изучая отчёты, чтобы посмотреть, что же там всё-таки случилось: число погибших и, возможно, тип применяемой магии. Не то чтобы это имело какое-то особое значение — просто с некоторыми стихиями и школами работать приятнее, чем с другими.

Я, например, предпочитала работать со стихиями воды. Там даже если инцидент, то по минимуму, без всяких эманаций, прорывов и прочего. Вода, она такая — нейтральная.

В этот раз на такое везение я не рассчитывала.

Я была права. Ага, в реестре значились следы школы теней. Вот как есть — попаданец. Потому что княжич Юлий Юсупович Стерхов значился в реестре как целитель. Причём не самый сильный.

Нет, конечно, прецеденты бывали, когда что-то шло не так и стихия менялась, но не так же резко! Целители практически никогда не становились боевиками. Единственный такой прецедент, кажется, был зарегистрирован где-то в Европе в начале XIII века. После этого — ни одного.

Если целитель, то целитель. Все другие варианты боевой магии, а магия теней относилась как раз к боевым, тебе недоступны.

Разумеется, это не значит, что все целители были белыми и пушистыми и совершенно не умели убивать. Как показывала практика, иногда они были гораздо более извращёнными на предмет того, как причинить человеку боль или быстренько его убить. В конце концов, милосердная смерть тоже была частью целительского дара.

При этом, как и любой дар, целительский можно было извратить. Ну, там уже другие показатели в реестр заносятся.

А тут конкретная магия теней — боевая.

Ну надо же, как интересно.

Нет, вообще нет.

Я порылась в памяти и сама себе кивнула. Вообще фамилия Стерховых уже мелькала в реестре клинеров, правда, в тот раз выезжали не из-за них, а к ним. Кажется, лет пять назад выезжала команда. По-моему, того же Велесова или Лапина?

Я точно