Озверение - Александр Изотов Страница 3

Да что же это за оружие такое⁈

Я всё же приоткрыл крышку, чтобы увидеть пару знакомых светлячков. Тело тут же заломило, словно из него стали выкачивать энергию… От бодрости не осталось и следа.

В какой-то момент я понял, что мне так и так придётся умереть. Так почему бы последние крохи силы не потратить на то, чтобы попробовать сбежать и от этого зверья, а?

Небо явно мне благоволило… Потому что в этот момент земля подо мной сотряслась, но не от магии Хома, а от какого-то взрыва. Повернув голову, я увидел, как в стороне ворот расцветает громадный огненный цветок.

— На нас напали!

— Это Настоятель!

— Зиккуратовские!

Про меня мигом забыли, да ещё вдруг и снесли, когда какой-то зверь, подхватив шкатулку, задел меня коленом. Откатившись, я ещё несколько секунд пытался прийти в себя и сбросить непонятный морок.

Когда надо мной пронеслась горящая стрела и воткнулась в тотемный столб, я всё же очнулся. Твою мать, Марк! Вставай уже…

* * *

Дорогие читатели, книга сама себя не напишет, не прочтёт, и лайки себе не поставит:) Какая несамостоятельная книга!

Глава 2

Что скрывает дым

Что делать приличному первушнику, когда вокруг воюют звери и… кхм… а вот давления человеческой меры я пока не чую. Ну да и ладно. Всё же любой приличный первушник в таких случаях, если у него нет копья или лука, забивается куда-нибудь в надёжное укрытие.

Вот и я позорить честное первушное имя не стал, и первым делом, едва с опомнился, закрутил головой в поисках укрытия… ну или ближайшего копья. Вот дерьмо нулячье! Всё заволокло дымом — звери, повелевающие стихиями, не спали, и деревня Степных Хомяков быстро погружалась в плотную завесу.

Значит, кто-то в этом дыму отлично видел. Жаль, что не я… Я прополз вперёд и снова выругался. Зверь, который подхватил шкатулку, валялся всего-то в пяти шагах со стрелой в спине — из него только-только вылетел светлячок и унёсся куда-то в сторону… Далеко не убежал.

Орея я не видел, как и других воинов, а ведь столько народу наблюдало за нашей схваткой. Наверняка уже заняли позиции в избах. На открытом месте только и остались, что такие же первушники, как и я, да звери первой ступени — их силуэты носились вокруг, кто в панике, а кто с видом, что всё контролирует.

Один такой всё контролирующий зверь, с коротким мечом наперевес, споткнулся об меня, когда получил стрелу в шею. Грёбанные лучники! Я покрутил головой, подмечая, что в этот раз огонёк духа ушёл в другую сторону. Значит, деревня окружена?

Я едва не отключился, когда мне по темечку всё же саданула стрела. Она задела самым краешком, но этого мгновения мне хватило, чтобы всё моё нутро окатило лютым холодом. Меня бросило на землю, и несколько секунд я просто таращился в дым, пытаясь прийти в себя. Вот ведь… стрела-то зачарованная!

Мимо прошаркали торопливые шаги. Это был Орей в сопровождении десятника Пита и мага Хома, которые колдовали вокруг мощные щиты. Склонившись, оракул подхватил сундучок у мёртвого зверя:

— Через поруб уходим! — донеслось от него, когда силуэты Хомяков исчезли в дыму.

Поруб, поруб… Так, какое мне до них дело-то⁈ Марк, вставай!

Едва я подскочил, как в то место, где я валялся, воткнулась здоровенная стрела. Ух, твою-то меру стрелячью! Я отскочил от неё, как ошпаренный, кувыркнувшись и снова приземлившись на пятую точку — ноги, онемевшие от прикосновения зачарованной стрелы, ещё плохо меня слушались…

Я почуял чью-то могучую магию, и тут же позади меня земля рассеклась трещинами. В одну из них попал ногой вынырнувший из дыма первушник — тоже спасался — и явственно послышался хруст в его лодыжке. Стихийник заорал, но его крик потонул в гортанном бульканье, когда беднягу насквозь проткнуло стрелой, причём с одного бока на другой, пробив ещё и руку. Охренеть, у кого-то лук бронебойный просто!

Ещё одна стрела пронеслась надо мной, оставляя дымный след. К счастью, сделав ещё пару кувырков, я прижался уже к бревенчатой спине. От которой мне тут же пришлось отпрянуть — из дыма выскочил воин, с криком замахнулся и врубил здоровенный клинок прямо в сруб.

Это оказался, кстати, Степной Хомяк. Недолго он орал — из его груди вдруг вырос наконечник копья, и воин так и застыл, воткнув меч в избу. Силуэт, который пробил его копьём, оружие даже не вынул, так и исчез в дыму.

Я не сводил глаз с погибшего первушника, чтобы увидеть, куда унесётся светлячок. Унёсся… Хм, всё-таки деревня не совсем окружена — светлячки хоть и улетают, но всё больше в одну сторону. Как минимум на север ещё ни один не направился.

Я пополз было к убитому Хомяку, надеясь завладеть копьём, но тут из дыма выскочил ещё один зверь. Его ручища сграбастала меня прямо в движении, схватив за шею, и прижала меня к срубу — плечом я ощущал труп Хомяка совсем рядом.

Зверь, приставивший мне к животу клинок, оказался одет в буро-золотистый доспех. Кольчуга грязно-коричневого цвета, с золотой каймой по краям, на наплечниках, и кудрявые чёрные волосы, почти ниспадающие не плечи. Волосы, кстати, были подобраны золотым обручем, с мерцающей звездой на лбу. Да уж, красавчик прям! На груди у него красовался небольшой позолоченный кружок, с тиснением в виде башни со шпилем, тоже с яркой звездой на конце.

В этот момент ни о какой безопасности я не думал, поэтому сразу же глянул меру. Вторая ступень.

— Первушник думает сбежать? — зверь расхохотался, потом жадно принюхался, — Пятиступка? О-хо-хо, инквизитор меня похвалит за такой улов! — на радостях он воткнул меч в землю и стал стягивать с пояса моток верёвки.

В этот момент совсем рядом с нами снова рвануло, и мир осыпался сверху россыпью горящих щепок. Какая-то изба перестала существовать.

Пока зверь отвлёкся, я, протянув в сторону руку, стянул шлем с погибшего Хомяка и просто нахлобучил сверху на моего обидчика. Причём надел косо. Тот сначала рванул рукой к рукояти торчащего в земле меча, но промахнулся, потому что я ударил в него воздушной подушкой.

Мне даже стало обидно — вообще-то я ударил со всей своей первушьей мощью, но зверь от моего могучего удара просто качнулся на пару шагов назад. Зарычав, он попытался снять шлем, но тот зацепился за обруч на лбу, и пока зверь ворочался… вдруг получил в висок полметра пернатой смерти.

Пробитый стрелой, зверь так и завалился в