Дворник 22-го уровня. Том 9 - Дмитрий Дорничев Страница 19

— Пьянствуем! — заявила та и хлопнула монетку на стол.

— Пойдём мы. Благодарим за вечер, обязательно ещё зайдём, — сказала Ири. Она подхватила Гагна и направилась к Кану, который слегка растерялся. Он явно планировал подольше задержаться здесь, но теперь придётся развозить Ири с жабой по домам.

Кан попрощался с нами, и они ушли. Леонид с Варварой тоже ушли. Следом я открыл дверь и отправил домой Дашу и маму, которая не пила, а просто устала. Было уже поздно. Вот только в трактире ночь лишь набирала обороты. Духи шли один за другим, и у утилизаторов уже собралась небольшая очередь.

Никто не дрался, не ссорился, все вели себя прилично. После того, как пал Хозяин Горы, моя репутация стала малость… Как бы сказать… угрожающей. Ну а про Лёху мало кто слышал. Но те, кто слышал, жутко его боятся.

Как и говорил, ночь набирала обороты. Народ пьянел и раскрепощался, касса пополнялась, а запасы напитков, которые приготовили медведи, постепенно таяли. Но ничего: у нас на минус втором этаже скоро созреет партия грибов для грибного пива, а ещё Домен Ульяны поставляет овощи и ягоды.

И всё было хорошо, все счастливы. Кроме Лёхи… Для него ночь закончится где-то ближе к обеду. Может, даже подлечу его. Немного. Но вообще мы тут все получили от еды усилений единиц на двадцать. Так что выживет. Наверное…

— Миленько! — раздался оглушающий голос, и все увидели в дверях группу духов и ёкаев. — Это сюда, значит, мелочь тащит весь хлам, чтобы обменять на деньги? — спросил голубоволосый парень в дорогом костюме. Слева и справа от него стояли суровые на вид мужчины. Позади них — целая толпа. Агрессивная…

В трактире стало тихо. Выключили музыку, и кицунэ перестала петь. Голубоволосый сделал несколько шагов вперёд и окинул зал пристальным взглядом.

— Убогое место, но теперь оно моё. А вы… — он уставился на ближайший стол, где сидели два волка, какой-то жутковатый человек-паук и лесной дух. — Все вы отдадите мне половину того, что здесь получили. Кто откажется, отдаст всё, включая свою жизнь.

— Пха-ха-ха-ха! — заржал волк за тем столом.

— Кажется, у нас появился первый желающий сдохнуть, — парень вскинул руку, и она вспыхнула огнём. Но тут на него упал тяжеленный деревянный стол. Его телохранители были сосредоточены на нас и прозевали атаку сверху.

Раздался крик, и стол едва ли не расплющил парня, а волки заржали ещё громче.

— Вы, я так понимаю, сдохнуть хотите? — и нет, сказал это не я. Я только встал, а Шива уже стояла перед этой толпой, держа в руках топоры.

Телохранитель голубоволосого встал напротив Шивы и показательно достал из Инвентаря большой щит и булаву. Второй скинул с парня стол и помог ему подняться. У дурачка была разбита голова, и текла кровь.

— Вы — покойники… Все покойники… — говорил голубоволосый.

— Это объявление войны? — поинтересовалась Катя, вставшая рядом с Шивой, а позади них, возвышаясь над девушками, стоял облачённый в тяжёлые доспехи Сергей. Он был словно металлический голем!

Я стоял справа от Кати, а слева от Шивы — Саня.

— Войны? Вас размажут по полу, твари, — простонал парень и выпил какое-то зелье. Он засиял и… стал как новенький. — Фух-х-х. Кто это сделал⁈ Выдайте мне его, и я лишь ему оторву голову!

После слов парня в трактир завалилась толпа ёкаев и духов, но… Увидев нас, они попятились, а потом и вовсе начали разбегаться.

— А? Что? Куда вы, уроды⁈ За что я вам плачу⁈ — выкрикнул голубоволосый, а потом уставился на нас. — Да и плевать. Вы хоть знаете, кто я? Теперь этот жалкий островок под кланом Ношпиных. Мы входим в ТОП-10 кланов Санкт-Петербурга! Поняли?

— Ребят, если он нанял всех тех духов и ёкаев, значит, богатый? — поинтересовался я и щёлкнул пальцами, после чего дверь в трактир закрылась. И… всё. Теперь её не открыть.

А ещё, когда говорят ТОП-10, имеют в виду далеко не первые места, а последние.

— Да чёрт знает, — ответила Катя. — Эй, гомосек, для тебя сотня монет — это много или копейки?

— Ты — дура? Для кого сотня монет может быть копейками⁈ И за свой длинный язык тебе придётся им поработать. И как же вы меня утомили, провинциалы. Живёте в дыре и, увидев голубоволосого, сразу кричите «***». Это цвет нашего клана! — крикнул он в конце.

— Короче, это клан нищебродов, — сказала Катя, игнорируя слова парня.

— Ощутил себя нищим… — вздыхал я, да и Шива со мной. Остальные, видимо, богатенькие. А, нет, Ян, который с Ульяной всё ещё сидел за столом, глотал самогон из горла. Кажется, у него психологическая травма…

— Ты… сумасшедшая? Оскорбляя клан Ношпиных, ты подписываешь себе смертный приговор! На колени! Все на колени! — крикнул он, используя навык, и половина духов в зале невольно упала на колени. Даже кицунэ на сцене.

— А вот за применение навыка на моих гостях придётся расплачиваться, — заявил я. Его навык лишь слегка ударил мне по голове, но это явно что-то из уникального.

— Да как… — опешил он, глядя на нас, а оба телохранителя уже были готовы к бою. Один из них даже проверил дверь на предмет того, можно ли сбежать. Нет, нельзя. Нужно быть минимум уровня Жреца Дракона, чтобы сделать это. И то далеко не с первого удара.

— На колени, идиоты! Ваш нищебродский клан вам здесь не поможет. Или мы сами поставим вас на колени, — заявила Катя.

— Что ж, ты не оставила мне выбора, — заявил голубоволосый и вытянул из Инвентаря магический посох. — Ужасайтесь. Это предмет эпической редкости!

— И? Я вся в эпике — и что? — поинтересовалась Катя. У парня задёргался глаз, а Ян начал пить вторую бутылку. Вот не щадит она его.

— Ты… Ты врёшь! — опешил парень.

— Идиот… Ладно, ребят. Добычу поделим на всех, — сказала Катя, и тут же к ней подбежал Ян. Он поцеловал её в щёку, потом Шиву, а меня и Саню ущипнул. Ну и достал из Инвентаря свой жезл…

Вот же засранец! Как речь зашла о добыче, так он тут как тут!

— Грязный шлюхолис вам не поможет, — фыркнул голубоволосый. — Гена, Никита, избейте их хорошенько. Если будут сопротивляться, можете убить.

— А вот это ты зря сказал, — покачал я головой. — Это означает, что теперь мы можем вас убить.

— Если хоть пальцем нас тронете, сюда прилетит отряд ликвидации клана. Они от вашего городка камня на камне не оставят! —