Дважды одарённый. Том X - Элиан Тарс Страница 12

— Я… — протянул он, а затем резко выдохнул и подравнялся по стойке смирно. — Я готов защищать интересы рода Пожарских! И, если ради этого потребуется атаковать противника… — Он сжал кулаки и замолчал, скрипнув зубами.

По буйству маны внутри его тела я чувствовал, что Фёдор сейчас принимает судьбоносное для себя решение.

— Я выполню ваш приказ, господин! — прорычал он через пару секунд. — Клянусь.

Коноваров больше не отводил взгляда, ожидая ответа.

Что ж…

Я в любом случае не собираюсь бросать отряд Коноварова в атаку. Только в крайнем случае — эти ребята мастера организации обороны, и глупо использовать их навыки не по назначению.

Однако же и полумеры я не приемлю. В моей рати будут только те, кто готов идти за мной в огонь и воду.

И Коноваров только что признал сам себе, что он готов поддерживать меня. Более того, он хочет этого. Всё это время я наблюдал за ним и его бойцами через своих ребят — тот же Бородин исправно мне предоставлял доклады.

Так вот, отряд Защитника давно хочет полноценно присоединиться к нам. Этим людям импонирует та слаженность и чувство братского плеча, что присутствует в рядах моей рати. Притом что официально ратью мы становимся только сейчас — до этого я не мог принимать Клятвы.

Что тоже понравилось им. Ведь если люди идут за простолюдином с такой верой, с какой другие ратники не идут за боярином…

Это много стоит.

— Я принимаю твою Клятву, — произнёс я. — Отныне ты — член рати Александра Пожарского. Хранитель моих земель. Продолжай выстраивать оборону, у тебя это отлично получается.

Он удивлённо округлил глаза, а затем закивал:

— Да, господин! Всё сделаю в лучшем виде, и…

— Но! — жёстко перебил я его, подняв указательный палец. — Не забывай о том, что ты пообещал. Если я решу, что ты нужен мне в атаке…

Я замолчал, дав ему закончить фразу.

Он посерьёзнел и кивнул:

— Я всё понял, господин. Будьте уверены, я не подведу. И… до ребят донесу мысль. Если вы позволите, я прямо сейчас поеду и лично поговорю с ними.

— Поедешь, — кивнул я. — Но сперва отужинай с нами. Не выставляй меня плохим хозяином.

— Но…

— Пойдём-пойдём. — Я хлопнул его по плечу. — Там целый пир Иван Фёдорович накрыл. Поторопимся, пока не остыло.

* * *

Некоторое время спустя. Где-то в катакомбах под Москвой.

Зал собраний Братства Скорпиона утопал в полумраке — отдавая дань традициям предшественников, младшие братья перед началом общей встречи зажгли настенные факелы, тёплое пламя которых дрожало, запуская на каменных стенах блики.

Помимо факелов, на стенах были установлены и современные фонари, хоть и стилизованные под старину. При желании можно было осветить подземный зал так, чтобы в нём стало ярко, как на улице в солнечный день. Однако же такого желания ни у кого не было.

Главное — задать нужную атмосферу. Это — раз. А два — убийцы из Братства Скорпиона не любили яркий свет. В нём тяжелее спрятаться.

В центре зала, на возвышении из чёрного мрамора стоял трон, на котором сидел мужчина в чёрных одеждах. Лицо его было скрыто маской из чёрного хитина, добытого в Проклятых Землях.

Глава Братства Скорпиона носил маску из материалов, срезанных с туши Вожака-Шатуна Теневых Скорпионов.

Сам он был облачён в чёрно-красный плащ, расшитый золотыми нитками.

За ним полукругом сидели люди в похожих плащах, но расшитых нитками серебряными — Старейшины Братства.

Вдоль правой и левой стены стояли члены Братства Скорпиона и с интересом смотрели на фигуру, склонившую колено перед мраморным постаментом с троном Главы. Она была облачена в чёрную артефактную броню из мягкой кожи, верхняя часть которой представляла приталенную куртку с капюшоном. Лицо наёмной убийцы было скрыто.

Все в зале, разумеется, знали эту сестру. И многие были удивлены тому, что Глава решил её публично отчитать.

А ещё их удивляло то, что правое плечо Безмолвной было перетянуто бинтом, смоченным алхимической мазью.

То есть, кто-то смог пробить броню одной из лучших наёмниц и ранить её. А у самой Безмолвной не было времени, чтобы наложить повязку под доспех — бинты стягивали её плечо прямо поверх куртки.

Всем присутствующим не терпелось узнать, что же скажет Глава Братства, раз он решил созвать экстренное собрание.

Однако же пока что он лишь смотрел на Безмолвную сверху вниз и молчал.

— Патриарх, — обратился к нему Антарес, самый уважаемый из Старейшин Братства. — Мы все жаждем услышать твою волю.

Ещё несколько секунд Глава молчал, а затем тягучим голосом произнёс:

— Я созвал вас всех сегодня по одному крайне неприятному поводу. В последнее время наше Братство стали преследовать неудачи. Количество невыполненных заказов растёт день ото дня, а наша блестящая репутация, которую предшественники выстраивали на протяжении двух сотен лет, меркнет. Это недопустимо.

Глава Братства вновь замолчал. Пусть он не переставал смотреть лишь на склонившуюся перед ним Безмолвную, люди поёжились и попытались отойти ещё как можно дальше от его трона. Даже Старейшины вжались в спинки своих кресел.

Но Безмолвная не вздрогнула. Да, она преклонила колено и склонила голову… Но со стороны могло показаться, что девушка просто разглядывает чёрный пол, а не слушает речь Патриарха.

Но разве может кто-то игнорировать Главу Братства⁈

— Безмолвная! — резко позвал он её. И, не дождавшись реакции, велел: — Подними голову!

Только после этого девушка неспешно подняла глаза на Патриарха.

— В последнее время именно ты проваливаешь задания чаще других! И при этом сама возвращаешься как ни в чём не бывало!

Он хмуро уставился на неё, ожидая реакции.

Девушка неспешно достала телефон и принялась набирать текст. Всё это время Глава хмуро буравил её взглядом. Как и многие другие братья и сёстры, которым не нравилось поведение Безмолвной.

Наконец, дописав текст, она нажала на кнопку, и телефон заговорил металлическим голосом автоозвучки:

— Было бы лучше, если бы я погибла?

— Было бы лучше, если бы ты выполнила своё задание! — припечатал Патриарх. — Ты одна из сильнейших в нашем Братстве! Я подобрал тебя и обучил! Дал тебе цель! И чем ты мне отплатила? Чередой провалов⁈ Что за позор, Безмолвная⁈ Ты бесчестишь не только себя, но и всё Братство Скорпиона! И меня — лично!

Он яростно стукнул по