Фиктивные. Бой с любовью - Евсения Медведева Страница 60

Отец снова кивнул и сдернул с бара очередную бутылку.

- Но ведь ты им уже пообещал.

Отец снова кивнул, и мозаика начала стремительно складываться.. Всё началось много лет назад. Лютаев, Малинин, Конопко и Румянцев решили забрать себе целый город. Банкир Румянцев быстро придумал план, на воплощение которого нужны были огромные деньги. И мужики скинулись... Только отцу моему дать было нечего, поэтому он пообещал им бизнес моей матери. В девяностых не было четких схем лечения... Да что говорить, у нас и врачей толком не было. Самые толковые смылись за бугор, а в стране царила полная разруха. Столица на ушах стояла, что уж говорить о городе на гряде Уральских гор?

- Ты попытался слиться с обещания? Сказал, что мать против участия в этом дерьме? - внезапно меня осенило..

- Да! Да! Да! - заорал отец и оттолкнул стеклянный журнальный столик, вновь заполняя тишину хрустом. - И они сделали вид, что смирились и отпустили!

- Это... Это Малинин убил мою мать? - я больше не мог находиться здесь, рванул к выходу, втянул свежий воздух и покачнулся от кайфа.

- Ты не понимаешь... Они - единое целое. Там нет голосов против, нет шанса слиться... - отец бежал за мной следом, пытался ухватить за локоть, но я вырывался, чуя, что времени у меня почти не осталось. К этому не был готов даже я.

Юлька... Юлька - дочь человека, причастного к смерти моей мамы... Дышал, как разъярённый буйвол. Лёгкие пылали, воздух отравой стал, а ярость, что душила изнутри, готова была взорваться в любой момент.

Мамы не стало, и ты мог сам распоряжаться деньгами. Да? Они поэтому от неё избавились? Они сказали, что с подводной лодки нет выхода. Вернее, есть, но без сына и без дочери, - отец вскинул руки, впился в седые волосы и стал тянуть, будто скальп с себя хотел снять. Такой бури эмоций на его лице я ещё никогда не видел, оттого и замолчал, напитываясь ощущением, что он не робот. А потом, когда вас по наводке из столицы прижали менты за серые схемы, вы решили, что глупо всем отбывать наказание. Да? Малинин принимал решение слить только Конопко? И когда тот вышел, с Малининым случилась трагическая авария. Он десять лет вынашивал план мести?

Я случайно узнал об этом, поэтому сразу его предупредил. Малинин успел вывести большую часть денег за бугор, а все имущество переоформить на Юлю, включая доли в банке Румянцева, а золотодобыче Конопко, ну и в нашем деле у неё половина. По факту Юле принадлежит полгорода!

И когда Малинина не стало, ты скумекал, что если объединить ваши активы, то... То они не смогут вас свалить, - отец закивал головой, так и не решаясь поднять взгляд. Ясно...

Теперь ты понимаешь, что не поступи я два года назад вот так, то Юлю...

Пошёл ты... Трус и подонок! И твои благие мотивы вымощены грязью, подлостью и нечистотами, - развернулся и, хрустя, разбитым стеклом, направился к выходу. - Если бы ты раньше рассказал! Если бы не играл в спасителя душ, то все могло быть иначе! Но ты опять выбрал не ту сторону. Дружков ты своих выбрал, а не семью.- Ты что, не понимаешь? Они уже начали подозревать! Поэтому и устроили эту кражу, этот налёт на твой клуб. Ты что, ничего не понимаешь? Румянцев не просто так подослал Лариску! •Должны ли дети отвечать за своих родителей? Смотрю на отца своего и думаю - НЕТ. Вспоминаю, что живу с женщиной, чей отец убил мою мать, и сердце колыхаться начинает. Это ты не понимаешь. Правила бокса - бить не только в ответ, но и на опережение. Дубасишь изо всех сил, чтобы тебя все соперники боялись, чтобы ссали в трусы, как только ты выходишь на ринг. Первым должен быть во всем! Пусть с синяками, кровью, разодранным ебальником и переломанными рёбрами, но первым! А ты... А ты вечно вторым будешь. Тебя бьют - ты терпишь! рыкнул, и отец вздрогнул, так и не решившись подойти снова. Вы - поколение критикующих. Знаете, как надо было поступить, как избежать краха... - отец вскинул руки и завопил прямо в небо: - Другое было время! Ты либо жив, либо гниешь на обочине. А вы, дети мои, живы! И Юлька, и Настасья - тоже до сих пор живы... Так что я сделал не так?Раньше вас было четверо, потом трое... Петухов столичный тут как затесался?

Ну, ты же сам знаешь, что Румянцев дочь свою под него подложил, как только ей восемнадцать стукнуло, - отец опустился на каменное ограждение и закурил. - Сроднились и нас всех повязали. Ты знаешь, какие люди за ним стоят?

Догадываюсь. В клуб его зачем притащил? - вспомнил день похищения Юльки, когда отец сидел в ВИП-ложе со всей честной компанией.

- Петухов сказал, что тебе пора расширяться. Негоже в одну каску деньги лопатой грести, - голос отца окончательно потух.

Чёрт... Как долго я этого ждал. Знал, что на клуб и на его доход рано или поздно клюнет главная рыбка.

- Дальше рассказывай. Вы все уже старики, бать, мир шагнул вперед, и чтобы провернуть эти схемы. вам нужен кто-то помоложе. Кто заказал дом Савина? Что пытались украсть из него? вспомнил Кристину и рассказ Женьки...

- Это зять Конопко, он взял всё в свои руки, - отец опустил голову, окончательно смирившись с тем, что на допросе. - Савин явно стал интересоваться Малининым и тем, за что сидел Конопко. Чёрт... Это же я Савина попросил узнать. Получается, я подставил его.- Если она сбежала, я тебя не прощу, - я сел в машину, вцепился в руль до треска кожаной оплетки и зарычал. - С

сегодняшнего дня ты не просто мне не мешаешь, ты помогать начнёшь. И только попробуй отказаться или

обмануть! Только попробуй слить меня своим дружкам!

Глава 46

Дом встретил меня звенящей тишиной.

В распахнутые на террасу двери врывался сквозняк, мотылял шторы, раскачивал разлапистые ветки пальм в огромных кадушках, беспокоил тонкие ленты хрусталиков люстры над обеденным столом. Эти звуки были наполнены тревогой.

И будь я менее скован, будь приучен выдавать эмоции, расхерачил бы все вокруг, чтобы воссоздать все, что происходит