Гремлин за переборкой - Наталья Сергеевна Филимонова Страница 34

В ситуации, когда корабль захвачен, именно первый пилот обязан пробраться в аварийную рубку и задать курс к ближайшей планете Конфедерации. А поскольку расположение аварийной рубки на корабле — секретная информация, предателю практически нечего опасаться… если бы не неучтенная мелочь — присутствие на корабле «лишнего», отставного капитана.

Может, кому-то другому команда не поверила бы так безоговорочно, да и не стала бы подчиняться приказам — все-таки формально Хейзл пенсионерка и не имеет никакого права их отдавать. Но здесь слишком хорошо знали ее, и любой из членов экипажа отлично понимал, что без необходимости она не стала бы возвращаться в капитанское кресло. И с экстренной ситуацией никто не справится лучше капитана Суарес.

Наверное, меня должно бы было волновать то, что Хейзл ничуть не удивилась, обнаружив меня в самом засекреченном месте корабля и не задала ни единого вопроса. Это может значить только то, что она знает ответы.

Но почему-то сейчас это казалось совершенно неважным.

— Вы не собираетесь отправлять спасательный катер? — уже задавая вопрос, я понимала, что услышу. Слова приходилось проталкивать сквозь ком в горле.

— Я не имею права ждать его, — Хейзл не смотрела на меня, но напряженная поза выдавала, что сама она отнюдь не так спокойна, как хочет казаться. — Если здесь ждали именно «Принцессу», то у нас единственный шанс — стартовать немедленно и увести корабль как можно дальше. Впрочем, даже если мы случайно попали на пиратское логово, погоня будет неизбежно.

— Но он же может быть жив, — тихо произнесла я, сглотнув. Что если капитана Магрида еще можно спасти — а мы просто бросим его без всякой помощи?

— Думаешь, мне легко делать этот выбор? — Хейзл наконец обернулась ко мне, и я поразилась, насколько старой она сейчас выглядела. — Я обязана это сделать. По инструкции.

— Но… но вы же не работаете больше на компанию! Вы не обязаны следовать этой инструкции! Вы можете поступить, как… как человек!

— Как человек? — она криво усмехнулась. — Что ж… на борту порядка пятисот членов экипажа и более тысячи пассажиров. В том числе — около сотни детей. Как считаешь — имею я право рисковать ими? По-человечески?

Ответить я не успела — в рубку ввалились, чуть задыхаясь — явно бежали — старший механик, навигатор и третий пилот. Недоуменно взглянув на меня, вытянулись перед Хейзл.

А я поднялась со своего места. То есть пилотского.

Я знала, что Хейзл права.

Что Магрид — опытный полицейский, и уж точно сам бы не позволил рисковать ради него сотнями жизней.

И еще — что вряд ли он вообще жив.

Глава тринадцатая

Курс на Лусию

Я осталась на борту «Принцессы». Кем бы ты ни был, каковы бы ни были твои умения, невозможно просто взять и выскочить из космического корабля, который уже задраил шлюзы и пошел на взлет.

Экстренная предполетная подготовка — дело нескольких минут. Да, пассажирам, которые вопреки указаниям стюардов не заняли свои места и не пристегнулись, перегрузки принесут несколько неприятных минут. Но им пришлось бы куда неприятнее, если бы пираты успели добраться до нас.

Если рассуждать трезво, Хейзл права: лучшее, что мы можем сделать, — это как можно скорее добраться до Лусии и обратиться в галаполицию, которая снарядит настоящую спасательную экспедицию. И карательную заодно — чтобы выжечь пиратское гнездо. Да, если капитан Магрид ранен, за это время он может истечь кровью. Или его могут успеть убить. Его шансы дождаться спасения исчезающе ничтожны. Но усилия одного или даже двоих человек ничего бы в этом раскладе не изменили — разве что добавили лишних жертв.

Рассуждать трезво не получалось. Добраться до каюты, чтобы пристегнуться, я тоже не успевала, а в аварийной рубке не предусмотрены места для кого-либо, кроме минимальной взлетной команды. Впрочем, к перегрузкам мне не привыкать. Я просто улеглась на пол, упершись головой и ногами в приборы и продолжая коситься на экраны.

Пилот, навигатор и техник тоже косились на меня — с недоумением. Но только поначалу. Каждый из них был слишком занят, чтобы обращать внимание на что-то постороннее. В конце концов, если капитан Суарес считает, что все в порядке, значит, так оно и есть.

А у меня перед глазами упорно стояло лицо капитана Магрида — искаженное болью и залитое кровью. На воображение я никогда не жаловалась.

…Кто он мне вообще такой, чтобы так переживать? Бывший полицейский, отравлявший мне жизнь в последние недели. Я едва его знаю, и вдобавок лишилась из-за него свободы передвижения по кораблю. Именно он поставил меня под угрозу разоблачения, а значит — и возвращения на Феникс.

Правда, еще я обязана ему жизнью. Да, думаю, все из-за этого. Надо возвращать долги.

Поэтому на Лусии я сойду с «Принцессы» и проникну на борт корабля галаполиции, который полетит на DR-17. Чем-нибудь да пригожусь. Да, по доброй воле соваться полиции в пасть — рискованная затея, и раньше мне никогда такое не пришло бы в голову, но… долги нужно возвращать.

Я хочу, чтобы капитан Магрид продолжал слоняться по палубам «Принцессы» со своей вечно невозмутимой физиономией и придираться к каждой мелочи. А я буду продолжать следить за ним через бортовые камеры, как делала это каждый день в течение этого рейса.

Кажется, я только однажды видела его искреннюю улыбку. Интересно, а он умеет вообще смеяться? Есть ли у нохайцев чувство юмора? Я в самом деле никогда не жаловалась на воображение, но представить смех Грейба Магрида удавалось с трудом.

Кажется, я слишком сильно погрузилась в размышления — и не заметила, когда не только на экране внешнего обзора, но и в рубке все изменилось.

Первыми вслед оторвавшейся от земли и стремительно поднимающейся «Принцессе» взвились несколько лазерных лучей. Глупо и вряд ли обдуманно — скорее всего, инстинктивный жест, просто кто-то от бессильной злости пальнул, обнаружив, что добыча вот-вот уйдет. Лазером при точном попадании по приборам можно сбить катер, но никак не межзвездный лайнер.

Следующий выстрел — с секундной задержкой — оказался из чего-то посерьезнее. Впрочем, мазнув рядом, он ушел в сторону. А еще несколько секунд спустя от поверхности планеты там и сям начали подниматься черные точки.

Погоня. Этого следовало ожидать. Впрочем, если успеем разогнаться, никакая погоня нам будет не страшна. На околосветовых скоростях преследовать кого бы то ни было станет разве что самоубийца, а стрелять из чего угодно — только зря расходовать боеприпасы.