Две стороны одной измены - Полина Рей Страница 34

Обогнула какой-то столик, попавшийся мне на пути, а когда мы с Дариной встретились взглядами, подала подруге знак, чтобы она была готова, в случае чего, прийти мне на выручку.

Однако Альбина остановилась и, сложив руки на груди, заявила:

– У моей мамы связи! Она отмотает назад все эти истории с дарственными! Так что хрен ты получишь, а не мою квартиру!

Плач ребёнка стал громче и надрывнее. Даже у меня сердце стало рваться к малышу, хотя сын Васина не имел ко мне никакого отношения. А его мамаше, похоже, вообще было плевать на то, что её отпрыск настолько горестно рыдает.

– Я всё тебе сказала, «сестрёнка», – хмыкнула я, скопировав позу Альбины. – Отец подарил мне квартиру по собственной воле. Ни один закон, ни одна статья не позволит вам провернуть всё так, чтобы недвижимость перестала быть моей. Завтра же мой адвокат подаёт в суд для того, чтобы выписать вас отсюда, дело за этим не встанет… так что собирай чемоданы!

Только я договорила, как Аля издала новый вопль, полный неподдельного возмущения, и прыгнула на меня снова.

Я почти увернулась, когда она вновь попыталась в меня вцепиться. Клок моих волос попал Альбине в цепкие когти, и я охнула, поняв, что ей удалось мне его выдрать.

– Сука! Сучка-а-а-а! – визжала, как недорезанный поросёнок Аля, и всё до момента, когда Дарина подлетела к нам и с такой силой отпихнула любовницу Тимофея, что она пролетела несколько метров.

И лишь чудом не врезалась во что-то по пути, обо что бы разбила себе лоб. Ещё не хватало, чтобы я или Дара присели по какой-нибудь статье из-за этой дряни.

Однако, выпад моей прекрасной подруги порядком отрезвил Альбину. Или, может, это, наконец, сделал настолько пронзительный крик её сына, что игнорировать его попросту стало невозможно.

– Всё! Я звоню маме! – заявила она таким голосом, каким, наверное, грозят той силой, противостоять которой попросту невозможно.

– Звони-звони, – усмехнулась Дарина. – А что она нам сделает? Даст ремня? Поставит в угол на горох?

И подруга расхохоталась так издевательски, что желание улыбнуться, несмотря на то, что ситуация к этому совершенно не располагала, передалось и мне.

По сути, нам вполне можно было и покинуть «прекрасное» общество Альбины, ведь мы уже сделали то, за чем сюда явились, но у меня проснулся какой-то исследовательский интерес. Что же произойдёт дальше? И что там за мама такая, которая приедет и всё тут порешает?

Когда Аля трясущимися руками достала телефон и набрала номер Снежаны, я застыла. Меня тошнило от всех этих событий, когда что-то там решала и угрожала моему благополучию та женщина, что уже разрушила само понимание института брака. Крепкого, надёжного, настоящего… Оказавшегося на поверку всего лишь хрустальным замком, причём не самого хорошего качества.

– Мама! – выкрикнула в трубку Альбина, стоило только Снежане ответить. – Здесь эта тварь Лена вместе со своей собачонкой-подругой! Говорят, что старый хрыч оформил дарственную и отдал мою квартиру этой сволочи! Что мне делать, а? Что?

Она выслушала ответ, прикрыв глаза. Аля побледнела, и это говорило о том, что она, вроде как, начала осознавать серьёзность происходящего.

– Хорошо… да, я жду, – выдохнула Аля и отняла телефон от уха.

И вновь меня буквально прожигали ненавистью её глаза, только в ответ я не ощущала того же. А лишь бесконечную усталость, что подпитывалась истерикой Дениса, который теперь не орал, а как-то тихонько и хрипловато подвывал.

– Встречай свою мамашу одна, – бросила я Альбине напоследок прежде, чем мы бы с Дариной удалились. – И ребёнком, что ли, займись. А то Тимофей говорил о том, что его могут забрать органы опеки.

Поняв, что мои последние слова попали в цель, и на Алю произвели какое-никакое, но всё же впечатление, я сделала свои выводы. Можно было уходить, а эти змеи пусть остаются и обмозговывают, что же им дальше делать и как не допустить того, что уже случилось.

– Идём, Дарина. Серпентарию тут есть, чем заняться. Пусть читают распечатки, выписки, законы… Не станем их отвлекать.

Мы с подругой покинули квартиру беспрепятственно, а когда оказались вне удушливой атмосферы и направились к метро, я поделилась с Дариной наблюдением:

– Как и думала, здесь всё решает мать Альбины. А любовница Васина не особо-то располагает характером.

Подруга фыркнула, поёжившись, хотя на улице не было настолько холодно, чтобы её знобило.

– Она в любом случае малоприятная особа. Больше походит на истеричку, причём весьма хабалистую.

В этом с Дариной я была согласна. И как Тимофей вообще на неё позарился, удивлялась по сей час. С другой стороны, теперь у меня не имелось вопросов на тему того, почему он так быстро понял, что жизнь с Алей не сахар. Она и впрямь казалась весьма нестабильной личностью, а Васин привык совсем к другому.

Впрочем, какая разница, чего муж хотел от жизни в данный момент, когда всё уже было решено и он в своё время сделал выбор?

Хотя, очень интересно теперь будет посмотреть на то, как станет вести себя Тимофей в обозримом будущем. И Васин проявит себя в отношении этой ситуации совсем скоро, я была уверена в этом.

Как выяснилось в дальнейшем – не ошиблась.

ГЛАВА 21

ГЛАВА 21

На удивление, в этот день меня никто по озвученному Альбине вопросу не трогал, хотя я и ожидала, например, прибытия Тимофея, который бы уже сделал окончательный выбор. Например, стал бы грозить мне чем бы то ни было. Ну или наоборот сказал бы, что ушёл от любовницы и будет на моей стороне, как бы всё дальше ни происходило.

Однако меня ожидало спокойное окончание вечера, которое я провела с Викой и Кристиной. Мы обсуждали, что у девочек происходит в школе и на тренировках. И в целом мысленно отпустила ситуацию, но всё же из режима ожидания не выходила, зная, что вот так вот просто всё не разрешится.

А на следующий день, стоило только дочкам вернуться из школы, мне на телефон поступил звонок от Александра.

– Мы с Аней неподалёку от твоего дома, – сообщил мне Прохоров, когда я взяла трубку. – Не будешь против, если заедем ненадолго через полчасика? У нас тут… небольшой сюрприз.

По правде говоря, удивление, которое я испытала, было настолько ощутимым, что в голову тут же полезли дурацкие мысли. Что мог такого везти мне Александр,