Люди и чудовища. И прибудет погибель ко всем нам - Кристина Ива Страница 309

Элеон опять опустила его на пол.

— Нет, тебе надо успокоиться. Подожди, я дам воды, — сказала она и быстро прибежала с кружкой, передала ему.

— Нет, — бормотал брат. — Я мертв… пожалуйста, забудь меня и никогда не вспоминай. Мне нужно уйти навсегда. А ты должна жить.

— Как же? Я не могу тебя бросить. Мы — семья.

— Нет, — лепетал Ксандр. — Мы не семья. Я тебе не брат.

— Как это?

— Я… я… — в голову ему ничего не лезло. — Я не Ксандр Атталь. Я всё выдумал. Теперь сознаюсь. Ты должна забыть обо мне, как о плохом сне. Помнишь, как в детстве? — Ксандр нашептал что-то над стаканом и дрожащими руками, чуть не выплескивая воду, протянул его сестре. — На, выпей, и ты меня забудешь. Пожалуйста, выпей.

— Я не буду!

— Нет, ты будешь! Я так решил. Это правильно. Сделай, как тебе говорят. Я лучше знаю.

— Это нелепо, — прошептала Элеон.

— Давай уже! — с надрывом произнес Ксандр. — Делай, как тебе говорят! Или ты хочешь, чтобы я заставил тебя? Ты всё равно выпьешь эту воду!

Элеон испуганно поднесла бокал к губам. Ксандр пристально глядел на сестру. Он и правда был бледен, как мертвец. Она хотела бросить бокал, хотела, чтобы этого всего сейчас с ней не происходило. Но слишком боялась. Элеон заплакала и сделала маленький глоток.

— Пей еще!

И Элеон еще отпила.

— Теперь иди и спи.

Элеон легла на диван, голова закружилась, и девочка потеряла сознание. Ксандр не шевелился. Он даже не смотрел на сестру. Ни о чем не думал. Продолжал сидеть в уголке минуту, две, три… Он не знал, сколько прошло времени. Наверное, около часа. Но потом Ксандр услышал, как Элеон встает.

— Ой, а кто вы? — сонно спросила она и потянулась. Ксандр в тихом ужасе повернулся к сестре.

— Я к твоим родителям пришел, — еле проговорил он.

— К моим родителям? — нахмурилась девочка.

— Да. Ты не помнишь? Мэри и Карл… То есть Алё…на и этот Стефан… Степан, — перебирал в голове он имена.

— Я не помню, — испугалась девочка.

— Элеон, — проговорил Ксандр быстро, нужно было что-то придумать. — Произошло землетрясение. И ты головой ударилась. Вот и не помнишь. Нечего бояться.

— Я и не боюсь, — ответила Элеон. Она боялась.

— Ну, тогда я пойду. — Ксандр встал. Элеон всё еще сидела на диване. Но когда мальчик подошел к двери, она вдруг побежала к нему.

— Стойте, — проговорила она и сама остановилась, не добежав до него. — Не уходите. Я… не хочу быть здесь одна.

— Скоро ты не будешь одна, — ответил Ксандр, чуть не заплакав, и скрылся.

Он и не знал, что землетрясение, которое дети почувствовали, было не из-за его способностей. Что-то под землей далеко-далеко отсюда пробудилось. Эта часть деревни осталась почти нетронутой, но восточную часть тряхнуло сильно. Под завалами погибла пара десятков человек, включая Алёну и Степана. Элеон отправили в детский дом. И вскоре за ежедневной суетой люди совсем забыли, что вообще существовал какой-то Ксандр. Не было времени его вспоминать. Без того проблем навалом.

Дом мёртвых родителей V

Утро. Элеон сидела на лужайке. Роса еще не успела высохнуть, но это девочке и нравилось. Нравилось ощущать единство с миром и чувствовать на босых пятках капли воды, чувствовать, как легкий ветерок развивает волосы, а голову согревает тепло солнца. Ничто в такой чудесный день не могло испортить настроение…

Плохая мысль. Очень плохая. Обычно после таких мыслей что-то да случается.

Элеон увидела, как Ариадна вышла из конюшни: платье обожженное, в руках несет огромную корзину. Элеон раскрыла крылья и приземлилась перед девушкой.

— Что ты опять натворила?

— Я? — спросила Ариадна. Элеон ожидала, что девчонка снова будет валить всё на Хаокина, но нет. — Я просто гуляла.

— А что у тебя там? — Элеон указала на корзину, накрытую полотенцем.

— Пикник решила устроить. Отвяжись.

Полотенце зашевелилось. Элеон сердито посмотрела на Ариадну и подняла ткань. В корзинке лежал маленький белый жеребенок, которого недавно родила агана.

— Зачем ты взяла малыша?

— Я только хотела с ним немного побыть, — ответила Ариадна и пошла к дому. — Его мамаша не дает мне на ребеночка смотреть. Бесится. Пылает гривой.

— Может, потому что ты не умеешь обращаться с зверями? Прошлый раз из-за тебя Нелли в дом забежала, все документы сожгла, еще съела… рог.

— Неправда. Я умею общаться с животными. А Дорофей — просто маленькое чудо. Самый милый аган на свете. И еще альбинос. Думаешь, он будет пылать?

Девушки зашли в поместье. Элеон явно хотела продолжить спор, а точнее — убедить Ариадну в ее неправоте. Но внезапно Ариадна замерла со странным выражением лица.

— Ты это видишь? — спросила она.

— Что?

— Всё двоится, — прошептала Ариадна и даже вцепилась в руку Элеон.

Затем их будто перетряхнуло. Девушки переглянулись. Что-то произошло. Но они не понимали что, а лишь чувствовали, будто находятся уже не дома. Ариадна поставила корзинку с аганом на пол и вместе с Элеон побежала искать Хаокина. Нашли они его почти сразу, в одной из гостевых. Парень сидел, словно приросший в кресло-качалку, и держал между пальцев догоравшую сигарету. В глазах его была пустота. Хаокин вздрогнул, когда заметил девушек.

— Как вы сюда попали?

— Через дверь, — пожала плечами Ариадна.

— Так, неважно, — сказал он. — Ничего не трогайте. Сядьте на пол. И не двигайтесь.

— Что? — спросила Ариадна и прошла в комнату. Элеон — за ней.

— Нет времени объяснять! — сказал Хаокин. И по его тону девушки поняли, что это серьезно. Они сели на ковер. — Сейчас придет человек, с которым лучше не знаться вовсе. Но это неизбежно. Прошу, не вмешивайтесь. Он ничего не сможет сделать, если вы не будете вмешиваться. И главное — нельзя трогать вещи. Особенно незнакомые. Особенно вещи, которые дает вам этот человек.