Выжить и Заработать - Кирилл Геннадьевич Теслёнок Страница 3

— По диагонали.

— Похвальная честность, молодец, вычту из бонуса. Значит так. Если будут просить квас из Нижнего ящика или особый табак, то код и инструкцию смотри в Терминале. Сверил покупателя с инструкцией, отпустил товар, закрыл ящик. Процент с этих продаж твой, пятнадцать. Всё, работаем дальше.

— Пятнадцать процентов? — я аж выпрямился. — А что за квас такой, что с него пятнадцать процентов?

— Крафтовый, Кротов. Ремесленный для ценителей.

Ну-ну. Пятнадцать процентов с крафтового кваса в железном сейфе с кодовым замком? У меня на факультете логистики за такую схему поставили бы «отлично» и вызвали бы куда следует. К кому следует.

Но четыреста двенадцать рублей в кармане настойчиво советовали не задавать лишних вопросов.

Я оглядел свои владения еще раз. Рыжий Зам, который свернулся в коробке из-под «Доширака» у кассы, наблюдал за мной одним приоткрытым глазом.

Где-то за стеной, в глубине здания, что-то глухо ухнуло. Один раз. Будто что-то где-то упало. Или даже кто-то. Очень большой.

Котя приоткрыл второй глаз и навострил уши.

— Отопление? — уточнил я у наушника.

— Да скорее гидроудар в трубах, — мгновенно отозвался Директор. — Здание старое, коммуникации советские. Привыкай, Кротов, у нас тут все с характером. Так, у меня совещание. Ключи от подсобки на гвозде, заселяйся. В 23:00 опустишь рольставни, инструкция в чате. И покорми Заместителя, у него ужин по графику через десять минут. Это KPI, напоминаю.

Связь оборвалась. Я остался один. Ну, почти.

— Слышал, начальник? — спросил я у коробки. — Через десять минут у тебя ужин. А у меня, судя по всему, интересная жизнь.

Котя зевнул во всю розовую пасть и снова закрыл глаза. Кажется, мой Зам по безопасности в грядущих событиях не сомневался ни секунды.

Открывать следующую дверь было чутка жутковато, но я напомнил себе о долгах. Никакой страх перед неизвестностью не сравнится со страхом остаться без крыши над головой. Мой внутренний бухгалтер требовал полной инвентаризации вверенной территории.

Дверь с полустертой желтой надписью поддалась с тяжелым скрипом, обдав меня густой волной горячего воздуха. Подсобка номер два оказалась щитовой, совмещенной с генераторной. Маленькое узкое помещение больше напоминало внутренности подводной лодки, чем подсобку продуктового ларька.

Специфическая смесь запахов мгновенно ударила по носу. Пахло разогретым машинным маслом, дешевой соляркой, горячей металлической стружкой и характерным горелым душком старой медной проводки. Знакомый запах, если честно. Примерно так пахла подсобка на старом заводе, где я однажды подрабатывал грузчиком (с тех пор спина и ныла периодически).

По стенам ползли толстые черные кабели, извиваясь словно гигантские анаконды. Все они сходились к главному электрощитку на правой стене. Из его металлических недр доносилось низкое и басовитое гудение трансформатора, от которого у меня слегка завибрировали зубы. Но главным сокровищем этой комнаты являлся огромный чугунный пузатый монстр, установленный прямо на бетонном полу.

Старый дизель-генератор. Присмотревшись, я даже разобрал тусклую шильду на его боку: марка «Урал», год выпуска 1978. Агрегат выглядел так, будто мог пережить ядерный взрыв и затем без запинки питать электричеством небольшой сибирский поселок.

Закрывая за собой тяжелую металлическую дверь, я боковым зрением уловил белое пятно. На внутренней стороне створки, прямо на ржавом железе, висел прямоугольник формата А4. По углам блестел пожелтевший малярный скотч, а сам текст был набран унылым канцелярским шрифтом. Я прищурился и вчитался.

'Постоянные правила работы в Щитовой:

1. Заправлять агрегат топливом строго в защитных перчатках.

2. Если замечаешь странное движение или силуэты в углах помещения, трижды перещелкни тумблер «Светоч» на щитке и громко скажи в темноту: «У нас всё по счетчику!». Затем развернись и шагом покинь комнату. Бежать СТРОГО ВОСПРЕЩАЕТСЯ'.

Ниже шла приписка, сделанная от руки красным маркером.

«Временное правило (Действительно до 05:00): Не смотри на круглый стеклянный диск электросчетчика дольше двух секунд, если он начнет вращаться против часовой стрелки».

— Дожили, — я скептически покачал головой. — Паленая солярка проедает мозг до оживающих труб? А счетчик назад крутится, видать, потому что местный Кулибин провода перекинул ради экономии.

Я скрестил руки на груди, пытаясь подрубить извилины на полную. Мы вроде бы находимся в Москве. Двадцать первый век на дворе, столица освещена миллионами огней, перебоев с электричеством тут отродясь не бывало, не считая пары крупных аварий в начале нулевых. На кой черт ставить в малюсенький магаз такое прожорливое оборудование?

У них тут… не знаю, майнинг нелегальный? В таком случае я удивлен, что эта шарашкина контора до сих пор не разорилась.

Достав смартфон, я открыл рабочую переписку в мессенджере. Иконка с синей тележкой светилась даже тут, хотя сеть почти не ловила.

— Шеф, я конечно всё понимаю, готов работать на благо вашей «корпорации», но у меня один ма-а-а-а-аленький вопрос, — продиктовал я голосовуху. — Зачем в павильоне в черте Москвы стоит советский дизель-генератор весом в полтонны? К третьей мировой готовимся или к визиту Налоговой?

Ответ прилетел почти мгновенно, словно Директор сидел и ждал моего вопроса.

— Это по наследству досталась резервная линия от старого завода, Кротов, — гласил расшифрованный текст ответной голосовухи на экране моего телефона. — В промзоне ночью вечно скачет напряжение, а городские электросети берут с нас совершенно конский тариф за коммерческое освещение. Ночью нам гораздо дешевле и проще на локальных мощностях крутиться. Бизнес требует оптимизации расходов. И да, заправляй агрегат строго в резиновых перчатках. Я за лечение химических ожогов платить не буду.

Пф-ф-ф-ф, оптимизация расходов. Ну конечно, кому он лапшу вешает?

Я пожал плечами и спрятал телефон в карман. Обойдемся дизелем, на экологию положим с пробором. Главное не пролить топливо мимо бака. Меня это не касается, главное, чтобы моя зарплата приходила без задержек. А как отдам долги и решу проблемы с жильём, так сразу свалю на крыльях свободы.

Следующая комната оказалась Подсобкой номер три. Хламовник или инвентарная. Едва открыв хлипкую фанерную дверь, я непроизвольно поежился. Здесь был настоящий ледник. Самая холодная комната во всем здании. Термоизоляция стен тут, видимо, отсутствовала полностью.

В нос тут же ударил резкий, доводящий до рези в глазах химический аромат. Хлорка. Самая обычная и забористая «Белизна», перемешанная с запахом мокрых тряпок, прелой древесины и сырой осыпающейся штукатурки. Запах стерильной чистоты больничного морга.

На ржавых металлических стеллажах криво стояли ряды канистр с химией. Рядом с оцинкованным ведром у стены скучали три деревянные швабры. Вполне неплохой бытовой арсенал, даже на случай