Знание величия - Юлия Олеговна Чеснокова Страница 211

отрезал Сынри. Мои глаза наполнились укором. - Не говори так. Даже Джиён, которого ты теперь так не переносишь, предпочёл бы кому-то задолжать, а не сдохнуть. - Как х-хорошо т-ты его успела узнать! - Я провела с ним достаточно времени в прошлом году, чтобы научиться каким-то мудрым вещам. Или ты будешь отрицать, что Джиён умён? – Ноздри Сынри недовольно раздулись, он опять опустил лицо к Барому. Я думала, что этим всё и закончится – он прекратит разговор, показывая, что его не устраивает. Но, переждав немного, муж произнёс: - Я н-не настолько глуп, чтобы отрицать ум Джиёна. Он д-добивается всего ч-чего хочет, и оббычно опережает в этом соперников. Осторожно протянув руку, я погладила Барома по головке и, спустив свою ладонь, положила её на руку Сынри. - Я бы хотела, чтобы ты тоже полетел со мной в Россию. Ты – моя семья тоже. Муж взглянул на меня. - Оп-пять в ту дыру? В руины цивилизации, к-которые ты н-называешь деревней? – Он ухмыльнулся, а я улыбнулась. - Да, именно туда. Там рядом большой город Томск, не забывай. Если начнёшь задыхаться от навоза, двухметровых сугробов и дедовского табака, всегда сможешь отъехать и вдохнуть выхлопные газы, ослепиться сиянием торговых центров, потолкаться на центральных улицах среди людей. - Заманчиво. - А то! – засмеялась я. - Н-надеюсь, навозом т-там не воняет х-хотя бы зимой? - Согласна, я погорячилась. Зимой там почти сказка. Ну… своеобразная такая, на любителя. Но к ней можно привыкнуть. – Сынри улыбнулся моим поправкам, прозвучавшим как оправдания подростка, отпрашивающегося на вечеринку к подружке впервые. Муж склонился к Барому и, потискав его ещё немного, попытавшись добиться, чтобы ребёнок назвал плюшевую собаку собакой, но так этого и не дождавшись, опять посмотрел на меня. - Я попытаюсь уладить все с-свои д-дела до Нового г-года. Мне к-кажется, что нам н-н-не помешает сменить обстановку на н-нек-которое время. У меня словно камень с души упал. Дотянувшись над головой Ромы, я обняла за шею мужа и, поцеловав его в щёку, с пылом и искренностью сказала ему почти в ухо: - Спасибо, Сынри! Спасибо. Польщенный горячей благодарностью, он неловко отвёл взгляд и принял бесстрастный вид. Католическое Рождество, то есть, ночь с двадцать четвертое на двадцать пятое декабря, Сынри провёл у своих родителей. Приведя себя в порядок, надев новый костюм, ассортимент которых ему привезли прямо на дом за день до этого из модного салона, он вызвал своего водителя, поднявшегося к нам в квартиру и поддержавшего босса, чтобы тот мог отправиться в путь с одной только тростью. Конечно, я не хотела, чтобы муж остался хромым или покалеченным на всю жизнь, но вынуждена была себе признаться, что в его тяжёлой поступи с тростью было нечто благородное, нечто зрелое и создающее образ мудрого и всезнающего мужчины. Недаром дьяволу и его представителям часто приписывают хромоту – в этом есть даже толика соблазна. Или я настолько помешалась на сексуальных реакциях из-за того, что Сынри больше ко мне не пристаёт? Что я за человек… Человекженщина, вечно не знающая, чего хочет и зачем ей то, чего она всё-таки начинает хотеть. Впрочем, прыгать, как на более ранних строках, мои гормоны перестали, и я ощущала себя вполне стабильной, а вспыхнувший восторг от хромоты – ничего не значащая фантазия, и вообще, бывают сущие демоны и без этой выдающей их нутро детали… Но об этих лукавых исчадиях ада лучше я думать не буду. Сынри сказал, что устроит и подготовит все свои дела для того, чтобы позволить себе и нам отпуск, уже дня через два. По крайней мере, билеты на самолёт мы взяли на двадцать девятое число. Хадичу и Барома мы забирали с собой, поскольку оба пришли к выводу, что в Новогоднюю ночь оставить их одних будет не только некрасиво, но и для нас самих неудобно. Мы привыкли к Хадиче – особенно я – и с трудом представляли, как управимся без её умелых, мастеровитых рук. Все эти месяцы мы с ней были скорее подруги, чем нанимательница и прислуга, да и вообще, для меня было чем-то диким само понимание обслуживания одного человека другим, если это не родственник, и ты делаешь это не по собственному почину. Я не отдавала Хадиче распоряжений, мы с ней не обговаривали оплату её труда. После первой моей попытки обговорить с ней, сколько она хочет получать за проделываемую работу, она попросила больше не заводить таких разговоров, хотя отлично понимала, что Сынри в состоянии хорошо ей платить. Но она, как и я, предпочла сохранить видимое достоинство, и жила с нами на правах родственницы, с которой я посещала магазины и, если ей что-то требовалось, немедленно покупала. Могла ли после этого я оставить её на праздники одну? Конечно же, нет. Я тоже старалась уладить свои дела, связавшись с томским областным перинатальным центром, где «забронировала» себе палату повышенного комфорта, проконсультировалась по телефону с тамошними врачами и специалистами, отослала им все свои данные, оплатила счета с помощью банковских переводов. Когда-то расход примерно в четыре тысячи рублей за сутки показался бы мне дорогим безумием, но сейчас я платила подобные суммы с лёгкостью, и не могла не благодарить про себя Сынри за то, что он обеспечил мне всё это. Читая полученное по электронной почте последнее подтверждение, что меня будут ждать десятого января для госпитализации, я не сразу обратила внимание на танцующий по столу мобильный. Из-за маленького ребёнка и взрослого раздражительного болящего я держала телефон на вибрации. Но он всё-таки потревожил моё боковое зрение, и я, взяв его в руку, увидела имя Сынхёна. - Алло! – радостно поспешила поднять я. - С Рождеством, Даша! – раздался похожий при данных обстоятельствах на Санта Клауса голос. Не хватало только «хо-хо-хо» этим басом. От неожиданности не побеспокоившись о тонкой чувствительности своего друга, я ляпнула: - У меня, вообще-то, Рождество почти через две недели. А тебя от всей души поздравляю! - То есть… как через две недели? – Несмотря на то, что иногда уходил в себя, бывал чудаковат и заторможен, Сынхён умел быть догадливее и внимательнее многих, поэтому сообразил по-своему: - Ты о приближающемся разрешении от бремени? - Нет, - засмеялась я, порадовавшись, что не задела его поправкой, - хотя и оно тоже будет примерно тогда, но мы – православные России, отмечаем Рождество седьмого января, - я уже сбилась со счёта, скольким людям поведала об