Знание величия - Юлия Олеговна Чеснокова Страница 209

просто скучно взаперти, и пыталась составить ему компанию, а заодно сходить за продуктами, но после первого променада поняла, что брата тянет на свободу с другой целью и он тяготится моим сопровождением. Как-то раз Сынри лёг спать пораньше, часов в девять, и Ваня, отозвав меня в сторонку, спросил, может ли он уйти? Я округлила удивлённые глаза: - На ночь глядя? – наверное, я выглядела в этот момент совсем как мама. - Я вернусь до полуночи. Можно? - А куда ты хочешь пойти? Тут, всё-таки, не совсем безопасное государство… - Даш, я не буду ходить по тёмным переулкам. И вообще, я уже не маленький, - протянув руку за курткой, сообщил он, и я, пожав плечами – не запрещать же выходить? – проводила его, запоздало отметив, что он так и не раскололся, куда поплёлся гулять. Конечно, он не ребёнок, но… У меня не очень хороший личный опыт по поводу беззаботных перемещений по азиатским просторам, поэтому я и пугаюсь за сохранность близких, но разве мой случай, нужно заметить, достаточно редкий, обязан стать правилом? К тому же, Ваня здоровенный и сильный парень, кто на него полезет? Но сердце всё равно щемило от тревоги, я забыла о других заботах, пока в животе не забрыкался его обитатель. Приложив ладонь к месту, куда угодил пинок, я потёрла его, шёпотом попросив дитё не хулиганить, и пошла согреть себе чай, зная, что до возвращения Вани всё равно не усну. Вернулся он, как и обещал, около двенадцати часов. Хотя в двенадцать я успела позвонить ему и спросить, долго ли его ещё ждать, а он был уже на обратном пути и через десять минут позвонил в дверь. Успокоившись, что прогулка закончилась нормально и отругав саму себя за мнительность, я посмотрела, как он вешает мокрую от дождя куртку на крючок и, довольный, удаляется к себе в комнату. Меня разбирало любопытство, но я не смела полезть первой. На следующий день я в очередной раз заметила, как Ваня переписывается с кем-то в телефоне с застывшей туповатой улыбкой на лице, свидетельствующей о некоторых знакомых мне чувствах. С губ моих так и рвались вопросы, но я сдерживалась, присаживаясь рядом, делая вид, что просто жду, когда от Сынри выйдет очередной его гость. - Даш, - обратился ко мне брат сам, не отрывая лица от экрана мобильного, - как по-корейски будет «я тоже»? Я перевела ему, постаравшись произнести как можно чётче, потому что «я тоже» по-корейски звучало «надо», и среди русских вызывало первоначально ступор. Что и произошло с Ваней. Он застыл и, посидев несколько секунд без движения, опустил палец и повернулся ко мне. - А как это пишется правильно? - Написать? – предложила я. Ваня едва начал протягивать руку, но жест его тотчас свернулся, и в нём скользнуло обратное движение, намекающее на то, что он хочет прижать экран к груди. Чтобы никто не увидел. - Да… пожалуйста, - неуверенно и смущено всё-таки решился брат и доверил мне свой сотовый, подаренный ему мною в августе. У них с Настей были старые мобильные, а поскольку я хотела с ними регулярно висеть на связи по Скайпу или с помощью других программ, то купила им кое-что получше, понадёжнее. – Только не читай! - Не буду, - пообещала я, но взгляд невольно упал на последнюю строчку, написанную поанглийски над тем местом, где должен был появиться набираемый мною ответ. «Я соскучилась» - было написано там, на что мой младший брат решил, видимо, блеснуть знаниями и порадовать собеседницу. Написав «я тоже» латиницей, я вернула Ване телефон и больше уже не сдерживалась. – С кем переписываешься на корейском? - Ну… так, с одной знакомой, - покраснел Ваня до ушей, а потом залились красной краской и они. - С которой гулял в августе? - Ага… - И как вы понимаете друг друга? – заинтересовалась я. - С трудом, - засмеялся пристыжено брат, почёсав шею. – Что-то на английском… - Которого ты тоже не знаешь. - Да, но на него легко онлайн переводчики переводят, и с него обратно тоже. Более-менее сохраняют правильный смысл. Я пытался напрямую на корейский переводить, она говорит чушь получается. Её сообщения если с корейского напрямую перекладывать, на русском тоже околесица страшная. То какой-то вентилятор приплетается, то какой-то аудит, то ещё неуместные и несуразные вещи. - Вань, - позвала я, чтобы он повернулся ко мне и взглянул на меня. Некоторое время он не решался, или был слишком увлечен получением похвалы за верный ответ, а потом распахнул передо мной свои светло-голубые глаза. – Ты влюбился, что ли? - Что сразу влюбился?! – раздражился он, как и всякий молодой мужчина мог бы оскорбиться тем, что в нём заметили чувствительность. – Просто общаемся. - Но она тебе нравится? – На этот раз брат не стал отпираться и, с вернувшейся туповатой улыбочкой, пожал плечами: - Ну, так… она красивая. - А как вы познакомились? – Разлившееся в груди Вани тепло ощутилось мной, и я подобрала ноги на диван, устроившись поудобнее. Так-так, мой младший братик запал на кореянку! Тоска по романтике в собственной жизни заставила меня попытаться проникнуть в чужую. - Ну, просто… гуляли с Настей. И вот познакомились с ней. Она была с подругой, тоже гуляла… - Как же у вас разговор-то завязался? – засияла я, представляя, как мой патриотичный Ванюша, принципиально не учивший иностранные языки, пытался объясниться с красивой девушкой. Красивая ли она? Я представления не имела о вкусах брата, как только что выяснила, потому что всю сознательную жизнь до этого была убеждена, что его никогда не заинтересует представительница не то что другой расы, а национальности! И вот так сюрприз. Всё же, чувства и отклик сердца – самые непредсказуемые явления на свете. - Да по-всякому, - посмеялся он, - что-то Настя подсказывала, что-то онлайн забивали в интернете. Главное, что поняли друг друга, а как – дело третье! - Это точно, - закивала я, радуясь за брата. Его негативные отзывы о мужчинах-иностранцах, судя по всему, девушек-иностранок не затрагивали. Ну-ну, влюбится ещё сильнее, будет знать, как делить людей на белых, чёрных и жёлтых. – А чем она занимается? - Она студентка, но я не очень понял, какого университета. Иногда я что-то не могу разобрать даже после уточнения, и третий раз мне спрашивать уже делается стыдно, и я предпочитаю сделать вид, что