Мой сумасшедший новогодний Роман - Инна Инфинити Страница 17

Когда нам предлагают пройти в микроавтобус, который довезет нас до самолета, мы с Ромой случайно оказываемся рядом.

— Что ты здесь делаешь? — шиплю.

— Я лечу отдыхать со своими друзьями. А что здесь делаешь ты?

Игнорирую вопрос.

— Я говорила, чтобы ты не попадался мне на глаза до экзамена по английскому.

— Это я говорил, чтобы ты не попадалась мне на глаза до экзамена по английскому.

Рома ускоряет шаг и опережает меня. Я захожу в микроавтобус последней и занимаю место в самом конце рядом с Владой. Ребята разговаривают на какие-то свои темы и смеются каким-то своим шуткам. Если это продлится весь полет, то я точно буду белой вороной, потому что не могу поддержать разговор.

Микроавтобус привозит нас к белоснежному самолету. Раньше частные джеты я видела только в кино. Поэтому сейчас чуть ли не разеваю рот от удивления. Хотя ничего особенного в самолете нет. Он просто белый. Не сказать, что сильно большой. Уж точно в разы меньше пассажирского боинга.

Мы по очереди выходим из микроавтобуса. Я снова последняя. Абсолютно все, кроме меня и Влады, ведут себя естественно, как будто летать частными джетами — это для них норма жизни. Что ж, возможно, так оно и есть.

У самолета небольшой собственный трап, а не приставной, как у больших пассажирских лайнеров. Дует сильный ледяной ветер, я прячу руки в карманах пуховика. Осторожно ступаю по ступенькам, боясь невзначай подвернуть ногу и упасть. Оказавшись внутри роскошного салона, боюсь сделать шаг дальше.

— Пойдем, а то мы тут как чужие, — шепчет на ухо Влада.

— Так и есть.

Но все же делаю шаг вперед, осторожно ступая в богатый салон. Внутри самолет кажется больше, чем снаружи. Повсюду мягкие кресла из светлой кожи, похожие на массажные в торговых центрах. Есть два мягких дивана и четыре стола. В самом конце бар с высокими стульями. Стюардесса модельной внешности и с белоснежной голливудской улыбкой приветствует нас на борту.

Ребята где-то в конце за баром снимают верхнюю одежду вешают ее в гардероб и переобуваются в мягкие белые тапочки, как в отелях. Все предусмотрено для комфорта пассажиров. Когда у гардероба становится посвободнее, мы с Владой тоже проходим снять пуховики и переобуться.

— По возможности, пожалуйста‚ пристегните ремни, — вежливо просит стюардесса, проходя по салону.

«По возможности, пожалуйста».

То есть, можно не пристегнуть? Но все ребята садятся в кресла и пристегиваются. Они ни на минуту не замолкают. Из услышанного я делаю вывод, что три друга Артура — Демид, Святослав и Олег — все-таки хоккеисты. И сам Артур в прошлом тоже хоккеист, но был вынужден бросить спорт из-за травмы. Запоминаю эту информацию для Вики.

Стюардесса подходит к каждому и спрашивает, какой напиток подать. Все просят алкоголь. Я решаю не выделяться и заказываю шампанское. Трап подняли, но самолет еще не трогается с места. Даже не гудит. Стюардесса разливает по бокалам и стаканам заказанные напитки.

Если в новогоднюю ночь была вечеринка Ромы Самохина, то это — несомненно вечеринка Артура Градова. Когда стюардесса подает каждому напитки, один из хоккеистов предлагает тост:

— За Артура, который решил подарить нам незабываемые выходные.

Градов не только предоставил друзьям личный самолет, но и сам оплатил дом на весь период проживания. Хороший друг, ничего не скажешь. У меня таких нет.

Меня удивляет, насколько Рома здесь, как в своей тарелке. Я знаю, что они с Артуром очень близкие друзья, в университете почти всегда тусуются вместе. Но и с другими ребятами-хоккеистами, а также с девушками, Самохин хорошо знаком.

Мне кажется, или Виолетта старается держаться поближе к Роме? Она села рядом с ним на диван, хотя есть пустующие кресла. Даже Демид и Ульяна не сели вместе, хотя они пара. Ну, Юля и Артур, понятное дело, на своем персональном диване, но вот почему Виолетта подсела к Самохину. Она смотрит на него чаще, чем на всех остальных присутствующих в самолете. Первой смеется, если Рома говорит шутку.

Мне становится настолько противно от ее заискиваний, что я отворачиваюсь к Владе. Она перехватывает мой взгляд и слегка кривится, поняв, о чем я думаю. Моя новая подруга читает мои мысли. Даже Вика так не умеет.

Раздается голос командира корабля. Он говорит, что самолет готов к взлету. Ребята радостно свистят и хлопают в ладоши. Я достаю из сумочки телефон и печатаю маме сообщение:

«Я в самолете, скоро взлетаем. Со мной все хорошо. Прилечу в Сочи, напишу. Домой вернусь в последний день праздников».

Отправляю. Мгновение думаю и печатаю вдогонку:

«Люблю тебя, мам».

Слезы моментально накрывают глаза, а сердце больно колет. Вдруг понимаю, что ужасно сильно скучаю по родителям. Если бы самолет не тронулся с места, наверное, я бы вскочила и попросила выпустить меня обратно.

«Хорошо, Кира. Спасибо, что написала. Я себе места не находила, но боялась беспокоить тебя первой. Я тоже люблю тебя очень-очень сильно. Присылай мне фотографии из Сочи».

Ну все, я реву. Быстро смахиваю слезы с щек, чтобы никто не успел заметить. Поднимаю на ребят лицо и сразу натыкаюсь на сосредоточенный взгляд Ромы. Он сейчас не смеется над шуткой Олега, а внимательно смотрит на меня.

Глава 15. Совпадение или судьба

Когда самолет набирает высоту, все отстегивают ремни, а стюардесса выносит подносы с закусками и раскладывает их на барной стойке. Я сижу ближе всех к бару, поэтому вижу, что сегодня в меню: бутерброды с красной и черной икрой, фруктовая корзина, брускетты с паштетом, томатами и моцареллой, крабовым мясом, а также сырная и мясная тарелки, различные канапе.

Я еще раз смотрю на Артура. Юля уселась к нему на колени и что-то воркует на ухо. Я из богатой семьи, но то, что я вижу сейчас, просто в голове не укладывается. Отец Артура — депутат Госдумы. Он заработал на всю эту роскошь, принимая законы? Я не знаю, сколько зарабатывают наши депутаты, но мне почему-то кажется, что они не должны быть такими неприлично богатыми.

Артур одевается в дорогие брендовые вещи. Не знаю, сколько стоят часы на его запястье, но, думаю, цена достигает пары миллионов рублей минимум. При этом в университете он ведет себя достаточно скромно: не устраивает драк, разборок, не хамит и не угрожает преподавателям. Да, у нас