«Энергетическая вспышка»: Путешествие сквозь рейв-музыку и танцевальную культуру - Саймон Рейнольдс Страница 106

Культура экстази вращается вокруг оси «утопия — антиутопия». Кажется, у любой рейв-сцены есть период медового месяца — максимум года два, после чего начинают всплывать проблемы: переход от употребления экстази к злоупотреблению им; выгорание от МДМА и соблазн использовать амфетамин как дешевый и надежный суррогат; эксперименты с полинаркотиками. Возникающая в результате паранойя и помутнение рассудка усугубляются тем, что всё это происходит на фоне наркотического кидалова и криминала. Пришедшие первыми и потому первыми выгоревшие — главные двигатели сцены — становятся жертвами «дисфункции образа жизни» или даже психических срывов.

Хардкорный гедонизм настиг Фрэнки Боунза в августе 1993 года. «На выходных по случаю Дня труда у меня случился 72-часовой марафон, во время которого я жрал всё подряд — кислоту, экстази — и курил ангельскую пыль... Ближе к концу моей "миссии" меня нашла мать, потому что я разбил машину. Я творил совершенно безумные вещи — как потом описал мне мой дядя, мне было абсолютно наплевать, выживу я или умру... У дяди был сосед, который работал в больнице. Я должен был просто поехать туда сдать анализы, но в моем организме нашли столько всякого дерьма, что меня заперли и посадили на препараты».

Спустя семь недель Боунза выписали, и он впервые за десять лет вернулся жить к матери. «Все, чего мне хотелось, — это завтракать, обедать, ужинать и смотреть телик. Музыка меня вообще не интересовала». К концу 1993 года Боунз слез с препаратов, но его карьера лежала в руинах. Ему потребовался год, чтобы вернуться к регулярному диджеингу.

Злоключения Боунза не были чем-то исключительным. На Лонг-Айленде атмосфера клуба Caffeine под девизом «совсем как в шестидесятые» быстро мутировала из эйфории 1967-го в трип безумия и смерти образца 1969-го. «Если кто-то превышал свою дозу раз в пять, то происходило это, скорее всего, в Caffeine, — с ироничной усмешкой вспоминает Боунз. — Подросткам экстази был не по карману, поэтому в качестве альтернативы они закидывались ЛСД. Помню одну девчонку под кислотой, которая совсем слетела с катушек и начала буйствовать, нам пришлось ее держать».

К концу 1993 года Восточное побережье оказалось «на самом дне американской рейв-сцены, мы скатились из абсолютных лидеров в полное дерьмо... Всё испортила эта "поли-"», — говорит Боунз, имея в виду первоначальный диагноз врачей «политоксикомания». Обнаружив, что один лишь экстази их больше не вставляет, подростки начали смешивать всевозможные наркотики в мощные, непредсказуемые коктейли, которые выносили им неокрепшие мозги, но начисто убивали танцевальную атмосферу. «Дети мешали "спешл-Кей", ангельскую пыль, Е, кислоту и просто превращались в бесформенное желе, сидящее на полу».

NASA тоже погружался во тьму. «Люди начали принимать наркотики в стиле Limelight», — говорит DB, имея в виду повальное увлечение такими веществами, как кетамин, среди более циничных манхэттенских клабберов. «Люди валялись в коридорах, былых восторгов поубавилось». По словам Скотто, к 1993 году «героями сцены стали наркоторговцы — ты был либо промоутером, либо диджеем, либо дилером. А потом у дилеров началась паранойя, они возомнили себя мафиози или членами банд».

На одной из вечеринок NASA весной 1993 года — за несколько месяцев до закрытия клуба — какая-то девушка протянула мне отксерокопированную листовку. Оформленный смайликами, веселыми золотыми рыбками и написанными от руки фразами вроде «групповые обнимашки», этот листок бумаги был искренним, душераздирающим призывом вернуться к утраченной невинности:

ЗАЧЕМ ВЫ ЗДЕСЬ? РЕЙВ-СЦЕНА — ЭТО НЕ ПРОСТО ТЕХНО. ЭТА СЦЕНА — ЭТО НЕ ПРОСТО НАРКОТИКИ. ЭТА СЦЕНА — ЭТО НЕ ПРОСТО МОДА. ЭТО ЧТО-ТО ОСОБЕННОЕ, СВЯЗАННОЕ С ЕДИНЕНИЕМ И СЧАСТЬЕМ. ЭТО ВОЗМОЖНОСТЬ БЫТЬ СОБОЙ И БЫТЬ ЛЮБИМЫМ ЗА ЭТО. ОНА ДОЛЖНА БЫТЬ ГАВАНЬЮ, СПАСАЮЩЕЙ ОТ НАШЕГО ОБЩЕСТВА. НО СЕЙЧАС НАША СЦЕНА РАСПАДАЕТСЯ! РЕЙВЕРЫ СТАРОЙ ШКОЛЫ — ПОМНИТЕ, КАК ВСЕ ПОСТОЯННО ОБНИМАЛИСЬ — НЕ ТОЛЬКО ПРИ ВСТРЕЧЕ И ПРОЩАНИИ? ПОМНИТЕ, КАК ЛЮДИ ГОВОРИЛИ «ПРИВЕТ» ПРОСТО ТАК, БЕЗ ВСЯКОЙ ПРИЧИНЫ, ПРОСТО ЧТОБЫ ПОДРУЖИТЬСЯ? ПОМНИТЕ, КАК ЭТО БЫЛО ПРИЯТНО? ПОЧЕМУ МЫ БОЛЬШЕ ЭТОГО НЕ ДЕЛАЕМ? НОВИЧКИ — ВАС ЗДЕСЬ ЖДУТ, И ВЫ ДОЛЖНЫ ЗНАТЬ, ЧТО НАША СЦЕНА — ЭТО ОТКРЫТОСТЬ. НАС ВСЕХ СВЯЗЫВАЕТ ОДНО — ЖЕЛАНИЕ ВСЮ НОЧЬ НАПРОЛЕТ ДВИГАТЬСЯ ПОД ХОРОШИЙ БИТ. И ЧЕЛОВЕК — НЕ ОСТРОВ. ВСЕМ НУЖНЫ ДРУЗЬЯ, А ВНЕШНИЙ МИР И ТАК ДОСТАТОЧНО СУРОВ. НАМ НЕ НУЖНЫ ПРИТВОРСТВО И ПОНТЫ НА НАШЕЙ СЦЕНЕ. ОТКРОЙТЕ СВОИ СЕРДЦА И ДАЙТЕ ВОЛЮ ХОРОШИМ ЧУВСТВАМ… РЕЙВЕРЫ, ОБЪЕДИНЯЙТЕСЬ И СПАСИТЕ НАШУ СЦЕНУ.

По-настоящему щемящим в этой листовке было то, что оплакиваемый золотой век остался позади всего девять месяцев назад — показатель того, насколько стремительно наступает выгорание от экстази и разжижение мозгов от полинаркомании. В Сан-Франциско многие ключевые фигуры англо-киберделической тусовки, подобно Боунзу, пали жертвами вызванного наркотиками кризиса. «Были конкретные люди, которые улетели в жесткие наркотрипы на спидах, героине, кетамине, — говорит Джоди Радзик. — Ключевые фигуры конкретно себя угробили». Сам Радзик начал выпадать из тусовки в феврале 1992 года. «Просто из-за участия в рейвах и увлечения экстази я вскрыл [личные проблемы], с которыми мне пришлось разбираться. У меня появилось много комплексов в социальном плане, и мне пришлось просто отстраниться». Радзик говорит, что и сам «прошел через небольшой психо-наркотический период... Возможно, это помогло — в том смысле, что сделало всё гораздо хуже. Экстази и спиды обнажили все эти огромные внутренние изъяны, с которыми мне пришлось [столкнуться]».

Весной 1993 года произошла трагедия, которая легла тенью на и без того угасающую сцену Сан-Франциско, но в то же время, по странной иронии судьбы, открыла путь к частичному возрождению идеализма. После одной из вечеринок Full Moon команда Wicked возвращалась на своем фургоне. Сзади спал Малахи О’Брайен, а рядом лежала запасная звуковая система, которую он взял с собой на случай, если вечеринку накроет полиция. «Мы вылетели с дороги в районе Кэндлстик-Парка — по иронии судьбы, совсем рядом с тем местом, где проходили первые вечеринки Full Moon, — и рухнули в залив», — рассказывает Малахи. Водитель, возможно, задремал за рулем после слишком бурной тусовки (частая причина аварий после рейвов); также могла произойти механическая поломка. Какова бы ни была причина аварии, на голову Малахи