Христианское учение о спасении - Евгений Александрович Жуков Страница 76

Макариевский корпус

«Вопрос. Что значит: “Того око не видело, и ухо не слышало, и на сердце человеку не всходило, что приготовил Бог любящим Его” (1 Кор. 2:9)?

Ответ. В оное время великие и праведные цари и пророки знали, что придет Избавитель; но не знали тогда они, и не слыхали, и на сердце им не всходило, что Он постраждет и будет распят, что прольется кровь на кресте, что будет крещение огнем и Святым Духом, что в Церкви будут приносимы хлеб и вино – вместообразное Его плоти и крови (ἄρτος καὶ οἶνος ἀντίτυπον τῆς σαρκὸς αὐτοῦ καὶ τοῦ αἵματος), что причащающиеся видимого духовного хлеба будут вкушать плоть Господню, что апостолы и христиане приимут Утешителя, и облекутся “силою свыше”, и исполнятся Божества, что души святых срастворятся с Духом Святым. Сего не знали пророки и цари, сие и на сердце им не всходило. Ныне же христиане иначе обогащаются и исполняются любовью к Божеству, но рабы Божии пребывают в страхе и трепете, имея утешение и радость» (Слово 7. 15.[107] Перевод уточнен А. Г. Дунаевым).

Слово «вместообразное» – «ἀντίτυπον» понятно и без знания греческого. Анти – вместо, тип – образ. В данном контексте означает «символизирующие» или «представляющие собой образы». Оно относится к хлебу и вину, которые символизируют плоть и кровь Христа в христианской литургии. Это слово указывает на замещающие образы, которые представляют или символизируют что-то другое.

Серапион Тмуитский

«Господи сил, исполни и жертву сию Твоей силы и Твоего причащения, ибо Тебе мы принесли эту живую жертву, приношение бескровное; Тебе принесли этот хлеб подобие тела Единородного; хлеб этот есть подобие Святого тела, потому что Господь Иисус Христос в ночь, в которую предан, взял хлеб, преломил и дал ученикам Своим говоря: “Примите и ядите, сие есть Тело мое, еже за вы ломимое в оставление грехов”. Поэтому и мы, совершая подобие смерти, принесли хлеб и просим через эту жертву прости всех нас и помилуй, Боже правды. И подобно тому, как хлеб этот посеян был по горам и собранный составил единое целое, так и святую Церковь Свою собери из всякого народа, из всякой страны, из всякого града, веси и жилища, и сделай ее единою живою кафолическою Церковью.

Принесли мы и чашу – подобие крови, потому что Господь Иисус Христос, взяв чашу по вечери, сказал Своим ученикам: “Приимите, пийте, сия чаша есть новый завет, сия есть кровь моя, за вы изливаемая, во оставление грехов”. Посему и мы принесли чашу – подобие крови, прося: да приидет Боже правды, святое Твое Слово на хлеб этот, чтобы хлеб стал телом Слова, и на чашу эту, чтобы чаша стала истинною кровью; и соделай, чтобы все причащающиеся получили жизненное врачевство для исцеления всякой болезни, для умножения всякаго преспеяния и добродетели, но не для осуждения, Боже истины, не для обличения и не для стыда…» (Молитва приношения (Анафора)[108]).

Дидахе

«Как сей преломляемый хлеб был рассеян по холмам и собранный вместе стал единым, так и Церковь Твоя от концев земли да соберется в царствие Твое, ибо Твоя есть слава и сила чрез Иисуса Христа во веки»[109].

Идея о том, что плоть Иисуса Христа, символизируемая хлебом, есть Церковь, мистический организм верующих с главою Христом, настолько очевиден у Павла, что сложно не видеть этого. Августин разъясняет это подробнейшим образом, как я покажу ниже.

Иустин Мученик

«По окончании молитв мы приветствуем друг друга лобзанием. Потом к предстоятелю братии приносятся хлеб и чаша воды и вина: он, взявши это, воссылает именем Сына и Духа Святого хвалу и славу Отцу всего и подробно совершает благодарение за то, что Он удостоил нас этого. После того, как он совершит молитвы и благодарение, весь присутствующий народ отвечает: аминь. Аминь – еврейское слово – значит: да будет. После благодарения предстоятеля и возглашения всего народа, так называемые у нас диаконы дают каждому из присутствующих приобщаться хлеба, над которым совершено благодарение, и вина, и воды, и относят к тем, которые отсутствуют» (Первая апология. 65[110]).

Акцент здесь, опять же, делается на трапезе благодарения и хвалы. Он говорит, что пища – это хлеб и вино, смешанные с водой. Интересно, что даже после того, как председательствующий брат благословил и раздал дары, Иустин все равно говорит, что это хлеб и вино.

Иустин также ясно описал природу вечери Господней в другом своем произведении. Он говорит:

«И приношение пшеничной муки, государи мои, – продолжал я, – которую велено было приносить за очистившихся от проказы, было прообразом хлеба Евхаристии, который заповедал приносить Господь наш Иисус Христос в воспоминание страдания, подъятого Им за людей, очищающих свои души от всякого греха (верой – прим. Е. Жукова), а вместе для того, чтобы мы благодарили Бога, как за то, что Он сотворил для человека мир и все, что в нем находится, так и за то, что Он освободил нас от греха, в котором мы были, и совершенно разрушил начальства и власти чрез Того, Который сделался страждущим по воле Его» (Разговор с Трифоном иудеем. 41[111]).

Иустин описывает вкушение хлеба как средство вспомнить страдания Христа и поблагодарить Бога за сотворение, искупление, избавление и т.д. Далее он говорит:

«Ясно, что в этом пророчестве говорится о хлебе, который нам повелел наш Христос творить в воспоминание воплощения Его ради верующих в Него, за которых и пострадал; и о чаше, которую Он велел творить с благодарением в память крови Его» (Разговор с Трифоном иудеем. 70[112]).

Он говорит, что мы едим хлеб в память о плоти Христа, что сильно отличается от утверждения, что мы едим не хлеб, а едим настоящую плоть Христа. Он также говорит, что мы пьем чашу в память о крови Христа, что опять же сильно отличается от утверждения, что мы пьем саму кровь Христа в буквальном смысле. Позже он уточняет:

«Итак, Бог наперед свидетельствовал, что Ему приятны все жертвы во имя Его, которые повелел совершать Иисус Христос, т. е. которые на всяком месте земли приносятся христианами в Евхаристии хлеба и чаши… Такие именно и научены приносить христиане, и притом с воспоминанием во время принятия сухой и жидкой пищи, чрез которую они вспоминают о страдании, понесенном за них Сыном Божиим» (Разговор с Трифоном иудеем. 117[113]).

Для Иустина материя даров – это не жертвенная плоть и кровь Иисуса, принесенные на алтарь в