Методологические проблемы теории мышления - Георгий Щедровицкий Страница 82

Главное в восхождении, как мы уже говорили, это механизмы или правила перехода от простых структур к более сложным. Они определяются общей задачей восхождения: объяснить эмпирически зафиксированные свойства целого, исходя из гипотетически введенной модели его строения. Как правило, построение этой модели, а вместе с тем и объяснение эмпирически зафиксированных внешних свойств, осуществляется с помощью довольно длинной цепи «шагов», и единственным критерием правильности их может служить лишь конечная удача всего процесса: на этом пути нет никаких промежуточных ориентиров, которые позволили бы определить правильность выбранной системы последовательного усложнения. Это обстоятельство, естественно, очень затрудняет весь процесс и нередко делает его просто фантастическим: выбранные алгоритмы усложнения оказываются совершенно неадекватными действительному строению объекта.

При генетическом воспроизведении системы «ставшего» целого положение, как легко заметить, существенно меняется. Шаги последовательного воспроизведения генетических состояний объекта мы можем представить как шаги восхождения. Тогда механизмы или правила перехода от одного состояния к следующему будут выступать как отражение реальных процессов развития, а полихронический ряд будет давать ту систему ориентиров, которой мы должны будем следовать, чтобы получить систему восхождения, адекватную действительности, и по которой мы будем корректировать каждый шаг процесса. Иначе говоря, полихронический ряд даст нам ту последовательность свойств, их появлений и исчезновений, которая должна будет объясняться каждым шагом восхождения, и в этом главное и самое существенное облегчение, которое мы получаем при исследовании органического объекта. Наглядно-схематически это движение можно будет представить примерно так:

Рис. 32

Здесь кривые стрелки изображают разнообразные отношения сопоставления, устанавливаемые в процессе восхождения между последовательными синхроническими рядами эмпирического материала и моделями строения объекта на последовательных генетических этапах его развития, а вертикальные двойные стрелки изображают сами механизмы или правила перехода от простых структур к более сложным.

Главное в процессе восхождения, как мы уже говорили выше, — это выявление или конструирование механизмов перехода. Эта задача решалась с помощью двойной системы операций сведения и выведения. В данном случае эти механизмы, соответствующие генетическим процессам развития, точно так же выявляются с помощью процессов сведения-выведения, которые, учитывая их специфику, мы будем называть генетическим сведением и генетическим выведением.

Как и простые сведение и выведение, они являются сложными многоаспектными процессами, и это можно уловить уже на приведенной выше схеме. Исходная задача сведения состоит в том, чтобы таким образом представить высшее состояние, скажем, се, чтобы его можно было рассматривать как развитие с. Это предполагает определенное сопоставление се и с.

В данном случае, поскольку се возникает из с (и не из чего-либо другого), мы можем предполагать только одно: что с в процессе развития, с одной стороны, сохраняется, а с другой — «дает жизнь» новому образованию е. Поэтому, отделив с в высшем состоянии на первом этапе сопоставления, мы должны затем сопоставлять между собой е и с, устанавливая, с одной стороны, их тождество, а с другой стороны, различие — непременное условие выявления генетической связи. Но это можно сделать только в том случае, если само с мы представим иначе — как определенную структуру, скажем (А ↔ В), причем такую, чтобы из нее следовало тождество и различие с и е. Этим мы совершим переход от компонентов объекта, зафиксированных эмпирически, к его структурному изображению, элементам и связям структуры. Это будет второй аспект генетического сведения. Наглядно-схематически оба эти аспекта мы можем представить так:

Рис. 33

Но задача исследования состоит ведь не в этом; необходимо выявить механизм или правило перехода от простой структуры (А ↔ В), объясняющей состояние с, к более сложной структуре, которая объясняла бы также и состояние се. Поэтому, сопоставляя се и с в свете гипотетически вводимой структуры (А ↔ В), мы должны думать о формальной процедуре обратного перехода от с к се, которая будет осуществляться в форме усложнения исходной структуры (А ↔ В), перехода от нее к (А ↔ В ↔ C). И это третий аспект генетического сведения, который уже непосредственно переходит в обратную операцию генетического выведения.

Первоначально процедура усложнения просто «нащупывается», т. е. мы ищем такую структуру (А ↔ В ↔ C), которая, с одной стороны, легко получалась бы из (А ↔ В), а с другой — объясняла бы эмпирически зафиксированное состояние «се». К примеру, связь (B ↔ C) может выступать просто как связь, обратная по отношению к (А ↔ В) и в силу этого придающая своему элементу А новое функциональное значение С; тогда весь процесс перехода от (А ↔ В) к (А ↔ В ↔ C) будет выглядеть как присоединение второй такой же, лишь модифицированной связи. После того как нужная структура «нащупана» и на ее основе удалось объяснить эмпирически зафиксированное состояние се, мы осознаем саму формальную операцию усложнения исходной структуры и формулируем правило генетического выведения. Наглядно-схематически это можно представить так:

Рис. 34

Последующие шаги сведения, скажем ced к се, сеа к се и т. д., осуществляются в принципе по той же, описанной выше, схеме. Но так как это последующие шаги и они имеют своим основанием результаты первого сведения, кое-что в схеме исследования меняется.

Прежде всего, существенным является то, что структура, к которой надо сводить и из которой надо выводить высшее состояние, уже задана. Это обстоятельство накладывает дополнительное требование на сопоставление ced с се: структура не рождается из самого сведения, а участвует в нем и, можно сказать, определяет его. Это значит, что механизм сведения должен приспосабливаться к заданной структуре.

Кроме того, «нащупывая» механизм выведения, нужно учитывать уже выявленное в первом шаге правило, ибо нужно стремиться к унификации механизмов формального движения. Конечно, это не исключает того, что механизм второго шага будет принципиально иным, нежели механизм первого; но если каждый новый шаг будет давать свое специфическое правило, то это будет говорить, по-видимому, о неудаче всей схемы, во всяком случае в формальном отношении. Таким образом, каждый последующий шаг восхождения должен сообразовываться с результатами предыдущего и вместе с тем корректировать его, обусловливать пересмотр и изменение схемы, если органическое сцепление шагов становится невозможным и в конце концов весь процесс генетического восхождения оказывается одним целостным образованием, в котором все части взаимосвязаны и определяют друг друга в обоих направлениях как снизу вверх, так и сверху вниз. Такая взаимосвязь всех частей процесса, конечно, сокращает произвол исследователя и очень затрудняет конструирование схемы, но вместе с тем обеспечивает более точное изображение реальных процессов развития объекта.

Интересно отметить, что процесс генетического восхождения вносит свои коррективы и в полихроническую систему организации эмпирического материала. Нередко в ходе выведения обнаруживается, что определенные компоненты более