Роковой 53-й. Смертельные игры - Елена Анатольевна Прудникова Страница 92

совершались систематически, либо из корыстных соображений или иной личной заинтересованности, а равно если они имели своим последствием дезорганизацию вверенных ему сил, либо порученного ему дела, или разглашение военных тайн или иные тяжелые последствия, или хотя бы и не имели означенных последствий, но могли их иметь, или были совершены в военное время, либо в боевой обстановке влекут за собою лишение свободы на срок не ниже шести месяцев.

б) Те же деяния, при наличии особо отягчающих обстоятельств, влекут за собою высшую меру социальной защиты».

Интересно, 305 катастроф во время войны являются «особо отягчающими обстоятельствами»? Нет, честное слово, пожалели мужиков! Война, победа, радость…

Под эту статью не подпадает разве что Шахурин — он вроде бы человек штатский. Но в Уголовном кодексе была и другая статья.

«Ст.128а. За выпуск недоброкачественной или некомплектной промышленной продукции с нарушением обязательных стандартов — директора, главные инженеры и начальники отделов технического контроля промышленных предприятий караются как за противогосударственное преступление, равносильное вредительству, тюремным заключением сроком от 5 до 8 лет».

По идее, этих людей надо было включить в общий «жуковский» список. Но конкретные обстоятельства позволяли лепить из их истории отдельное политическое дело — и его слепили. А потом эти товарищи так и вошли в историю как жертвы политических репрессий. Ничего удивительного здесь нет — ведь те же Сиднев, Телегин, Минюк тоже считаются «политически репрессированными».

Согласно официальным данным, реабилитированы жертвы «дела авиапрома» были одними из первых. Уже 18 марта вышел следующий приказ министра внутренних дел:

«Придавая важное государственное значение материалам следственного дела на бывших работников ВВС Советской армии и министерства авиационной промышленности, следствие по которому, как это было установлено проверкой, было проведено… необъективно и поверхностно, — приказываю… организовать тщательную проверку…»

Сориентируемся по датам. Берия только что пришел в наркомат. 13 марта он приказал провести проверку текущих дел МГБ, установив срок в две недели. Поскольку дела были «горячие», по-видимому, это предельный срок для такого рода работы. Вопрос: когда успела пройти первая проверка? Ее что, проводили еще при Игнатьеве?

Дальше, по той же официальной версии, 26 мая Берия представил в ЦК записку о том, что «героев» этого дела надо реабилитировать. В докладной утверждалось:

«Произведенной проверкой установлено, что обвинение Шахурина, Новикова и др. основано на материалах, сфабрикованных б. начальником Главного управления контрразведки “СМЕРШ” Абакумовым и следственными работниками подчиненного ему аппарата.

Как показала проверка, Шахурин, Новиков и др. были арестованы при отсутствии данных об их преступной деятельности и даже, в нарушение элементарных требований советской законности — без санкции прокурора…

Для того, чтобы обосновать их арест, Абакумов прибег к искусственному созданию материалов о том, что якобы Шахурин, Новиков и др. умышленно наносили вред Военно-воздушным силам Советской Армии. (Проверяющие вообще дело читали? Не было там 58 статьи! — Е. П.) С этой целью арестованные путем применения к ним извращенных методов ведения следствия…» и т. д.

Бумажка-то, конечно, фальшивая, ибо многословна до безобразия. «Даже — о, ужас-то какой! — без санкции прокурора». Данные о преступной деятельности у МГБ тоже были — вы сами их только что прочли. Кроме того, добрая половина записки посвящена долгим и нудным объяснениям, при каких обстоятельствах были получены от подследственных какие-то «заявления, в которых делалась попытка оклеветать товарища Маленкова». Едва ли Берия так уж был озабочен этой древней историей — за провороненный им бардак Маленков в свое время был наказан, об этом все знали, дело прошлое.

Дата, к которой можно отнестись с некоторой долей доверия, — 29 мая, день, когда приговор был отменен Военной коллегией. Именно с некоторой долей, ибо Военная коллегия в хрущевские времена тоже была совершенно ручной, реабилитировала кого велят, так почему бы и фальшивую бумажку не изготовить, пометив ее нужной датой? Но все-таки это — единственная судебная реабилитация по делу, которое МГБ вело при Абакумове, вроде бы проведенная в бериевский период. Мог ли Берия реабилитировать этих деятелей?

А вы знаете — мог! Именно Берия и мог реабилитировать, правда, не потому, что гебисты фальсифицировали дела, а по другой причине. Дело в том, что для Сталина, Жукова, Василевского, Абакумова некачественные машины — это пять тысяч бракованных самолетов. И только для Берии, единственного в Политбюро производственника, это — пять процентов заводского брака, в общем-то, вполне обычная цифра[122]. Он-то повадки заводчан знал досконально, однако прекрасно понимал, что начни за такое карать — на заводах станут снег студить, а тут идет гонка вооружений, и совсем нешуточная.

Но даже в этом случае бериевское понимание распространилось бы на наркома авиационной промышленности Шахурина, но не высоких чинов ВВС, которые совершенно сознательно гнали на фронт бракованные самолеты. Так что и это дело по внимательном изучении оказывается весьма темным…

…А кончилась эта история натуральной шизой. В сборнике «Реабилитация: как это было» рассказывается, как из «дела авиапрома» лепили политику.

«А.И. Шахурин, А.А. Новиков и другие участники этого “дела” были осуждены и, соответственно, реабилитированы Военной коллегией Верховного суда СССР по так называемой неполитической статье 193, п. 17а УК РСФСР. После принятия в октябре 1991 г. Закона Российской Федерации “О реабилитации жертв политических репрессий”, определившего круг лиц, подлежащих политической реабилитации, участники “дела” по российскому законодательству оказались не подлежащими реабилитации. Поэтому 24 мая 1993 г. комиссия Верховного Совета РФ по реабилитации жертв политических репрессий, изучив представленное Главной Военной прокуратурой РФ “дело” А.И. Шахурина, А.А. Новикова и др., установила, что они “осуждены по политическим мотивам”».

Ладно, не будем касаться факта переквалификации, это дело житейское… Однако с какого перепугу Главвоенпрокуратура РФ взялась реабилитировать людей, которые уже были реабилитированы аж в мае 1953 года за отсутствием состава преступления?!! (Вот и вопрос: то ли комиссия вообще материалов не изучала, то ли решение от 29 мая тоже «липовое»?)

Впоследствии «дело авиаторов» использовали для дискредитации Сталина и обеления Игнатьева, но это, впрочем, скучно. Нам, к сожалению, ловить здесь нечего…

«Хорошая еврейская дочь»…

— Слушай, пан! — сказал Янкель, — нужно посоветоваться с таким человеком, какого еще никогда не было на свете. У-у! то такой мудрый, как Соломон; и когда он ничего не сделает, то уж никто на свете не сделает.

Гоголь. Тарас Бульба

Но самой громкой реабилитацией, относящейся к той весне, было возвращение в Москву Полины Жемчужиной. Дама сия интересна тремя моментами своей бурной жизни: она была жена Молотова, еврейка с ярко выраженными национальными пристрастиями и относится к числу «жертв политических репрессий». В декабре 1948 года товарищ Жемчужина