Военная организация поздней римской империи в 253—353 гг. От реформ императора Галлиена до периода тетрархии (253—305) - Евгений Александрович Мехамадиев Страница 89

с рейнской границы и перевел в Италию значительное количество опытных войсковых гарнизонов — вексилляции, легионы, алы и когорты, поскольку мы понимаем под фразой о римских гарнизонах (или, как вариант перевода, крепостях — uel Romanorum praesidiis) пограничные сторожевые отряды, дислоцировавшиеся по всему течению Рейна. Следовательно, небольшая вексилляция фиванских воинов, даже если признать, что она осталась в Галлии, вряд ли реально могла остановить стремительное продвижение столь мощной и серьезной армии, как та, которая находилась под командованием Арбогаста. В случае малейшего сопротивления вексилляция фиванских воинов просто была бы уничтожена, так что мы скорее можем предположить, что в условиях нарастающего противостояния и неизбежного военного столкновения Арбогаста и Евгения с Феодосием фиванская вексилляция либо предпочла сохранить нейтралитет, либо поддержала мятежников и выступила против Феодосия уже на стороне Евгения и Арбогаста.

В большей степени мы склоняемся к версии о нейтралитете фиванской вексилляции, если действительно принимаем версию Д. Вудса о последующем размещении ее в приальпийских регионах в эпоху Феодосия I. Судя по всему, именно этот нейтралитет обеспечил группе фиванских воинов относительную лояльность в эпоху Феодосия и наделение их почетным привилегированным рангом дворцового легиона (legio palatino).

Тем не менее сведения надписи из Египетской Сиены позволяют нам сделать вывод, как рекрутировались молодые юноши (новобранцы) в римскую армию, как происходил процесс зачисления этих рекрутов в то или иное подразделение. Надпись предельно четко упоминает «фиванских воинов», т. е., по сути, либо совокупность регулярных войсковых подразделений, дислоцировавшихся в Фиваиде, кадровый состав этих подразделений, либо просто группу рекрутов, сформировавших новую войсковую часть непосредственно на территории Фиваиды. Собственно, поступление новобранцев на римскую военную службу и зачисление их в вексилляцию произошло именно в Фиваиде, откуда данная группа рекрутов переправилась уже на запад Римской империи.

Соответственно, на основании надписи из Сиены мы можем сказать о принципе, на основе которого происходило комплектование, пополнение римской армии свежими силами. Это был местный, локальный принцип, по его условиям войсковые подразделения пополнялись из населения того региона, где они сами дислоцировались, то есть местное гражданское население было важнейшим источником людских кадров, фактически было инструментом восполнения потерь, понесенных в ходе сражений, с помощью жителей той или иной провинции римские власти в период Тетрархии могли решить проблему дефицита военных кадров.

Соответственно, если пополнение войсковых подразделений происходило на основе локального рекрутского набора, т. е. в том же регионе, где были расположены войсковые гарнизоны, и из местных жителей, местного гражданского населения этого региона, возникает закономерный вопрос — из каких социальных групп, слоев общества комплектовалась римская армия рубежа III и IV вв. и периода Константина I Великого?

Применительно к этому вопросу Вегеций, написавший свой трактат после 383 г., однозначно советует набирать в армию жителей деревень, сельской местности, т. е. крестьян, по сути — юношей из семей мелких и средних свободных землевладельцев. Вегеций рекомендует преимущественно опираться на этот социальный слой, поскольку юноши из крестьянских семей более приспособлены к условиям тяжелой строевой службы, они лучше переносят тяжелые боевые учения и физическую нагрузку: «Таким образом, можно видеть, что главную силу войска надо пополнять <набором> из деревенских местностей» (Ex agris ergo subplendum robur praecipue uidetur exercitus. — Veg. RM. I. 3, ed. C. Lang, перевод C. П. Кондратьева).

На наш взгляд, слова Вегеция четко подтверждает латинская надпись из Вифинии (Малая Азия), которая однозначно была создана в период от Галлиена до Константина, т. е. между 253 и 324 гг. Эта надпись представляет собой надгробную эпитафию, она упоминает Валерия Урсицина, протектора (protector, 'защитник'), родившегося в общине Диссена в Дакии (цитируем строки 1–6 данного документа)[477]:

D(is) M(anibus)

Valerius Ursicinus protector, de provincia Dacia vico Dissena,

(an)nis fecit stipendia XXIII,

quandiu vita fuit data, vixi bene, cogni ius simper

Богам Манам. Валерий Урсицин, защитник из провинции Дакия, община Диссена, выполнял военную службу 23 года, тот срок жизни, который был мне дан, я прожил достойно, я всегда соблюдал закон

Ранее, в пункте 1.3 § 1 данной главы, мы уже показывали, что почетный титул (или ранг) протектора впервые был учрежден в римской армии именно в эпоху императора Галлиена, он предоставлял этот титул офицерам своей походной (мобильной) армии, при этом офицерам, которые входили в состав его ставки, полевого штаба, формировали ближайшее окружение принцепса. Тем не менее, как видно из текста надписи, протектор Урсицин носил имя Валерий, Valerius, а это имя было чрезвычайно распространено в Римской империи в период Тетрархии, во времена правления Диоклетиана, поскольку это было его родовое имя, и практически все чиновники гражданской и военной администрации носили родовое имя Valerius, присоединяли его к своему личному имени. Начиная же с 316 г., когда Константин разгромил своего противника Лициния и установил свою власть над многими балкано-дунайскими провинциями, придворная и провинциальная бюрократия (в пределах тех земель, которые подчинялись Константину) стала активно присваивать себе имя Flavius, а Флавий — родовое имя самого Константина. Когда же Константин окончательно установил свое единовластие во всей империи (324 г.), имя Flavius полностью вытеснило имя Valerius[478].

Основываясь на этих тенденциях в развитии позднеримской именной практики, мы можем уточнить датировку цитированной выше надписи. Скорее всего, эпитафия Валерия Урсицина была составлена в период до 324 г., по крайней мере, мы можем фиксировать 324 г. как terminus ante quem для датировки надписи, поскольку имя Valerius преимущественно было распространено в Римской империи до 324 г., как раз в период Диоклетиана. Следовательно, с учетом предложенной датировки, мы можем идентифицировать провинцию, где родился Валерий Урсицин, как Дакию Речную — эта провинция представляла собой остаток от той большой Дакии, которая вошла в состав империи в эпоху правления императора Траяна (98–117) благодаря его завоевательным походам против даков и их знаменитого царя Децебала. Как известно, в 271 г. император Аврелиан вынужден был эвакуировать римские войска из задунайского выступа Дакии и отказаться от этой территории в пользу германских племен, под властью же империи осталась только та часть Дакии, которая располагалась по эту сторону Дуная. Аврелиан переименовал данный регион в Дакию Речную.

Соответственно, надпись Валерия Урсицина позволяет заключить, что в период Тетрархии войсковые гарнизоны и привилегированные отряды императорской гвардии (напомним, титул протектора предоставлялся только офицерам, входившим в ближайшее окружение принцепса, а значит, они служили в его гвардии, квартировали в его дворце или резиденции) активно пополнялись за счет сельского населения, — у нас нет сомнений в том, что слово vicus, упомянутое в эпитафии Валерия Урсицина, подразумевало именно сельскую общину, сельскую местность, тем не менее данные агиографических источников свидетельствуют, что процессы рекрутирования разворачивались и в городах, более того, применительно к городам источники называют нам должность чиновника,