Rus Lietuvos. Великое княжество Литовское от рассвета до заката - Андрей Юрьевич Дворниченко Страница 8

Уже при Ольгерде был положен предел восточной экспансии Великого княжества Литовского. Здесь на восточных рубежах оно столкнулось с бурно растущим Московским великим княжеством. Взяв в союзники Тверь, Ольгерд совершил три похода на Москву. Русско-литовские рати разоряли земли молодого Российского государства, подошли к стенам первопрестольной столицы, но в конечном итоге были отброшены. Эти «литовщины» принесли значительный урон и стоят среди грустных событий истории, но они же показали, что Москва — грозный противник.

Борьба шла и в церковной сфере. Ольгерд предложил на пост митрополита «киевского и всея Руси» своего родственника по жене — тверской княжне Ульяне — Романа. Это было продолжением уже довольно давно наметившихся претензий на гегемонию в церковной жизни. Одно время конкурентом литовской власти в этой области выступала Галичина, где была своя митрополия. Константинопольские патриархи, стремясь распространить своё влияние как можно шире, шли на сотрудничество с новыми восточноевропейскими акторами.

Между Романом и московским митрополитом Алексием началась борьба, в которую вмешивались и светские правители. Смерть Романа упростила ситуацию для Москвы, но борьба продолжалась. Когда польский король Казимир ухитрился «выбить» у патриарха отдельного митрополита в Галичину, Ольгерд вновь взялся за дело. Результатом антимосковской интриги стало поставление в Киеве митрополитом «всея Руси» Киприана и обвинение Алексия в преступных деяниях перед патриархом. Однако московский великий князь Алексия в обиду не дал, а ревизоры из Константинополя не подтвердили виновность московского митрополита. В результате русская митрополия распалась на три части: галицкую, киево-литовскую и владимиро-московскую. В 1390–1406 гг., когда Киприан пребывал в Москве, две последних митрополии снова объединились.

Возникшее противостояние с Московским княжеством, постоянная вражда с рыцарями толкали к сближению с другим соседом — католической Польшей. Этому сближению предшествовали драматические перипетии во власти. После смерти Ольгерда великим князем стал его сын Ягайло. Между ним и его дядей Кейстутом возник конфликт. Ягайло делал ставку на ордынского хана Мамая и даже собирался помочь ему в той битве, которую все в России знают — на Куликовом поле (1380)... Но не успел, а Мамай потерпел поражение. В борьбе с дядей Ягайло сумел, однако, одержать перевес. Все завершилось гибелью Кейстута, которого слуги Ягайло задушили в подземельях замка города Крево. Его сын Витовт бежал в Орден. Правда, позже между братьями была достигнута договорённость.

А тут как раз в Польше пресеклась правящая династия. После двенадцатилетнего правления венгерского короля Людовика на престоле оказалась его дочь Ядвига. Польские паны, короновав её, одновременно поставили вопрос о её браке с Ягайло Ольгердовичем. В 1385 г. был заключён брак и Кревская уния между Польшей и Великим княжеством Литовским. Впрочем, эта уния так и осталась на бумаге. Время для межгосударственной унии ещё не пришло, условия не созрели. Э. Гудавичюс обратил внимание на то, что в Кревском акте ещё не было понятия литовского государства: речь шла о королевстве Польском и о землях Литвы и Руси.

Непосредственным следствием унии стало крещение Великого княжества в «узком смысле», т. е. непосредственно литовских земель (прежде всего Аукштайтии) в католичество. Ягайло сам прибыл с этой целью в Литву и «подключил административный ресурс»: тиуны собирали людей. Крестилась знать и те сельские жители, которые прибыли к административным центрам. Был построен каменный кафедральный собор в Вильнюсе, учреждены в ряде мест первые приходы. И всё-таки значение этого крещения не только для русских земель, но даже и для литовских не стоит преувеличивать. Народ оставался языческим, да и литовская власть пока ещё не кинулась с головой в объятья католической религии. Об этом свидетельствует хотя бы тот факт, что в Литве не была введена всеобщая церковная десятина. Об этом говорит и то, что Ягайло получал поздравления от коллег-королей и прочих европейских правителей в качестве польского короля. В крещении литовцев замечательно много похожих черт на процесс крещения восточных славян четырьмя веками раньше[38].

Между тем возникла ожесточённая борьба между Ягайло и Витовтом, завершившаяся соглашением в Острове (1392), согласно которому Витовт стал литовским князем. Правление Витовта — золотая пора в истории ВКЛ. «Политический кругозор Витовта объемлет все русские земли и отношения», — писал А. Е. Пресняков. В середине 90-х гг. Витовт уничтожил местную княжескую власть, где она оставалась, и заменил князей своими наместниками. С 1395 г. во всех документах он начинает именоваться «великим князем литовским». Этот великий князь старается распространить влияние на Великий Новгород. Он присоединил к Литве Смоленск. Он всячески пытается возродить православную митрополию Великого княжества.

Необходимо сказать отдельно о его ордынской политике. Сачале всё складывалось благополучно для Витовта. Хан Тохтамыш в 1395 г. у Татартупского минарета на Тереке потерпел страшное поражение от нового завоевателя, знаменитого Тимура (Тамерлана) — нового центральноазиатского деспота, захватившего уже чуть не половину Евразии. Укрывшись в Крыму, он жаждал поддержки могущественного литовского правителя. Успешно действуя против татар в течение нескольких лет, Витовт, видимо, утратил чувство меры. Новому походу был придан характер «крестового», который признал и благословил сам папа. Всё это были недобрые предзнаменования: дело закончилось катастрофой. Армия состояла из литовцев, русских, тевтонцев, принявших участие в этой кампании, а также мазовшан и подолян под руководством Спитека из Мельштына. К христианскому войску присоединился и Тохтамыш.

Двигаясь путями древнерусских князей, которые ходили на половцев, Витовт слишком углубился в степь. Здесь, у реки Ворсклы, и встретило его войско ставленника Тамерлана — Темир-Кутлуя, которым руководил талантливый полководец — беклярибек (один из высших чиновников Орды) Эдигей, а затем подошёл и сам Темир-Кутлуй. Литовцы действовали успешно, увлеклись наступлением и покинули выгодные позиции. Это дало возможность татарам зайти к ним в тыл и окружить. Разгром армии Витовта был страшным, хотя и сам глава Орды был смертельно ранен...

Поражение на Ворскле поставило Витовта в тяжелое положение и перед Новгородом, и перед Москвой. Ему пришлось пойти на новую — Вильнюсско-Радомскую (1401) унию с Польшей. Это сближение и стремление спасти Жемайтию, которая всё время оказывалась один на один с Орденом, привели к новой небывалой войне 1409–1411 гг. Ягайло и Витовт объединили силы и собрали большую армию, но крестоносцы также были не лыком шиты: из германских земель к ним пришли многочисленные отряды наёмников и добровольцев, искателей славы и добычи, борцов за «правую веру».

В 1410 г. грянула знаменитая Грюнвальдская битва. Как считают исследователи, армия союзников имела численное