Военная организация поздней Римской империи в 353-395 гг. На пути к разделению империи. - Евгений Александрович Мехамадиев Страница 44

знаменитый восточный богослов сирийского происхождения, один из Отцов Церкви, первоначально — монах-аскет, а позже — диакон, родившийся в Нисибисе и проживший в этом городе вплоть до 363 г., более того — очевидец персидской осады 350 г.[278], в одной из своих поэм, посвященных этому событию, отмечает, что «(Бог) спас нас без [присутствия] царя и показал, что Он — наш царь» (Salvavit nos sine rege et testatus est, se esse regem nostrum. — S. Ephraemi Syri Carmina Nisibena, II. 2)[279].

Слова Евфрема Сирина четко свидетельствуют, что к весне 350 г., когда произошла осада, император Констанций, которого богослов называет царем, уже отсутствовал на территории Нисибиса: судя по всему, к этому времени он оставил Месопотамию и переместился в Малую Азию, чтобы затем отправиться во Фракию и далее — в Галлию. Через некоторое время, 15 марта 351 г., Констанций наделил своего двоюродного брата, Констанция Галла, титулом Цезаря и отправил его на восток управлять восточными провинциями на тот период, пока он сам будет находиться в западных провинциях (в тот период император размещался в Иллирике и собирал там войска для решающего сражения с Магненцием) (PRLE I, р. 224, sv. Fl. Claudius Constantius Gallus 4).

Тем не менее восточные провинции, и в том числе Месопотамия, включая сам город Нисибис, не были оставлены без защиты: согласно Зосиму, «когда он (Констанций. — Е. Μ.) возложил на него (т. е. на Галла. — Е. Μ.) титул Кесаря, он поручил Лукиллиану [вести] войну против персов, а сам устремился против Магненция» (Τούτφ μέν ούν τό του Καίσαρος έπιτίθησι σχήμα, Λουκιλ — λιανφ δέ τον προς Πέρσας έπιτρέψας πόλεμον αύτός έπί Μαγνέντιον έχώρει. — Zos. II. 45. 2). В другом фрагменте своего труда Зосим, рассказывая о попытке Шапура II захватить Нисибис в 350 г., подчеркивает, что именно «полководец Лукиллиан отразил осаду» города (του δέ στρατηγού Λουκιλλιανοΰ προς τήν πολιορκίαν άρκέσαντος. — Zos. III. 8. 2). Таким образом, сведения Зосима дают понять, что в Нисибисе находился профессиональный военный гарнизон или даже небольшая войсковая группировка, которую возглавлял офицер по имени Луциллиан (Lucillianus), авторы-составители справочника PRLE I (sv. Lucillianus 3, p. 517) предположили, что в тот период Луциллиан занимал должность комита военных дел (comes rei militaris), в таком случае он мог возглавлять сразу несколько войсковых подразделений.

В результате возникает вопрос, какие именно войска подчинялись Лу-циллиану — пограничные или экспедиционные, с помощью каких войск он отразил нападение персов на Нисибис? Иероним Стридонский в биографии монаха-отшельника Малха из Палестины, написанной около 390 г.[280], рассказывает об эпизоде, который, по оценкам современных исследователей, произошел в 340-е гг.[281], а именно — отъезд Малха из Нисибиса, где родился святой, пленение Малха арабами, последующее бегство из плена и наконец возвращение в Месопотамию и прибытие в ставку дукса данной провинции, Сабиниана. В сведениях Иеронима, о которых он рассказывает со слов самого Малха (Иероним и святой встретились в Палестине, в районе города Г аза, когда сам Малх находился уже в весьма преклонном возрасте), мы хотели бы обратить внимание на фразу Малха о том, что, выступив из Нисибиса, он направился не на восток, а на запад от города, поскольку к востоку от города находились «сторожевые отряды римских воинов» (et Romanorum militum custodiam. — Hieronymus. Vita Malchi 3, PL. Vol. 23. Col. 56В).

Следовательно, в 340-е гг., а значит, и в 350 г., когда состоялась осада, в Месопотамии размещались пограничные войсковые подразделения, находившиеся под командованием дукса этой провинции, и мы полагаем, что как раз эти подразделения и приняли активное участие в обороне Нисибиса от персов весной 350 г. Но находились ли в Нисибисе в тот период какие-либо подразделения экспедиционной армии? Скорее всего, нет, поскольку экспедиционные войска, которыми командовал Констанций, покинули Месопотамию вместе с ним и отправились во Фракию. Чем эта ситуация была опасна для обороны римского Ближнего Востока? Как недавно проследил Р. Бернс, еще со времен Диоклетиана на римском Ближнем Востоке, вдоль персидского фронта, функционировала линия многочисленных крепостей, занимавшая территорию от земель современной Сирии до города Эйлат на самом юге современного Израиля (берег залива Акаба), ареал размещения оборонительных сооружений включал в себя и земли современной Иордании. Тем не менее, по мнению Р. Бернса, эта линия не была последовательной и единой, скорее, она была прерывистой и характеризовалась неравномерным распределением крепостей по регионам: наибольшая часть крепостей была сосредоточена на северном участке персидского фронта для защиты Антиохии, в то время как центральные и южные участки персидского фронта (в основном провинции Палестина и Аравия Петрейская) были слабо защищены, поскольку там находились только союзные римлянам арабские племена и небольшие сторожевые отряды[282].

Подобное положение ставило под удар римские владения на Ближнем Востоке в случае отсутствия в Месопотамии и в Сирии (т. е. на северных рубежах персидского фронта) каких-либо экспедиционных войск: одни только подразделения местной пограничной армии не могли справиться с двойным натиском персов, а в подобной ситуации, на наш взгляд, персам было выгодно развивать наступление именно в двух направлениях — с севера, через земли Сирии и Месопотамии по направлению к Антиохии, и с юга, со стороны слабо защищенной Аравии Петрейской.

Судя по всему, осознавая возможность наступления персов в двух направлениях, Констанций принял решение назначить Констанция Галла Цезарем и отправить его на персидский фронт для того, чтобы сдерживать натиск персов: церковный историк Филосторгий сообщает, что «[когда] Константий готовился [к войне] против тирана Магнентия, он услышал, что персидский [царь] с еще более сильным войском направился против восточных земель, и он (Константий = Констанций. — Е. Μ) был вынужден назначить Галла Кесарем и отправить [его] против них» (против персов. — Е. Μ.) (Κωνστάντιος κατά Μαγνεντίου παρεσκευάζετο του τυράννου, τό Περσικόν άκούσας κατά τής Έφας βαρυτέρα χειρί κινεΐσθαι, εις άνάγκην ήκε Γάλλον Καίσαρα χειροτονήσαι καί έπ' αύτούς έκπέμψαι. — Philostorg. HE. III. 25). В другом фрагменте своего труда Филосторгий отмечает, что «Галл наилучшим образом проявил мужество в [войне] против Персов» ("Οτι Γάλλου κατά Περσών εις τό κράτιστον άνδραγαθήσαντος), более того, «благодаря подвигам Кесаря была прекращена персидская война» (καί του Περσικού πολέμου ταίς του Καίσαρος άριστείαις πεπαυμένου. — Philostorg. HE. III. 28); соответственно, по словам церковного историка, именно эти успехи стали причиной зависти самого Констанция, который в итоге обвинил Галла в заговоре и приказал умертвить его.

По мнению Г. Леппина, христианин Филосторгий был настроен враждебно по отношению к язычнику Юлиану, поэтому, рассказывая о войнах с персами, церковный историк противопоставил двух братьев, Галла и Юлиана: Филосторгий представил христианина Галла успешным полководцем, одержавшим многочисленные победы над персами, а