История и философия монергизма. Том 1. - Евгений Александрович Жуков Страница 25

Эта формула радикально отличается от восточного понимания синергии. Златоуст подчеркивал бы полную инициативу человека и его свободной воли, а затем, в лучшем случае, соработничества, помощи от Бога. Амвросий же утверждает, что сама способность быть благочестивым есть Божественное действие: не человек становится благочестивым, стремясь к Богу, но Бог делает человека благочестивым по Своему благоволению.

«Видите таинства, видите благодать Христову, благодать Святого Духа, который подается как бы по некоему жребию, ибо не по делам, но по вере каждый оправдывается Господом. В самом деле, как выпадение жребия зависит не от нашей власти, но от случая, так и благодать Господа ниспосылается не в качестве платы за заслугу, но как бы по произволу [ex voluntate, букв. — по воле]. Поэтому о разделении дарований, ниспосылаемых различными способами рабам Божиим, апостол и говорит: “Всё же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно” (1 Кор. 12:11). “Как Ему угодно”, — говорит, а не “как должно”» (Увещание к девству. 7. 43[117]).

Амвросий решительно отвергает любую связь между благодатью и человеческими заслугами. В «Увещании к девству» он использует образ жребия, чтобы подчеркнуть случайность (с человеческой точки зрения) Божественного избрания: «Благодать Господа ниспосылается не в качестве платы за заслугу, но как бы по произволу». Термин ex voluntate (по воле) указывает на абсолютную свободу Божественного решения, не связанного никакими внешними факторами.

Развивая эту мысль, Амвросий комментирует 1 Кор. 12:11: «Всё же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно». Ключевая фраза — «как Ему угодно, а не как должно». Нет никакого долга, никакой обязанности со стороны Бога воздавать по заслугам. Благодать суверенна и безусловна.

Августин в сочинении «О природе и благодати» приводит слова Амвросия, комментирующего пролог Евангелия от Луки, где евангелист говорит о том, что замысел написать Евангелие показался ему чем-то полезным и благим: «Мне это показалось благим. Но, быть может, не просто ему самому показалось благим то, что показалось ему благим. Ибо благим это показалось не просто его человеческой воле, но потому что это угодно было и Христу, Который, по слову апостола, “говорит во мне” (2 Кор. 13:3) — Тому, Кто производит в нас восприятие самого блага как благого. Кого Он милует, того и призывает. Поэтому тот, кто следует за Христом, на вопрос, почему он захотел стать христианином, может ответить: “Мне это показалось благим”. Отвечая так, он не отрицает, что это было угодно и Богу — ведь от Бога исходит приготовление человеческой воли, поскольку то, что Бог прославляется Своим святым —это благодать Божия» (Изъяснение Евангелия от Луки. 1. 10[118]).

Амвросий подчеркивает не только греховность, но онтологическую беспомощность падшего человека. В трактате «О бегстве от мира» он так описывает состояние человеческой воли:«Не в нашей власти наше сердце и наши мысли: неожиданно эти мысли затапливают ум и душу; они тянут [тебя] туда, куда ты не собирался».

Человек не просто слаб — он не властен даже над собственными помыслами. Суетные мысли «вторгаются» против воли, земное «низвергает» вопреки намерению возноситься к Богу. Амвросий задает риторический вопрос: «И как это может быть сделано без Божественной помощи?» Ответ категоричен: «Разумеется, никак не может» (О бегстве от мира. 1[119]).

В толковании на книгу пророка Исаии эта мысль выражена еще резче: «Человеческая забота без Божественной помощи бессильна врачевать; она нуждается в том, чтобы Бог был ее помощником» (это сочинение Амвросия не сохранилось, цитата приводится Августином: Против двух писем пелагиан. 4. 4. 30[120]).

Не недостаточно, не слабо, но бессильно. Без благодати человеческие усилия не просто малоэффективны — они полностью неспособны произвести духовное исцеление.

Амвросий идет дальше большинства своих современников, утверждая в том же толковании, что даже молитва, сама просьба о помощи, уже есть действие благодати:

«И молиться Богу — это духовная благодать, ведь никто не называет Иисуса Господом, кроме как в Духе Святом» (это сочинение Амвросия не сохранилось, цитата приводится Августином: Против двух писем пелагиан. 4. 4. 30[121]).

Это прямая отсылка к 1 Кор. 12:3, но Амвросий применяет ее к самому основанию духовной жизни. Если молитва — дар благодати, то круг замыкается. Человек не может даже попросить о благодати без предварительного действия благодати. Это предвосхищает августиновское учение о предваряющей благодати, которая действует в человеке прежде всякого его движения к Богу.

«Видишь, что повсюду сила Господа содействует человеческому усердию, поэтому никто не может строить без Господа, никто не может хранить без Господа, никто не может положить чему-либо начало без Господа» (Изъяснение Евангелия от Луки. 2. 84[122]).

Латинский глагол incipere означает не просто «делать», но именно «начинать», «приступать», «инициировать» действие. Амвросий использует три глагола в нарастающей последовательности: строить (продолжающееся действие), хранить (сохранение достигнутого), и начинать (первое движение, инициатива). Утверждение, что «никто не может начинать что-либо без Господа» (nemo quicquam incipere sine Domino), разрушает пелагианскую схему, согласно которой человек сам делает первый шаг к спасению, а Бог затем помогает продолжать. Для Амвросия даже сама инициатива невозможна без Божественной силы. Это монергическая, а не синергическая формула: не «человек начинает, Бог помогает», но «без Бога невозможно даже начать».

Наиболее показательным для понимания позиции Амвросия является его использование Рим. 9:16 — текста, который станет краеугольным камнем августиновской доктрины предопределения. В толковании на псалом 118 Амвросий пишет: «Пребывание [в добре] “зависит не от желающего или старающегося человека”, поскольку это не во власти человека, “но от милующего Бога”» (Толкование на псалом 118. 10. 35[123]).

Это почти дословная цитата апостола Павла: «Итак, это зависит не от желающего и не от подвизающегося, но от милующего Бога» (Рим. 9:16). Амвросий применяет этот текст не к первоначальному избранию, но к устоянию в благодати — однако сам принцип остается тот же. Не человеческая воля, не человеческое усилие, но Божественная милость есть источник и основание спасения.

Примечательно, что Амвросий добавляет разъяснение: «Бог [делает так], что ты можешь завершить начатое» (Толкование на псалом 118. 10. 35[124]). Способность довести до конца духовный подвиг — не плод человеческого постоянства, но результат