Красный в мировой культуре. Огненный цветок бессмертия, кровь дракона, алые паруса - Марина Валентиновна Голубева Страница 24

Говоря о красном цвете, художник характеризует его как живой, жизненный, беспокойный цвет, однако красный вполне серьезный, в отличие от такого же живого, но легкомысленного желтого. Красный обнаруживает необыкновенную яркую силу. «В этом кипении и пылании… сказывается как бы мужественная зрелость»[129].

Разные оттенки красного вызывают различные ощущения. Так, светло-красный, яркий и сочный, согласно Кандинскому, вызывает ощущение триумфа и воспринимается как звук фанфар. Киноварь — это равномерно пламенеющая страсть, уверенная в себе сила, она «пылает» внутри себя. В ней нет безумия желтого. «Киноварь звучит подобно трубе и может быть поставлена в параллель с сильными барабанными ударами»[130].

Охлажденный синим оттенком красный (пурпурный) Кандинский характеризует как болезненный звук, сочетание фагота и свирели. А вот добавление к красному оттенку желтого, напротив, делает этот цвет менее серьезным и более легким и здоровым. «Звучание его подобно однотонно звучащему среднему колоколу, сильному альту, как человеческому, так и струнному»[131].

Таким образом, В. Кандинский подчеркивал не только значение разных оттенков красного, но и отмечал, что воздействие красок многократно усиливается при их сочетании, а сочетания, в свою очередь, рождают разнообразные оттенки настроения.

Красный цвет и цветовая гармония

Понимание важности использования разных сочетаний красок как в живописи, так и в одежде и интерьере нашло отражение в теории цветовой композиции, которую можно назвать осмысленным сочетанием цветов для создания целостного образа. Большинство талантливых художников, наделенных чувством цвета, интуитивно понимает принципы цветовой композиции, сформулированные швейцарским художником и теоретиком искусства Иоханнесом Иттеном (1888–1967) в книге «Искусство цвета».

Однако восприятие цвета во многом субъективно, и человека могут раздражать даже самые гармоничные с точки зрения теории сочетания. Особенно это касается возбуждающего и энергичного красного цвета. Красный сочетается практически с любым цветом, и такие сочетания вполне эстетичны. Яркое и сочное красно-белое, мрачное и агрессивное красно-черное, радостное красно-желтое, свежее и позитивное красно-зеленое, живописное, но слишком кричащее красно-синее, теплое и уютное красно-коричневое — все эти цветовые пары могут быть использованы как художниками, так и дизайнерами в соответствии с их конкретными целями.

Но при всей гармоничности этих сочетаний они могут вызывать у разных людей совершенно разные чувства из-за присутствия в них слишком активного красного цвета. Составляя пару с ним, одни цвета усиливают его воздействие, другие ослабляют, а третьи придают дополнительные смыслы. Вот, например, что советуют учитывать при подборе цветовых сочетаний в одежде.

• Белый + красный — классическое решение, белый смягчает агрессивность красного.

• Бежевый + красный — природный тандем, где бежевый оттенок выступает нейтральным фоном.

• Серый + красный — деловое сочетание для современных пространств, серый балансирует яркость красного.

• Коричневый + красный — глубокое, благородное сочетание.

• Золотой + красный — роскошный дуэт для акцентных деталей.

• Черный + красный — драматичная пара для смелых решений[132].

Из-за чересчур контрастного сочетания рекомендуют избегать близкого соседства красного и синего. И если в отношении других цветов сочетание близких оттенков будет восприниматься гармонично и приятно, то собирать разные оттенки красного, неразбавленные другими цветами, не рекомендуется из-за слишком сильного раздражающего эффекта. Человек быстро устает в окружении даже самых приятных оттенков этого цвета.

Однако если говорить не об одежде или интерьере, а о живописи, то цветовая гармония подчиняется несколько иным законам. А. Зайцев пишет в книге «Наука о цвете и живопись»:

«Понятие гармонии необходимо включает в себя и дисгармонию как свою антитезу. В произведениях живописи сочетание цветов не всегда обязательно выступает как приятное, ласкающее глаз… Гармония выполняет функцию не только декоративную, но и эмоционально-содержательную, мировоззренческую»[133].

Идеалом искусства Античности, Средних веков и Возрождения было именно гармоничное сочетание цветов. Но позднее художники-экспрессионисты[134], разрушив классические каноны, показали, насколько сильным может быть воздействие самых негармоничных сочетаний. И красный в новом живописном языке стал одним из важных выразительных средств.

Глава 2. Красный цвет в повседневной жизни. XVIII–XIX века

В повседневной жизни красный цвет был востребован главным образом в одежде, косметике и интерьере. Причем встретить мебель и декор красного цвета можно было не только во дворцах или домах зажиточных людей. В XVIII–XIX веках красители стали доступны и небогатым людям, а любовь к красному цвету была даже в большей степени заметна в домах простолюдинов и в избах крестьян. Например, достаточно вспомнить красные сарафаны русских девушек и яркую красную с золотым деревянную хохломскую посуду. Причем любовь к красному у простого народа не была подвержена веяниям моды. А вот в светском обществе именно ветреная мода диктовала выбор цвета и в одежде, и в украшении интерьера.

Капризы моды

Как указывают многие историки культуры, в XVIII веке красный цвет существенно сдал свои позиции, уступив место более нежным, светлым, «воздушным» оттенкам. Последним приверженцем красного в одежде был французский король Людовик XIV (1638–1715), которого прозвали «король-солнце», он даже красные каблуки носил. На портрете этого короля работы художника Гиацинта Риго хорошо видна не только красная драпировка на заднем плане, но и те самые красные каблуки королевских туфель.

После смерти Людовика XIV во Франции, а соответственно, и в Европе в целом красный цвет в одежде утратил свою популярность. Лишь изредка встречался темный оттенок пунцового. Из цветов мужчины предпочтение отдавали серому, коричневому, темно-фиолетовому, агатовому. Но все же сохранялись некоторые детали красного цвета — кроме каблуков, мужчины могли носить ярко-красные галстуки или небольшие банты из шелковой ткани[135].

Дамы на свои пышные платья с фижмами выбирали материю преимущественно светлых тонов. Особенно популярными были палевый и розовый, который тоже можно считать оттенком красного цвета, хотя довольно долго светское общество не могло решить, к какой линейке цветов отнести розовый. Как рассказывает М. Пастуро, название «розовый» еще с Античности указывало на ярко-красный цвет, а когда в XVIII веке стали популярны изобретенные красители нежно-красного, разбеленного оттенка, вопрос о названии цвета стал актуален. Особенно если учесть, что новый оттенок полюбился всесильной фаворитке Людовика XV мадам де Помпадур, а вслед за ней моду на этот нежный цвет в одежде и интерьере подхватил весь высший свет.

Довольно долго новый цвет называли телесным и даже считали разновидностью желтого, а не красного, но оттенок никак не вписывался в ряд спектральных цветов, открытый И. Ньютоном. В общем, светское общество мучилось серьезной проблемой наименования такого красивого оттенка. Кстати, популярный в России начала XIX века цвет «бедра испуганной нимфы» описывали именно как красноватый оттенок телесного, то