Древняя Русь на международных путях: междисциплинарные очерки культурных, торговых, политических связей IX–XII вв. - Назаренко Александр Васильевич Страница 115

Опираясь на летописную датировку крещения Ольги 6463 г. или, наоборот, отвергая ее, историки почему-то обошли вниманием весьма важный момент: указанная датировка, действительно, господствует в древнерусских источниках, но, вообще говоря, она не единственная. В свое время А. А. Шахматов (1908в, с. 117, примеч. 1) мимоходом заметил: «Составитель Новгородской 4-й летописи исправил 6463 год на 6466 (ПСРЛ, 4, с. 41. — А. Н.). Поправка эта в высшей степени интересна. Кажется, она восходит к Ростовской летописи, по которой Новгородская 4-я правила свой основной источник — свод 1448 года». Несмотря на то, что сам исследователь считал эту альтернативную дату «в высшей степени интересной», он не уделил ей никакого внимания и даже не поставил естественного вопроса: а откуда же она могла взяться в самом летописном своде ростовского архиепископа Ефрема (1427—1454), одном из источников «Новгородской Четвертой летописи» (Шахматов, 1938, с. 186-187)? Кроме А. А. Шахматова, о наличии датировки 6466 г. упомянул лишь О. Прицак, который, однако, почему-то уверен, будто дата 6466 г. встречается только в «Новгородской Пятой летописи» (Pritsak, 1985, р. 15), хотя известно, что в части до 1446 г. последняя представляет собой одну из редакций «Новгородской Четвертой летописи» (Лурье, 1989а, с. 56), в примечаниях к которой она и издана. Со своей стороны отметим, что крещение Ольги отнесено к 6466 г. еще в «Новгородской Карамзинской летописи» (РНБ [бывшая ГПБ], F. IV. 606, л. 208), которая, вероятно, представляет собой архетип «Новгородской Четвертой», т. е. новгородскую переработку «Свода 1448 г.», предшествовавшую «Новгородской Четвертой» (Лурье, 1974, с. 207-213; он же, 1976, с. 81-83; он же, 1989б, с. 54-55; ср., однако: Шахматов, 1938, с. 190-195; Прохоров, 1977, с. 165-198). Как расценить датировку 6466 г.? Чтобы определить степень ее возможной достоверности, надо прежде всего узнать ее происхождение. Сделать это можно только сугубо предположительно, так как «Новгородская Карамзинская летопись» до сих пор не издана и относится к числу наименее изученных летописных памятников.

Думать об ошибочном прочтении писцом своего оригинала не приходится, поскольку путаница между ѮГ (63) и ѮЅ (66) ни в полууставе, ни в скорописи XV в. не представляется сколько-нибудь вероятной. Следовательно, дата была заимствована из какого-то более раннего источника. В этой связи надо иметь в виду, что в «Новгородской Карамзинской летописи», в ее первой выборке («Новгородская Карамзинская», как известно, состоит из двух отдельных выборок из летописных источников, которые в совокупности дают текст, практически тождественный «Новгородской Четвертой»), где находится статья 6466 г. об Ольге, есть также другие необычные датировки известных событий.

Например, сообщение о подготовке второго похода Олега и Игоря на греков, читающееся в «Новгородской Первой летописи» под 6429 г. («Игорь и Олег пристроиста вся многы» и т. д.: НПЛ, с. 108), присутствует с датой 6411 г. (ее же находим и в «Новгородской Четвертой»: ПСРЛ, 4, с. 18). Известие о смерти жены Ярослава Мудрого, якобы матери новгородского князя Владимира Ярославича, которое в «Повести временных лет» составляет статью 6558 г. (ПСРЛ, 1, стб. 155; 2, стб. 143), представлено дважды под разными годами — 6549 и 6553, причем во втором случае с прибавлением «в лето 1-е, егда начя (Владимир. — А. Н.) здати святую Софию». Интересно сравнить его со статьей 6558 г. Комиссионного списка «Новгородской Первой летописи»: «Свершена бысть святая Софея в Новегороде ... И преставися жена Ярославля княгыни» (НПЛ, с. 181; в старшем изводе ни того, ни другого сообщения нет). Как видим, и «Новгородская Карамзинская», и «Новгородская Первая» соединяют сведения о кончине княгини со сведениями о постройке новгородского Софийского собора, хотя делают это по-разному. Отсюда заключаем, что какая-то специфическая связь между названными двумя событиями была свойственна новгородской традиции. Но какой вариант первичен? Думаем, вариант, представленный в «Новгородской Карамзинской летописи», поскольку в нем княгиня именуется не женой Ярослава, а матерью Владимира, как то естественно было бы ожидать именно от новгородского источника (см. главу X). Составитель Комиссионного списка принял дату заложения Софийского собора 6553 г. (как в Синодальном списке и в «Повести временных лет»), а в качестве даты смерти матери Владимира — 6558 г., и потому, чтобы сохранить указанную специфическую связь, переделал заложение собора в свершение; иными словами, он поступил так же, как и при согласовании «новгородского» известия о заложении Софийского собора в Киеве в 6525 (1017) г. с «киевской» датой того же события — 6545 (1037) г.: под первой датой он оставил заложение, а под второй решил поместить свершение, чего характерным образом нет в Академическом и Толстовском списках младшего извода (НПЛ, с. 180, примеч. 24; впрочем, аналогичная операция была проделана и в «Своде 1448 г.»: Шахматов, 1908в, с. 229). Следовательно, вариант «Новгородской Карамзинской летописи» первичен, точнее воспроизводя новгородскую традицию, к которой логично отнести и саму датировку смерти жены Ярослава Владимировича 6553 г.

Это, конечно, еще не значит, что она (датировка) тем самым делается предпочтительнее, чем 6558 г. Более того, можно даже предположить, как она могла возникнуть. Сообщение о пожаре первоначальной деревянной Софии в Новгороде в 6557 г. (НПЛ, с. 181) давало основание для внешне естественного заключения, что заложение каменного собора, призванного заменить сгоревший, должно было состояться в том же году или на следующий (Шахматов, 1908в, с. 218). В результате возникала коллизия с датировкой заложения 6553 г.; соблазн согласовать их привел, например, составителя Синодального списка к переносу известия о пожаре в статью 6553 г. (НПЛ, с. 16). Вполне вероятно, что имел место и другой вариант — перенос известия о заложении Софии в статью, следующую за статьей с сообщением о пожаре, т. е. под 6558 г., где была обозначена смерть матери князя Владимира, вследствие чего как раз и сложилась та связь между этими двумя свидетельствами, о которой говорилось выше. В ходе обратной правки этого варианта по дате 6553 г. под ней оказалось не только заложение Софийского собора (что правильно), но и кончина княгини (что ошибочно). Хотим особо подчеркнуть, что предложенное объяснение помогает одновременно понять, откуда могла взяться другая датировка смерти жены Ярослава в «Новгородской Карамзинской летописи» (вернее, в одном из ее новгородских источников) — 6549 г. Пожар деревянной Софии в статье 6557 г. имеет полную дату: «Месяца марта в 4, в день суботныи»: