История Соединенных Штатов Америки. Судьбоносные события страны, прошедшей путь от разрозненных колоний до сильнейшей мировой державы - Генри Стил Коммаджер Страница 114

июня сербский патриот произвел выстрел, эхо которого прокатилось по всему миру. Пять недель спустя вся Европа оказалась в объятиях величайшей войны Новейшей эпохи. Американцы реагировали на события скептицизмом и замешательством. Когда президент формально заявил о нейтралитете США, то тем выразил единодушное мнение нации; даже тогда, когда он рекомендовал нейтралитет как в мыслях, так и в действиях, он выражал отношение к войне со стороны большинства американцев.

Все же американцы не могли оставаться к войне 1914 г. более равнодушными, чем к войне 1939 г., и нейтралитет, будь то в мыслях или в политике правительства, в конечном счете оказался невозможным. С самого начала симпатии американцев были явно на одной стороне. Громадное большинство народа надеялось на то, что Великобритания, Франция и Бельгия одержат победу. С британским народом американцев связывало множество культурных связей, традиций, общность учреждений и общность взглядов на многие вещи; немногим слабее были чувства в отношении Франции, оказавшей свою помощь во время революции, и восхищение мужественным сопротивлением французского и бельгийского народов. Сравнительно немногочисленные элементы, преимущественно американские немцы, отвечавшие на голос крови, и американские ирландцы, унаследовавшие ненависть к Великобритании, проявляли симпатии к центральным европейским державам.

Политика Германии в Тихом океане, в Китае, в Карибском море, отмеченные жестокостью действия немецких милитаристов и высокомерие немецких интеллигентов и государственных деятелей уже задолго до войны лишили немцев расположения к ним американцев, а неспровоцированное вторжение в Бельгию лишь укрепило самые мрачные подозрения в отношении Германии. Было также ясно, что немцы отстаивали идеи абсолютизма в государственной и общественной жизни и то, что в случае захвата ими Европы, раньше или позже, они наверное столкнутся с демократической Америкой.

Два соображения – симпатии к союзникам и боязнь последствий немецкой победы – стали решающими в определении американской политики. Соображения экономического характера усиливали политические и эмоциональные доводы. Американский народ предоставил взаймы Великобритании и Франции огромные суммы денег. Американская промышленность быстро перестроилась для обслуживания военных потребностей Англии и Франции, доставляя им громадное количество орудий, снарядов, сильных взрывчатых веществ и других материалов; эти поставки принесли ей громадные прибыли. Американские банки стали агентами по закупкам для союзников, размещали займы союзных стран и открывали им кредиты в Соединенных Штатах. Американское сельское хозяйство, поправлявшее свои дела после острого предвоенного кризиса, нашло в Англии и Франции готовые, выгодные рынки для сбыта хлопка, пшеницы и свинины. В то же время торговля с центральными державами была весьма незначительной, и, с другой стороны, британская блокада весьма эффективно препятствовала их торговле с нейтральными странами.

Все же не экономические соображения, но скорее немецкая политика «запугивания» убедила Вильсона и американский народ в необходимости войны. Подводные лодки топили торговые суда, причем они не занимались спасением жизней их экипажей и пассажиров. Когда британский корабль «Лузитания» в 1915 г. был пущен на дно океана и погибло свыше 1100 человек, и из них 128 американцев, по всей стране пронеслась волна ужаса и гнева. Германия обещала смягчить свои военные методы, и Вильсону удалось временно сохранить мир для страны. Но число людей, считавших необходимым подготовить Америку к войне, заметно увеличилось. Тем временем Вильсон сам убедился в том, что единственный путь сохранения мира для США заключался в попытке привести войну к ее окончанию. В течение всего 1916 г. он героически пытался убедить воюющие державы в необходимости заявить о своих целях и проложить путь к организации послевоенного мира.

На президентских выборах 1916 г. Вильсон добился успеха главным образом потому, что сумел «уберечь нас от войны». Все же он не давал обязательств на будущее время и не обещал купить «мир любой ценой». Действительно, уже в январе 1916 г. он предупредил американский народ словами, к которым военные вожди Германии должны были хорошенько прислушаться:

«Я знаю, что вы полагаетесь на меня в деле сохранения мира для нашей страны. До сих пор мне это удавалось, и даю вам мое слово, что с Божьей помощью и если это будет возможно, то буду делать это и впредь. Но вы возложили на меня и другой долг. Вы просили меня следить за тем, чтобы ничем не была запятнана или нарушена честь Соединенных Штатов, а это дело не в моей власти: оно зависит не от того, что делает правительство США, а от того, что делают другие».

Немцы, зная, что в течение шести месяцев они могут заморить Англию голодом и то, что в течение этого срока помощь США не сможет быть эффективной, в самом начале 1917 г. объявили о переходе к неограниченной подводной войне. В течение ближайших недель были пущены на дно восемь американских судов, и вся страна была взбудоражена разоблачением заговора, который должен был втянуть США в войну с Мексикой и Японией. Сохранение как чести, так и мира стало «невозможным и противоречащим» интересам США, и 2 апреля Вильсон выступил перед конгрессом и просил его объявить страну на военном положении:

«Страшное дело – вести наш великий миролюбивый народ на войну, на самую страшную и гибельную из всех войн: кажется, на чашу весов брошена сама цивилизация. Но право дороже мира, и мы будем бороться за все, что всегда было ближе всего нашим сердцам, – за демократию, за право подвластных на голос в управлении своими странами, за права и свободы малых народов, за вселенское объединение в правовом сообществе свободных наций, которое принесет мир и безопасность всем народам и наконец сделает самый мир свободным. Такому делу мы можем посвятить наши жизни и наши богатства, самих себя и все, чем мы обладаем, с гордостью сознавая, что настал день, когда Америка имеет честь проливать свою кровь и употреблять свою мощь для защиты принципов, давших ей жизнь, счастье и мир, которые она хранила как сокровища. Да поможет ей Бог, она не может поступать иначе».

В Великую пятницу, 6 апреля 1917 г., Соединенные Штаты вступили в войну.

Война

«Создать силу, величайшую силу, силу беспредельную и безграничную» – так обещал президент Вильсон, и нация поспешила выполнить это обещание. Никогда ранее правительство не проявляло большего разума и больших способностей руководить страной в военное время, никогда ранее американский народ не проявлял более производительно свою энергию, находчивость и изобретательский гений, которыми он славился. Вильсон показал себя одним из величайших президентов военного времени, он управлял каждой отраслью военного дела, поддерживал моральное состояние в стране и за границей, никогда не упускал из вида конечные цели, за которые боролась нация. В лице военного министра Ньютона Д. Бейкера, министра финансов Макаду и председателя Комиссии по делам военной промышленности Бернарда Баруха Вильсон