Россия и мировые проекты развития. Хроники Большой игры - Владимир Аркадьевич Литвиненко Страница 102

По всей видимости, монархия к самодержавию не имеет никакого отношения по крайней мере сейчас. Информационное и смысловое наполнение термина изменилось. В очередной раз.

Первый, краеугольный, камень в русское самодержавие заложил Дмитрий Донской, передавший своему наследнику (минуя ярлык на правление и даже не упомянув о нем!) великое владимирское княжение как вотчину московский князей. Окончательное оформление этот вид самодержавия получил при Иване IV Грозном — государство как вотчина, полученная в наследственное владение.

Очередная проектная трансформация (от Третьего Рима до Российской империи) вносит существенные коррективы и в сам термин «Самодержавие»). Теперь император всероссийский — не просто высший титул, а должность, долженствование, означающее высшую степень служения Отечеству. Это форма (с различными модификациями) сохранялась до февраля 1917-го.

Красный проект, громко заявивший о себе в октябре 1917 г., казалось бы, навсегда похоронил не только монархию, но и самодержавие как понятие. Но на деле не все так однозначно.

Достаточно даже самого поверхностного взгляда на нашу историю, чтобы убедиться в том, что монарх, не будучи самодержцем, на троне долго не задерживался. Генеральных секретарей и секретарей ЦК КПСС это тоже касалось. Ну и президентов, разумеется. Самодержавность — не привилегия и не титул. Это качество главы государства, которое только и придает легитимность его пребыванию у власти в глазах народа. Именно КАЧЕСТВО! И именно в глазах НАРОДА. В петровском смысле. И оценивается это качество не предвыборными обещаниями и не древностью рода, а действием и конкретными делами. И результатами, разумеется. Ведь, согласно Конституции, именно народ является единственным источником власти. И если народ не видит в главе государства самодержца, то «царь не настоящий» со всеми вытекающими… В письме к А. И. Георгиевскому от 2/14 января 1865 г. Ф. И. Тютчев писал: «Русское самодержавие как принцип принадлежит, бесспорно, нам, только в нашей почве оно может корениться, вне русской почвы оно просто немыслимо… Но за принципом есть еще и личность. Вот чего ни на минуту мы не должны терять из виду»[641]. И как бы подтверждая эту мысль, он пишет И. С. Аксакову 19 апреля 1866 г.: «…Вот какою формулою можно пока определить закон нашего будущего развития, нашей единственно возможной конституции — чем народнее самодержавие, тем самодержавнее народ»[642]. Время полностью подтвердило справедливость этих слов, притом что термин «Самодержавие» приобрел совершенно иное смысловое наполнение. Ну вот такие мы несовременные!

Очевидно, что рассуждения о самодержавии как об одном из элементов национальной идеи, которая только формируется, многим не понравятся. Что ж, они и тогда не очень нравились. В письме И. С. Аксакова И. С. Гагарину от 24 ноября — 6 декабря 1874 г. говорилось: «Я очень сожалею, что подлая цензура заставила меня перепечатать некоторые страницы и выкинуть из письма Тютчева, писанного в 1872 г., строки о самодержавии»[643]. Речь шла о процитированном Аксаковым в биографическом очерке о Ф. И. Тютчеве письме последнего к Е. Э. Трубецкой от 15/27 июля 1872 г., из которого он по требованию цензуры исключил строки о том, что «без прочного национального самосознания русское самодержавие есть нелепость и противоестественность»[644].

Сегодня перед Россией стоят задачи гораздо более сложные, чем те, что стояли перед СССР в конце 1980-х. В 1965 г. впервые был озвучен термин «глобальный план». Так был озаглавлен доклад будущего президента будущего Римского клуба А. Печчеи. В частности, было сказано: «Чтобы сделать глобальный план, нужно укрепить связи между Европой и США… Иначе США окажутся в полной изоляции, чужими всему остальному миру, и дальше каждый пойдет своим путем… Поэтому основой глобального плана я считаю Североатлантическое партнерство, связанное с созданием Европейского союза… Создание Европейского союза, а потом атлантического содружества не утратит смысла, даже если на объединение Европы уйдет много времени… Когда возникнет евро-американское содружество — а я не сомневаюсь, что это возможно, — останутся два региона, заинтересованные в совместном развитии и процветании: СССР с Восточной Европой и Латинская Америка»[645].

«Между тем, — отмечает В. Б. Павленко, — помимо самого плана, создатель Римского клуба выступил еще и с развернутой программой его практической реализации, в центр которой поместил управление человеческим развитием, поставленное на фундамент системной теории»[646] (то есть теории систем. — В.Л.). Как здесь не вспомнить Институт Санта Фе, о котором уже говорилось ранее? И его работы, которые цитировались по открытым источникам. Можно только догадываться, что обсуждалось в закрытом режиме. По всей видимости, и пресловутый «план Марбург» никуда не делся. Претерпел некоторые изменения, не более. Цели и задачи остались прежними. Большая Игра продолжается. Вот только наши оппоненты в очередной раз забыли, что мы вовсе не играем. И шутки, судя по всему, закончились.

Сегодня Советского Союза нет, а Восточная Европа и Прибалтика — члены Европейского союза и Атлантического содружества, то есть НАТО. И все это идет на нас. Здесь и сейчас. Так что Специальная военная операция на Украине — лишь вершина айсберга. Справимся ли?

У нас много проблем во многих сферах: в производстве, культуре, образовании. Особенно в образовании! Ведь молодежь — это будущее страны. Как заявил, заочно полемизируя с В. И. Лениным, один из основоположников deep-state (глубинное государство. — В.Л.) в его современном виде Джон Рокфеллер-второй, «если идеи становятся материальной силой, когда овладевают массами, то задача состоит в том, чтобы создать массы, неспособные к восприятию никаких идей»[647]. Так ведь именно это и делается. Именно на это направлена «Болонская система», навязанная России ее врагами, почти все «инновации» в среднем образовании, включая пресловутый ЕГЭ. И это продолжает отстаиваться, в том числе и на государственном уровне: мол, «ЕГЭ — это социальный лифт». Увы, социальные лифты так не работают. Это не лифт в многоэтажке: вошел, нажал кнопку и поехал. Для того чтобы «прокатиться» в социальном лифте, необходимо сверхусилие, взятие барьера сложности. У каждого этот барьер свой. Для кого-то диплом о высшем образовании будет вершиной достижений, а кто-то станет академиком. Но сверхусилие придется приложить в любом случае. Только тогда образование станет ценностью, а не атрибутом. Но и в этом направлении наметились положительные сдвиги. По крайней мере, о проблеме начали говорить. Без истерик, спокойно и обстоятельно.

Нам противостоит серьезная сила, которую не стоит недооценивать. Тем не менее голос России звучит все громче. И нас слушают. Несмотря ни на что. Несмотря на оголтелую русофобию, на фоне которой Россия сегодня ведет военные действия на территории Украины (теперь уже можно сказать — бывшей Украины), несмотря на беспрецедентное экономическое, политическое,