Римская армия от Адрианополя до ''Стратегикона'' - Андрей Валерьевич Банников

А. В. Банников

РИМСКАЯ АРМИЯ

ОТ АДРИАНОПОЛЯ

ДО «СТРАТЕГИКОНА»

*

2-е издание, электронное

© Банников А. В., текст, иллюстрации, 2019

© Юрченко К. А., дизайн обложки, 2019

© Оформление,

ООО «Издательство «Евразия», 2019

ВВЕДЕНИЕ

Поражение в битве под Адрианополем (378 г.) стало одной из важнейших вех в римской военной истории. Оценивая значение этого события, некоторые современные исследователи полагают, что при ином стечении обстоятельств история Западной Римской империи сложилась бы совершенно иначе: и Ала-рих не захватил бы Рим, и миграция германских племен пошла бы по другому сценарию.

Подобные сентенции всегда порождают соблазн задать всего лишь один вопрос: почему Адрианопольская битва, произошедшая в трехстах километрах от Константинополя, сыграла роковую роль в судьбе Западной империи, а не Восточной? Не потому ли, что первая была уже смертельно больна, а вторая представляла собой жизнеспособное образование?

Если судьба государства определяется одной проигранной битвой, значит, внутренне оно уже подготовлено к своему падению и победа на поле боя могла бы лишь на непродолжительное время отсрочить роковой финал.

В конечном итоге Аттила был разбит в Галлии, а не во Фракии, однако это не спасло Вечный город от переворота Одоакра.

Адрианопольская катастрофа, какими бы тяжелыми ни были ее последствия, не поставила под сомнение существование римской государственности на Востоке. Победа готов носила тактический характер, никаких стратегических успехов добиться они не сумели. Они не смогли ни взять какой-либо крупный город, ни утвердиться на какой-либо территории, основав собственное государство. Неслучайно Фритигерн, которого Аммиан Марцеллин считает главным виновником разгрома римлян, никак более не проявил своих полководческих дарований и в конечном итоге где-то затерялся во времени и пространстве, а его соратники либо пали в боях, либо подчинились римской власти.

Положение, в котором оказалась будущая Восточная Римская империя после гибели армии Валента, было не самым тяжелым испытанием, через которое ей предстояло пройти. В середине V в. Константинополь должен был бороться с врагом куда более страшным, чем плохо организованная толпа беженцев-готов. Гунны Аттилы несли с собой и новую тактику, и новое вооружение и ко всему прочему успешно захватывали фортификационные сооружения. Однако Восточная империя не только не пошатнулась, но пережила и Аттилу и его гуннов и вернула утраченные придунайские территории.

В действительности различный итог процесса эволюции римской военной организации на западе и на востоке был обусловлен не военным аспектом проблемы. Сравнительно быстро преодолеть адрианопольский кризис и получить неоспоримые преимущества над западным соседом Константинополю позволили более выгодный историко-стратегический контекст и политико-дипломатический выбор, а самое главное — намного более устойчивое финансово-экономическое положение.

И вместе с тем именно с битвы при Адрианополе открывается новый этап римской военной истории. Если до этого события мы могли говорить лишь об отличительных особенностях военных институтов западной и восточной половин единой Империи, то после Адрианополя начинается автономное развитие западноримской и восточноримской военных систем. При этом необходимо отметить, что как первая, так и вторая эволюционировали на базе модели, которая по сути своей была позднеантичной, опиравшейся на те принципы, которые были выработаны в процессе реформ Диоклетиана и Константина I.

Совершенно очевидно, что данная модель пережила формальное падение Западной Римской империи и просуществовала в целостном виде вплоть до глобальных потрясений, которые в VII в. подвергли ее серьезным испытаниям на прочность. Собственно это обстоятельство и определило хронологические рамки, которыми мы ограничили свое изложение, начав с конца 370-х гг. и охватив только тот период, в котором позднеримские основы военной организации оставались наиболее очевидны, то есть от правления Феодосия I (379–395 гг.) на Востоке и Грациана (375–383 гг.) на Западе до времени создания «Стратегикона», который подвел итог двухсотлетнему периоду развития имперских вооруженных сил.

Естественно, что незначительный объем книги не давал возможности подробно осветить или хотя бы затронуть все аспекты интересующей темы. В частности, мы умышленно не стали уделять особенно большого внимания вооружению различных типов войск, не желая породить в читателе ложное впечатление, что оно играло решающую роль в успехах римской армии. В античной военной истории определяющим фактором для победы был в значительно большей степени личный состав армии, со своей дисциплиной, обучением, моральными ценностями и тактическими навыками.

Наконец, последнее предварительное замечание: чтобы чрезмерно не загружать текст, мы посчитали уместным давать цитаты из наиболее часто используемых произведений греческих и римских авторов, не указывая имен переводчиков; перечень всех использованных переводов можно найти в списке переводных изданий, приложенном в конце книги. Сверх того, мы не стали делать в тексте отсылок на современные исследования, использованные нами при работе. Те из них, к которым мы обращались наиболее часто, приведены в библиографическом перечне. В ряде случаев, для того чтобы сделанные в книге описания представлялись более понятными, мы сочли уместным подкрепить их иллюстративным материалом, который был нам любезно предоставлен художником-реконструктором И. В. Кирсановым.

Рис. 1. Административное деление Римской империи в IV в.

Глава I

Римская армия в конце IV в. — начале V в.

Комплектование армии

Одной из характерных особенностей римской военной организации доадрианопольского периода была хорошо отлаженная система комплектования армии. Часть рядового состава давало фискальное рекрутирование, которое было возложено главным образом на земледельцев среднего класса, обязанных отправлять на военную службу одного или нескольких из своих колонов. Если землевладельцы не желали расставаться со своими работниками, то они могли выплатить вместо них определенную денежную сумму, так называемое рекрутское золото (aurum tironicum), которая должна была идти в качестве платы рекруту-добровольцу.

Другую часть новобранцев армия получала от определенных категорий населения, для которых военное ремесло считалось обязательным. В первую очередь это были сыновья солдат и ветеранов, которые по достижении шестнадцатилетнего возраста должны были явиться к чиновникам, отвечавшим за поставку рекрутов, и записаться в списки тех подразделений, где проходили службу их отцы (CTh, VII, 1, 11; 22, 7).

Еще одной категорией населения, обязанной отправлять в армию свою молодежь, были различные группы варваров, по собственной воле или принудительно поселенные на римской территории.

В регулярные воинские формирования могли попадать также и чужеземные варвары. Как правило, они были добровольцами и служили на особых условиях. Но в случае победоносно проведенной кампании, при заключении мирного