Давая клятвы - Люси Дарлинг Страница 7

Я распорядился полностью выпотрошить помещение и в некоторых местах возвести стены, разделив пространство на комнаты. Это было непросто, но архитектор и строитель справились. Однако самым впечатляющим в этом месте я считаю огромные витражные окна, которые занимают всю стену здания, выходящую на реку.

— Трули?

— Ты дома, — она несколько раз моргает. Её волосы очаровательно растрёпаны, и мне больше всего на свете хочется заправить их ей за уши и поцеловать мягкие губы, пока она медленно просыпается. Я много раз представлял это. Каково было бы каждое утро просыпаться рядом с ней в моей постели. Это сделало бы работу и жизнь, в которых я оказался в ловушке, более терпимыми.

Тогда всё это того стоило бы.

ГЛАВА 5

Трули

Должно быть, меня вырубили долгий перелёт и буря эмоций, которые я испытываю с самого приземления. Я вообще не должна была суметь уснуть, но стоило мне лечь на диван, как я тут же отключилась. Лечь больше было негде, ведь кровать здесь всего одна.

— Я что-нибудь нам приготовлю, — говорит Блэйк, когда я не отвечаю. Я наблюдаю, как он подходит к кухне и начинает доставать продукты.

Когда его водитель привёз меня сюда, я ожидала совсем другого. Была уверена, что мы окажемся в пентхаусе какого-нибудь роскошного небоскрёба на высоте миллиона этажей над землёй. К счастью, это не так. Мы всё ещё в городе, но вид отсюда дарит ощущение покоя.

— Ты ведь знаешь, что здесь только одна кровать, — говорю ему после нескольких минут тишины.

— Знаю, — он начинает нарезать овощи. Не знаю почему, но я никогда не представляла его человеком, который готовит. Это служит резким напоминанием о том, как мало я теперь о нём знаю.

— Если мне предстоит прожить здесь следующий год, тебе не кажется, что мне понадобится кровать?

— Кровать здесь есть.

— Не прикидывайся тупым.

Его нож замирает.

— Ты моя жена. Мы будем спать в одной кровати, — у меня вырывается тихий вздох. Я никогда прежде ни с кем не делила кровать. — Мы взрослые люди, Трули. Мы можем спать вместе.

— Дело не в этом. Я никогда ни с кем не спала в одной кровати.

— Я тоже, но набрасываться на тебя не собираюсь. Ты настолько низкого обо мне мнения?

Я лишь смотрю на него. В этой фразе скрывалось слишком многое.

— Хотелось бы надеяться, что ты ни с кем не делил кровать. Ты женатый мужчина, — не могу скрыть сарказма в голосе.

— Я, — произносит он, резко и отчётливо выделяя слово, — не изменяю и не нарушаю данного слова.

— Я тоже не изменяю, но даже если бы изменила, это не имело бы значения. Ты не относишься ко мне как к жене, так почему я должна вести себя как жена?

Он с грохотом ставит на стол сковороду, которую достал, и я слегка вздрагиваю.

Я не боюсь Блэйка в физическом смысле. Меня лишь поражают подобные эмоциональные реакции с его стороны. Я всегда видела его исключительно вежливым, даже говорил он неизменно ровно. Обычно от него вообще невозможно добиться какой-либо реакции. Но, как я уже сказала, таким был Блэйк, которого я знала много лет назад. Мужчина, стоящий передо мной сейчас, совершенно другой человек.

— Мы женаты, и можешь не сомневаться, я буду относиться к тебе как к своей жене вовсех смыслах.

Я что, сама загнала себя в ловушку? Бойся своих желаний.

— Что это значит? — встаю я. Не могу отрицать, что часть моей злости на него исчезла, когда он сказал, что никогда мне не изменял. Что все эти годы он хранил мне верность.

Действительно ли это что-то значит, или он просто не мог рисковать скандалом? Скандалы часто приводят к падению акций, а если окружающих меня мужчин что-то и волнует, так это деньги и мнение остального мира о них. Возможно, в сделке, которую он заключил с моими родителями, был какой-то соответствующий пункт.

— Это значит, что ты будешь есть вместе со мной, сопровождать меня на мероприятия и каждую ночь делить со мной постель.

Ладно, с этим я справлюсь. Звучит достаточно просто, но я не вполне уверена. В теории да, однако мне придётся постоянно напоминать себе, что всё это ненастоящее. Что это лишь видимость.

— Я не думаю, что ты на меня набросишься, — говорю я. Вообще-то я всегда думала как раз об обратном. Одному богу известно, что, попытайся он хоть что-нибудь сделать за все эти годы, я бы растаяла в его руках. Я часто мечтала о нашем первом поцелуе, ещё до того, как узнала о предстоящем браке.

— Я приготовлю нам стир-фрай2, — он снова принимается нарезать овощи, а я просто стою на месте, не зная, что мне делать. — Хочешь выпить? — спрашивает Блэйк.

— Вина? — он кивает, подходит к шкафчику, достаёт бутылку и берёт пару бокалов. — Я не представляла, что у тебя будет такой дом, — подхожу к кухонному острову, куда он поставил мой бокал.

— А чего ты ожидала?

— Не знаю, — пожимаю плечами. — Может, квартиру-пентхаус, — он пристально смотрит на меня. — Что?

Почему он смотрит на меня так, будто я сошла с ума?

— Ты боишься высоты. Думаешь, я заставил бы тебя жить в высотке?

Теперь уже я пристально смотрю на него.

— Ты это помнишь?

— Я помню всё.

Это правда. Я много раз слышала, что Блэйк невероятно одарён. Если он что-то задумал, остановить его невозможно.

Блэйк всегда был добр ко мне. Возможно, он холоден, но порой я видела проблески его теплоты. Отчасти поэтому я в него и влюбилась. Убедила себя, что лишь мне он показывает эту сторону. Что он относится ко мне не так, как ко всем остальным, и рядом со мной чувствует себя достаточно комфортно, чтобы позволить себе её проявить.

Я поднимаю бокал и делаю глоток. Снова воцаряется тишина, нарушаемая лишь звуками готовки. Я не знаю, что говорить или делать, поэтому продолжаю пить вино и наливаю себе ещё один бокал.

Сажусь за кухонный остров и наблюдаю за ним.

— Я могу помочь? — спрашиваю я.

— Если я правильно помню, готовишь ты ужасно.

Иногда его хорошая память играет мне на руку, но не в этот раз.

— Эй, я не виновата, — мне редко разрешали пользоваться кухней. У моих родителей всегда был повар, а в колледже я ела в студенческой столовой.

— Тебе необязательно готовить, если не хочется, — ставит он передо мной тарелку.

— Всё равно стоит научиться, — а чем ещё мне