Исключение из правил - Татьяна Берест Страница 24

Он стопорит движение. Замирает внутри.

Надломленно хнычу и беспомощно извиваюсь под его телом, отчаянно трусь о него, сгорая заживо от этой внезапной остановки на самом краю.

Он тяжело нависает сверху.

— Тш-ш-ш… тихо, моя хорошая. Куда ты так несешься? — его голос звучит обманчиво ласково. — Мы еще даже не разгонялись. Сейчас ты будешь выть и умолять меня о каждом ебаном толчке, пока я сам не решу, что тебе можно кончить. Поняла?

Извиваюсь на матрасе, чтобы добыть себе хоть каплю трения.

— Продолжай… — сиплю сорванным голосом.

Фарид едва заметно, тягуче подается вперед. Так ничтожно мало и так пронзительно сладко, что я беспомощно всхлипываю в подушку.

— Вот так тебе нужно? — обжигает он шею низким шепотом.

А в следующую секунду бьет бедрами. Резко, до искр из глаз.

— Или вот так? — жестко рычит он.

— Как хочешь… — скулю надломленно. — Только быстрее… Фарид, пожалуйста.

Он опускает лицо к моему уху. Я чувствую, как бешено колотится его сердце, он снова замирает. Продолжая животную пытку.

— Проси, — шепчет он. — Давай, Алиса. Вслух. Умоляй меня. Скажи, как сильно ты хочешь, чтобы я тебя трахнул.

Это просто невыносимо. Сгораю заживо, пока этот тяжелый, раскаленный гигант просто лежит на мне.

— Если ты сейчас же не начнешь двигаться... — шиплю сквозь стиснутые зубы. — Я клянусь, Фарид. Я вывернусь, скину тебя на хрен и придушу собственными руками. Ты меня понял?

Над моим ухом раздается обжигающий выдох. Фарид хмыкает мне в ключицу. Его бедра, наконец, приходят в движение. Он скользит внутри — тягуче, медленно, на грани издевательства.

— На покорную мольбу нихуя не тянет, — рокочет он, плавно наращивая амплитуду. — Но звучит просто пиздец как охуительно. Ладно, отмороженная. Я дам тебе кончить.

Он возобновляет движение. Без раскачки, сразу бьёт мощными, резкими ударами. Жарко. Как же невыносимо жарко, кажется, плавится сам воздух вокруг нас.

Фарид вынимает пальцы из моего рта. Ладонь ложится на мою ягодицу, оглаживает кожу и остро пощипывает, заставляя мышцы сжиматься. Мое тело начинает мелко, бесконтрольно трясти. Больше всего на свете хочется, чтобы это длилось вечно. Чтобы он никогда во мне не останавливался.

Звуки шлепков раскаленных тел оглушают, разносясь по спальне. Фарид бьет бедрами с бешенной силой. На очередном толчке я срываюсь в бездну. Взрываюсь ослепительной вспышкой, кажется, детонирую вместе с кроватью и самим Фаридом.

Бешеный спазм скручивает тело, а затем прокатывается горячая волна тотального расслабления. Меня разносит на мелкие пульсирующие кусочки, смывая остатки сознания в чистый экстаз.

Сквозь гул в ушах слышу его глубокий, гортанный рык. Фарид резко выходит, и обессиленно наваливается на меня сверху. Дышит жарко, оглушительно громко, обжигая мне шею и затылок каждым рваным выдохом. Его ладони медленно скользят по моим влажным, вздрагивающим плечам.

— Пиздец, Алис… — хрипит он тяжело. — Как же охуительно… Я вообще больше ничего не хочу. Только так.

Утыкаюсь носом в его плечо, вдыхаю запах секса и его кожи. Слушаю, как выравнивается его сердцебиение.

«Да ты ж мой наивный доминант. "Больше ничего не хочу"... Кто ж тебе, родному, теперь предложит что-то другое? Считай, что в рабство попал».

Фарид тяжело вздыхает, перекатывается на бок, утягивая меня за собой и прижимает спиной к своему телу. Одна его нога закидывается на мои бедра, а тяжелая ладонь ложится на живот, поглаживая.

Выворачиваю руку, нахожу его вторую ладонь на своей груди и переплетаю наши пальцы. Сил нет вообще ни на что, даже дышать лень, но всё равно тянусь назад, целуя его в подбородок, ловлю губами соленую каплю на шее. Растекаюсь от удовольствия под его поглаживаниями. Пусть это никогда не кончается. Вообще никогда.

Дыхание над ухом становится ровнее. Фарид хмыкает, и его грудь вибрирует под моей щекой.

— Не знаю, чей там был мастер-класс на этих твоих видео, — рокочет он. — Но методичка рабочая, Алиса. Считай, что ты меня убила.

Слабо смеюсь в его плечо.

— Я старалась, — мурлычу.

Фарид надсадно выдыхает. Сжимает меня в руках, оставляя долгий поцелуй на моей шее.

— Всё, давай собираться, — голос звучит хрипло. — Я и так уже опоздал везде, где только мог. Поднимайся.

Мы собираемся в лихорадочном темпе. Минут через десять я уже сижу на пассажирском сиденье его машины. Фарид уверенно держит руль и ровным голосом рассказывает про свою работу. Слушаю с трудом. Пытаюсь вникать в слова, но не могу, просто схожу с ума. Я не способна находиться с ним рядом и сохранять рассудок. Впитываю каждое движение его больших, надежных рук на руле, смотрю, как шевелятся его губы, когда он говорит. Тело ломает от желания перелезть через подлокотник, вцепиться в него, целовать, трогать без остановки, вдыхать его запах, дышать им одним.

Машина плавно тормозит у дома его отца. Фарид глушит двигатель. Поворачивает ко мне голову. Встречаюсь с его взглядом — черным, глубоким, доводящим до греха своим прищуром. Сокращает дистанцию, и едва ощутимо, дразняще мажет своими губами по моим. Замираю, глубоко втягивая носом его запах и наслаждаясь вкусом поцелуя.

Фарид отстраняется. Проводит большим пальцем по моей щеке.

— Всё, беги, — рокочет он ровно. — Я внутрь заходить не буду, времени в обрез. Если спросят — скажешь, что просто видела, как я отъезжал от ворот.

Всматриваюсь в его лицо. В груди вдруг неприятно екает.

— В смысле? — спрашиваю тихо. — Не говорить, что мы приехали вместе?

Фарид протяжно выдыхает.

— Давай пока без афиш, Алис. Зачем это сейчас кому-то знать? Лишние разговоры нам ни к чему.

Берусь за прохладный пластик ручки.

— Хорошо.

Открываю дверь и выхожу из машины. Иду по дорожке к дому, а внутри всё горит. Но только это совсем не тот жар, от которого я полыхала ночью и утром в его руках.

«Скрывать? Не хочет, чтобы кто-то знал… Значит, для него это всё не всерьез?»

Захожу в дом. Вокруг ни единого звука. Поднимаюсь на второй этаж, встаю под горячий душ, а потом обессиленно ложусь на кровать.

Но спокойствия нет. Под ребрами скребется и безжалостно царапает изнутри паника. Почему он так сказал? Неужели он всё-таки планирует оставить то, что между нами было, просто эпизодом? Как мне вообще теперь жить спокойно? Как дышать, как пережить тот день, если однажды он посмотрит своими черными глазами и скажет, что нам не по пути? Как не рассыпаться на мертвые куски, если я без него не могу сделать и вдоха?

Спустя длительное время, окончательно вымотавшись, проваливаюсь в беспокойный сон.

Просыпаюсь,