Родинка на линии судьбы - Лина Богданова Страница 23

Соня вдруг почувствовала озноб. Потянулась за кофточкой.

Скоро осень. Новая жизнь. Новые впечатления. Новые испытания.

— Так ты меня проводишь?

— Что-то ты рано. И восьми нет.

— Осень скоро. Дни короче на глазах становятся. Не хотелось бы плутать по тайге в сумерках.

— Сонь, я доведу тебя до тропинки. Дальше не пойду — сама понимаешь. Да и волноваться нет повода — тебя здесь никто не тронет. Поняла? И потом мы с Буцефалом глаз с тебя не сведём, пока до гарнизона не доберёшься. Правда, дружище?

Скакун поднял голову и потряс гривой.

«Прямо Александр Македонский!» — восприняла Соня новую информацию о возлюбленном. До сегодняшнего дня она не имела представления об имени коня. Да и о многом пока не имеет.

— Верь мне.

Ставший почти родным голос казался в шелесте листьев и волн зовом природы. Она верила. И шла домой в непривычном спокойствии. Никаких лишних звуков за спиной. А что касается неведомого…

— Тем лучше — будет, чем на досуге заниматься на Ривьере. Обожаю осваивать неизведанное! Не оттого ли мой герой представляется особенно прекрасным и интригующим? Ой…

Кусты на подходе к лазу затрещали.

— Уж не мой ли образ считает прекрасным и интригующим сия прекрасная незнакомка?

Соня отступила на шаг назад, оглянулась в поисках защиты. Слишком далеко. И потом эти кусты…

— Ну-ну, с чего это мы вдруг так испугались? Подумаешь, мысли заветные чужое ухо уловило! А вы смелая девица, Софья Михайловна! Далёконько от дома уходить изволите! Серёга в курсе?

— Вы… — на мир опустилась кромешная тьма.

Ноги девушки подкосились. Она бы обязательно упала в колючий кустарник. И обязательно поцарапала лицо и руки. И ходила бы потом с идиотским видом. На радость врагам и конкурентам. Обязательно…

Но сильные руки и молниеносная реакция майора Николаева сыграли в Сонину пользу. Тот подхватил девушку за секунду до падения. Перетащил на обитаемую сторону забора. Усадил себе на колени. И предпринял ряд мер по возвращению пострадавшей к нормальному состоянию.

— Ну как оно? — он пощёлкал перед носом Сони пальцами свободной руки.

— Пустите… — рванулась та к свободе.

— Тссс… Экая прыткая! — саркастически изогнулась и без того крутая майорская бровь в нескольких сантиметрах от её лица. — Рано вам скакать косулей. Тут бы с ролью медведя после затяжной спячки освоиться. Для начала. И заметьте: рискую больше я. Судите сами: женатый и всеми уважаемый человек среди бела дня обнимает постороннюю девицу!

— Уже темнеет, — жалобно заметила Соня, с неудовольствием чувствуя странную реакцию своего организма на вынужденную задержку в пути.

— Ещё хуже, — бровь майора из изящной скобки превратилась в некое подобие скрюченного восклицательного знака. — Женатый и всеми уважаемый человек обнимает постороннюю девицу на ночь глядя! Теперь слухов и домыслов нашему городку хватит до Нового года. Будь я свободен, мне бы пришлось закрепить эту ошибку брачными узами.

— Может, хватит уже? — едва ли не всхлипнула Соня, вымучивая слёзную просьбу. — Я в порядке. Можете отпускать.

Отпускать пленницу не хотелось. Майор толком так и не понял, в чём заключалось противоречие. Но отпустил, предпочитая не искушать судьбу. Но за локоток придержал. На всякий пожарный. До самого дома. И допрос с пристрастием провёл. На высшем уровне.

Алиби обнаружилось в корзинке, прикрытой цветастым платком. Пучки пряно пахнущих трав. Смятые цветы. Ягоды в банке.

— Чего удивляетесь? Я ко всему медичка, между прочим. Собираю вот на всякий случай. Это пижма. Это икотник. Хотите, вам оставлю немного? На всю зиму хватит…

— Брат знает?

Девушка потупилась.

— Ясно. И чего тут спрашивать? Серёга бы ни в жизнь не отпустил одну. Покидать гарнизон без пропуска не положено. Существует распоряжение руководства…

— А сами-то?

— Я?

Ей показалось, или Олег Николаев растерялся?

— Я с пропуском, между прочим. Червей собирал. Для рыбалки.

— А вы рыбу ловите? Никогда бы не подумала!

Нет, он всё-таки смутился. Но принял удар:

— А почему бы и нет? Или вы считаете героев какими-то особенными людьми?

«Врёт, — догадалась Соня, — скорее всего, рыбалку устраивает в угоду своей барменше! Не на виду же у всех шуры-муры разводить. Кристина узнает — сопернице волосы повыдёргивает. Я бы тоже повыдергала… Хотя я-то тут при чём?»

— Ладно, у вас свои нарушения. У меня свои. Пусть это будет нашей маленькой тайной. Идёт?

— Идёт, — с легкостью согласился не удостоенный благодарности спаситель. — Но ещё раз увижу, пеняйте на себя.

— А вы — на себя. Ну что, разбежались?

— А как насчёт спасибо?

— За что? — удивилась Соня. — Сами начудили — сами устранили последствия. Или не так?

— Похоже, моё мнение никому не интересно. Впрочем, я привык. Разрешите откланяться?

— Нам же по пути.

— Ну… не хотелось бы вызывать лишние переживания у соседей и близких.

— Герой называется, — хмыкнула Соня. — Ладно уж, войду в ваше положение. Так и быть. Салют!

И зашагала в сторону дома. Не оглядываясь.

Как странно устроен всё-таки мир! Соня сползла с подушки и устроилась поближе к окну. Огромная луна встретилась с ней взглядом.

— Привет! Надеюсь, хоть тебя я не отвлекаю. С братом поговорить не удалось. Весь вечер карты какие-то изучал. Хмурый такой. Неприступный. Можно подумать, в Забайкалье разворачивается настоящий фронт. Хватит нам Афганистана! Тьфу-тьфу-тьфу! Она перевернулась на другой бок и вернулась к разговору:

— Да и к лучшему: не смогла бы я объяснить Серёжке, что к чему. Запуталась совсем. Хорошо, что уеду скоро. Будет время разобраться. В себе. В своих чувствах. И своих сомнениях. В остальных. Героях, так сказать, моего романа. Ну, ты понимаешь, о чём я. Или не понимаешь? Удивляться нечего — у меня самой голова кругом. Да что там — колесо обозрения! История с эффектом американских горок получается.

И почему у меня всё не так, как у нормальных людей? Восемь холостяков под боком. С высшим образованием и исключительно положительными характеристиками. К тому же молодых и в некоторой степени привлекательных. Бери любого и радуйся жизни. Так нет же! Нам героя напрочь женатого подавай. Или казачка залётного! С тайнами и белым конём.

Ладно, героя героине оставим, сосредоточимся на казачке с замашками заморского принца! А дальше что?

* * *

Сон стал продолжением чувственного круговорота. На поле брани, усыпанном осколками камней и обрывками бумаги, сошлись трое. Лица доблестных рыцарей были укрыты от вражеских мечей и любопытных взглядов блестящими на солнце глухими шлемами. Сквозь узкие прорези были заметны лишь глаза.

Соня, восседающая на неудобном троне, тщетно пыталась разглядеть хотя бы их цвет.

— Зря стараешься, — ядовито усмехнулась сидящая рядом Кристина, — не всё у нас так просто. Некоторые мнят