Ты. Вышла. Замуж - Виктория Борисовна Волкова Страница 23

— Хорошо, — кивает имам моему тестю. И тот спокойно и даже чуть отрешенно произносит

формулу.

— Я, Давид, сын Омара, по своему желанию и с согласия моей внучки Анжелики выдаю её замуж

за тебя, Таир.

— Я принимаю, — говорю вроде спокойно, но голос срывается от волнения.

Пожимаю руку Давиду. Вижу в его глазах слезы.

— Береги мою внучку, — глухо просит он. Голос дрожит, когда добавляет. — Пожалуйста…

— Обещаю. Клянусь, — прикладываю одну руку к груди. Хочу сказать еще что-то. Попросить

прощения, уверить, что в этот раз все будет хорошо, и я обязательно сделаю Лику счастливой.

Но двери распахиваются. Женщины вносят сладости — рахат-лукум, чак-чак, сушёные фрукты.

Что? Куда?

Смотрю, как Лику выводят из комнаты и снова закрывают лицо платком.

Прихватываю с подноса большой мясистый финик. Раздумываю, как бы съесть незаметно. И

натыкаюсь взглядом на самого младшего двоюродного брата Мурада, восьмилетнего сына Луизы.

— Держи, — протягиваю ему сладкий, похожий на дирижабль, плод.

— Шпасибо, — Мурад тут же запихивает финик в рот целиком. — Там мама куда-то повела твою

невесту.

— Пойдем со мной, — приобнимаю мальчишку за плечи. Так и выходим на крыльцо.

Двор, устланный узорчатой тротуарной плиткой, моментально превращается в сцену. По краям

стоят наши с Ликой родственники. Пожилые сидят на стульях, а молодые стоят сзади.

А под бой барабанов и зурну выходит на середину наш местный ансамбль песни и пляски.

Девушки в белых платьях, похожих на Ликино. В красных высоких шапках и в красных кафтанах.

Медленно плывут в танце, словно лебеди. Следом идут джигиты в черкесках и папахах. А посреди

двора стоят три женщины.

Анжелика, с головы до ног укутанная в тряпки, и мои родственницы, поддерживающие ее под

руки.

Кто придумал этот дурацкий обряд? Почему невеста обязательно должна стоять?

Чуть не срываюсь с лестницы. Понимаю, что думаю и веду себя как дикарь. Лишь усилием воли

заставляю себя остаться на месте. Цепляюсь пальцами за кованые перила.

Упираюсь взглядом в спину жены, и кажется, больше никого не вижу.

Глава 26

Барабаны отбивают дробь в такт моему сердцу. А оно колотится как заведенное. Надрывно поет

зурна. Девушки в нарядах чуть попроще моего кружатся в национальном танце. К ним подлетают

мужчины в черкесках. И танец становится единым целым, заражая всех и вся своей энергетикой.

На краю площадки образуется еще один круг, где танцуют дядья Таира и его родственницы.

— Нет, ты только погляди на Камиля, — смеется Луиза. — Сколько ему? Двенадцать? А уже

научился так отплясывать…

— Тринадцать, мам, — с другой стороны откликается Алия.

Переминаюсь с ноги на ногу. Стараюсь разглядеть, кто там вышел танцевать. И никого не вижу

кроме матери Таира и его сестер, сидящих в первом ряду. Грузная невысокая Гузель — дедушка

Жора за глаза зовет ее Газелью — сидит прямо по центру. Притоптывает в такт ногой, улыбается

и довольно хлопает в ладоши. Она добрая женщина, чего не скажешь о ее сестрах.

Те о чем-то перешептываются между собой, разглядывают присутствующих. Змеи в банке. Таир их

не любит. Я слышала, как он как-то ругался с дедом из-за старших теток. Как дальняя

родственница Таира я знаю всех, присутствующих на нашей свадьбе. Мне особо не надо входить в

семью. Я и есть семья. Но все равно не по себе.

Голову по совету Луизы я чуть-чуть запрокинула назад. Так проще дышать под платками и

стоятьлегче.

И еще мурашки. Злыми колючками они растекаются по моему телу. Словно от воронки в спине

расходятся в разные стороны. Так бывает, когда кто-то смотрит. Обычно инстинктивно

поворачиваешься на взгляд. Но сейчас я должна стоять прямо. Оглядываться запрещено. Примета

такая, что ли…

— Кто-то там, на крыльце, не сводит с меня глаз, — говорю Луизе. Из-за громкой музыки меня

почти не слышно. Но самая младшая тетка Таира кивает и смеется.

— Вай, уморила, Анжелика! Ну, кто смотрит? Таир! Кто же еще…

Таир на свадьбе?!

Не уехал никуда. Не поднялся наверх. А тут, рядом со мной! Сердце бьется. Теперь уже от

радости. Таир здесь.

— Сейчас пойдем к Гузели, не бойся, — сжимает мое предплечье Луиза. — Моя старшая сестра не

кусается…

— Чего не скажешь про Амину и Беллу, — фыркает рядом Алия. — Две гадюки!

— Прикуси язык, дочка, — резко бросает Луиза. — Они тебя любят. Пока…

Улыбаюсь, из-под платка разглядывая теток мужа. Мне они точно не страшны. Таир меня в обиду

не даст. Вон как отбрил Жаннет. Прогнал с нашей свадьбы.

Музыка смолкает. Пальцы на моих предплечьях чуть сильнее сдавливают кожу.

— Анжелика, наш выход. Идем, — держит меня под руку Луиза. — Давай. Три-четыре.

Делаю неуверенные шаги на нетвердых ногах. Поджилки трясутся, дыхание сбивается. А ну как

сейчас Гузель скажет что-то обидное. Не должна… Но все-таки. Ощущаю на себе взгляды

собравшихся. Но в спину давит только один. Таира.

Нет, при нем никто не решится на глупую выходку. В прорезях вышивки мне отчетливо видны

Тома с Надей. Стоят, улыбаются. Но позы напряженные. Видимо, тоже ждут подвоха.

— Ничего не бойся, — повторяет Луиза шепотом. Подводит меня к своей старшей сестре. Вместе

с Алией аккуратно снимают с меня платок, потом шифоновую вуаль.

— Добро пожаловать в семью, дочка, — обнимает меня Гузель, забывая об условностях. — Я уж

думала, он никогда не женится! — всхлипывает она. — Роди ему побольше детей, пусть забудет…

— осекается свекровь на полуслове и спохватывается. — Что же это я? Белла! — поворачивается

к сестре. Та протягивает ей коробочку с логотипом известного бренда.

Свекровь, улыбаясь, достает из нее белый платок и повязывает мне на голову.

— Теперь ты точно наша, Анжелика, — снова обнимает меня и смотрит куда-то за спину.

Оглядываюсь поспешно. Натыкаюсь на темный взгляд Таира, идущего к нам через двор.

— А-а, Гузель, ну кто так делает? — охает рядом Амина. — Таиру плевать на наши законы…

— Что ты говоришь, сестра, — негодующе фыркает свекровь. — Таир почитает старших, чтит

традиции и законы. И пишет свои, — добавляет торжествующе после легкой паузы. — Твой Муса

точно на это не способен…

— Он ученый человек, — вздыхает Амина. Подобострастно смотрит на подошедшего племянника. –

Вах, Таир. Ты все должен проконтролировать лично!

— Обязательно, тетушка, — улыбается довольно мой муж. Незаметно берет меня за руку. Сзади

полукругом стоят мужчины. И Таир должен быть среди них. Или уехать с друзьями в горы. Нельзя

прилюдно выставлять напоказ свои чувства. Никто не должен даже догадываться, как дорога

мужчине именно эта женщина.

Но Таиру плевать на условности.

— Пусть Аллах пошлет вам всяческих благословений, — тихо