Развод. Чистыми ногами по новой земле - Данна Леднива Страница 2

Я лежала и смотрела в потолок. В потолок моей маленькой студии. На ту самую лепнину, которая когда-то казалась мне уродливой. А теперь казалась родной. За окном начинало светать. Первые лучи солнца пробивались сквозь шторы. Падал на пол золотыми полосками.

Где-то далеко гудел город. Просыпался. Жил. И я тоже просыпалась. Жила. Дышала.

Я закрыла глаза. Не для того, чтобы уснуть. А для того, чтобы запомнить этот момент. Момент между сном и явью. Между прошлым и будущим. Между страхом и любовью. Момент, в котором я была собой. Просто Анной. Той, которая прошла через огонь. Которая не сгорела. Которая научилась не бояться пламени.

Потому что огонь — это не всегда разрушение. Иногда огонь — это то, что очищает. То, что оставляет только настоящее. То, что показывает, кто ты есть на самом деле.

Я открыла глаза. Посмотрела на Максима. Он всё ещё спал. Но его рука крепче сжимала мою. Как будто он чувствовал, что я смотрю. Как будто он знал, что я думаю. Как будто он был со мной не только в реальности, но и в мыслях.

— Доброе утро, — прошептала я.

Он не услышал. Но я сказала это не для него. Я сказала это для себя. Для нового дня. Для новой главы. Для новой книги, которая начиналась.

Впереди было много всего. Я знала это. Я чувствовала это. Но я также знала другое. Я была готова. Не потому что была сильной. А потому что была живой. Потому что была собой. Потому что рядом был он. Потому что в соседней комнате спал мой сын. Потому что впереди был день, который я могла прожить так, как хотела.

Я встала. Тихо. Осторожно. Выскользнула из-под одеяла. Вышла на кухню. Заварила чай. Не кофе. Чай. Чёрный. Без сахара. Тот самый, который стал моим ритуалом. Села у окна. Посмотрела на берёзу, которая стояла во дворе. На её листья, которые начинали желтеть. На осень, которая приходила.

И впервые за долгое время я подумала не о том, что было. Не о том, что могло бы быть. А о том, что есть. О том, что я жива. Что я здесь. Что я дышу. Что я люблю и любима. Что я нашла себя. И что теперь главное — не потерять это. Не потерять себя. Снова.

Я сделала глоток чая. Горячий. Горький. Настоящий.

И улыбнулась.

Глава 1

Октябрь в Москве выдался тёплым. Таким, каким он бывает раз в несколько лет, когда осень не хочет уступать место зиме, когда листья на деревьях ещё держатся, когда воздух пахнет не сыростью, а прелой листвой и последним теплом. Я проснулась в семь утра, как всегда, и лежала, слушая, как за окном просыпается город.

Рядом спал Максим. Его дыхание было ровным, глубоким. Его рука лежала на моей простыне, рядом с моей рукой. Мы жили вместе уже четыре месяца. Четыре месяца, за которые я научилась просыпаться не одна. Четыре месяца, за которые я научилась делить ванную, кухню, постель. Четыре месяца, за которые я научилась быть не одной.

Я встала тихо, чтобы не разбудить его. Пошла на кухню. Включила свет. Посмотрела в окно. На берёзу, которая всё ещё держала последние жёлтые листья. На двор, который просыпался. На жизнь, которая продолжалась.

Через десять минут на кухне появился Максим. В пижамных штанах, в футболке, с растрёпанными волосами. Он подошёл ко мне сзади, обнял, поцеловал в макушку.

— Доброе утро.

— Доброе.

— Что на завтрак?

— Не знаю. Что хочешь.

— Яичницу?

— Давай.

Он начал готовить. Я села за стол. Открыла ноутбук. Начала читать новости. Это было наше обычное утро. Обычное, тёплое, уютное. То, о котором я мечтала двадцать лет. То, чего у меня не было с Олегом. То, что я наконец нашла.

И всё было хорошо. По-настоящему хорошо. Наше консалтинговое агентство процветало. Клиенты приходили. Проекты были интересными. Деньги — стабильными. Максим стал отличным генеральным директором. Я — хорошим стратегом. Мы работали вместе, но не мешали друг другу. Мы были партнёрами. Равными. Свободными.

Но в груди что-то было. Что-то, что я не могла понять. Что-то, что сидело там, как камень. Как заноза. Как то, от чего не избавиться, пока не вытащишь.

Я смотрела на Максима, который стоял у плиты и жарил яичницу. На его спину. На его руки. На то, как он двигается. И думала о том, что я счастлива. Что я действительно счастлива. Что это не сон. Что это реальность. Что это то, чего я заслужила.

Но камень в груди не уходил.

— Ты в порядке? — спросил Максим, не оборачиваясь.

— Да. Просто думаю.

— О чём?

— Ни о чём. Просто думаю.

Он поставил передо мной тарелку. Сел напротив. Начал есть. Я тоже начала есть. Мы молчали. Но это было не то молчание, которое было раньше. Не то, которое было тяжёлым. А другое. Тёплое. Спокойное. Молчание двух людей, которые знают друг друга. Которые понимают друг друга. Которые любят друг друга.

— Анна, — сказал он вдруг.

— Да?

— Я хочу предложить тебе кое-что.

Я посмотрела на него. Увидела в его глазах что-то новое. Что-то похожее на волнение. На то чувство, которое бывает, когда человек хочет сделать сюрприз. Когда он боится, что его не поймут. Когда он надеется, что его примут.

— Что?

— Давай съездим куда-нибудь на Новый год. В отпуск. На неделю. Две. Куда хочешь. Хоть в горы. Хоть к морю. Хоть в Европу. Хоть в Азию. Просто чтобы мы отдохнули. Чтобы мы были вдвоём. Чтобы мы расслабились.

Я посмотрела на него. И внутри меня что-то включилось. То самое, что включалось всегда, когда речь заходила о планировании. То самое, что делало меня Анной Сергеевной, замдиректора департамента. То самое, что я думала, что победила. То самое, что возвращалось, когда я меньше всего этого ожидала.

— Хорошо, — сказала я. — Давай подумаем. Если в горы — то нужно смотреть билеты заранее. Если в Европу — то нужно оформить визы. Если в Азию — то нужно проверить погоду, потому что в декабре там может быть сезон дождей. Я посмотрю варианты. Составлю таблицу. Сравню цены. Выберу оптимальный маршрут.

Я говорила быстро. Уверенно. Как человек, который контролирует ситуацию. Как человек, который знает, что делать. Как