Зайкина, вам надо срочно родить! - Лёля Зайкина Страница 2

Скоро один нос останется и то, чтобы не задохнуться, наверное.

На Светку смотрю, она выглядит так как будто сорвала куш. Ну, конечно, подцепила еще одного мужчину, склонного к измене. Диагноз “тупость патологическая” подтвержден.

— Хотя впрочем, и здесь надо было дать, — говорю твёрдо всё сильнее убеждаясь, что всё во благо. — Спасибо вам обоим за сегодняшнее показательное выступление. Я очень рада, что на двух гнилых людей в моей жизни станет меньше.

— Ты кого гнилью обозвала? — щетиниться подруга.

— Зайка, не руби с горяча, — предостерегает от “ошибок” Саша, еще и прозвищем ласковым называет, гад такой.

Чувствую, что хочется взять в руки апельсины, запустить одним в рожу бывшей подруги. Другим в физиономию бывшего жениха.

Но этого не делаю. Все-таки выхожу за дверь.

Не буду устраивать сцену. Не хочу мараться об них. Пусть и все мои восемьдесят килограмм наполняет ярость, не даю ей спуска.

Ничего страшного и трагичного не произошло. Эмоции неуместны. Не к чему демонстрировать их. Саша со Светкой не увидят, что мне больно.

Да и не больно вовсе. Так... Досадно, что уже и платье себе присматривала, и путёвку в медовый месяц выбирала, и жизнь с Сашкой планировала. Думала, что всё, начну свою семейную жизнь. Но нет, так нет. Выходить замуж нужно только за надёжных мужчин. Надёжных и любимых. А не за всяких жертв козлецизма хронического, лживости обыкновенной и тупости рецидивирующий.

Мои бывшие подруга и жених что-то говорят мне вслед, Сашка даже обещает, что я пожалею, что мне будет плохо и одиноко без него. Но я не слушаю.

Плохо?

С чего бы?

Я женщина вполне самодостаточная, чтобы моё общее состояние, настроение и другие жизненные процессы зависели от наличия или отсутствия мужика в моей жизни. Все у меня будет хорошо.

Иду к остановке, а, дойдя, простаивают маршрут. Я отпросилась из офиса на весь день, обещала поработать дома, но получилось, что потратила не так уж и много времени. Прогулка в овощной и аптеку, визит к Саше не отняли существенного времени. Дольше я, пожалуй, разглядывала полюбовничков и выверяла свою реакцию на измену.

Можно, конечно, поехать домой, но на работе среди людей куда проще отвлечься.

Если кого удивит, что я вернулась, это их проблемы. Никому ничего объяснять я не собираюсь. Вернулась и вернулась. Значит, быстрее, чем рассчитывала, уладила свои дела.

Сажусь на нужный автобус, он как раз подходит, словно помогая сделать выбор. Вскоре уже захожу в офисное здание, поднимаюсь на второй этаж, занимаю своё рабочее место.

— Зайкина, ты же вроде отпрашивалась? — удивляется коллега.

— Немного изменились планы. А работать в офисе комфортнее, чем дома, — спокойно отвечаю я и, показывая, что больше ничего обсуждать не намерена, утыкаюсь носом в экран.

Есть я, монитор, цифры, квартальный отчёт. Все остальное неважно.

С задачей не думать о предателе я справляюсь на ура. Отчёт мне в помощь. Но через час напряжённой работы рядом присаживается Машка из соседнего отдела.

— Оль, я тут с тобой поговорить хотела. Посоветоваться, — произносится она, и я невольно отрываюсь от мира цифр.

— Слушаю тебя, — говорю, немного удивившись, что она пришла ко мне.

По какому вопросу она собирается советоваться? Маша занимается аналитикой продаж, ориентацией на покупателей. Я в этом не сильна. Что она может у меня спросить?

— Ты в каком салоне собираешься себе платье свадебное покупать? — задаёт вопрос Маша.

Ага, вопрос не о работе. Эх… Зря я поделилась информация о том, что собираюсь сменить свой статус. Зря поспешила. Есть же выражение “не говори гоп, пока не перепрыгнешь”... Надо было его держаться и молчать.

Но как и любой другой женщине, мне хочется чувствовать себя любимой и порой демонстрировать, что у меня все хорошо. А тут повелось у коллег печально вздыхать и бормотать: “Ой, Олечка у нас такая красавица, а все ещё одна…”. Вот и ляпнула, что свадьба у меня уже скоро и платье выбираю.

Всё-таки эмоции надо держать под контролем. Не стоит выпячивать свою личную жизнь. Тогда не попадёшь в подобную ситуацию. Не надо будет делать вид, что все прекрасно и хорошо, и я готовлюсь к свадьбе или признаться, что моё скоро замужество отменяется и “наша Оленька” снова одна и не так уж скоро построит свою семью.

Но тут в голову приходит другой вариант.

Может быть, Маша воспримет его и не совсем адекватно, не исключено, что что-нибудь додумает, как и другие коллеги, которые прислушиваются к нашему разговору. Которым безумно хочется поковыряться в чужой личной жизни.

— Маш, у меня квартальный отчёт, мне сейчас некогда болтать о всякой ерунде. Давай поговорим потом, когда будет свободнее.

Девушка поджимает губы, выглядит не слишком удовлетворённой таким ответом, но встаёт со стула.

С меня падает напряжение, а вместе с этим приходит понимание, что все же немножко меня эта ситуация задела. Не сама измена Сашки. Мне досадно, что я так и не выйду замуж. Уже хотелось бы. Но пока в личной жизни не везёт.

Для кого-то из мужчин я слишком рослая, крепкая, присутствие рядом бьёт по самооценке, ощущают себя мальчиками с пальчиками рядом со мной.

Кого-то отпугивает моё нежелание устраивать пробный забег в постели.

Кто-то просто не ориентирован на семью.

А к кому-то я ничего не чувствую, не привлекают.

Всё-таки найти своего одного-единственного мужчину не так уж просто.

Но ничего, поищем ещё. Какие наши годы! Не унывать! Нос по ветру, Оленька! Будет и на твоей улице праздник.

Глава 3. Харитон

Сверлю взглядом табличку с надписью “кабинет ультразвуковой диагностики”. Время тянется.

Лучше бы зашёл и отслеживал процесс. Но для возможной будущей матери моего ребёнка я посторонний мужчина. Врач долго плел о том, что ей будет неудобно в моем присутствии. УЗИ не наружное, надо раздеваться.

Я не стремился сесть рядом и держать её за руку, тем более следить за тем, что и куда ей засовывает врач. Я мог просто находиться в кабинете. Но и это оказалось некорректным. Значит, матку для подсадки эмбриона было удобно подставлять, а потерпеть меня за ширмой, послушать несколько сдержанных вопросов невмоготу.

Как итог сижу, жду, подпираю плечом стену и взглядом терзаю табличку и дверь, хотя уже мог