Родинка на линии судьбы - Лина Богданова Страница 18

* * *

При всей своей болтливости в присутствии Алексея инцидент с таинственной веткой она ни разу не упомянула. А просьба о сопровождении была озвучена в несколько ином ключе:

— Мне так не хочется с тобой расставаться, пусть ещё несколько минут мы сможем бывать вместе.

— Я бы мог провожать тебя до самого подъезда, — улыбнулся в ответ Алексей.

— Не стоит, мне бы не хотелось давать нашим кумушкам повод для любопытства.

Показалось или возражение удовлетворило нового знакомого? Хотя какой там новый! Соня воспринимала Алексея кем-то вроде давнего приятеля. Почти родственника. Нет, родственник не подойдёт! За родственников замуж не выходят…

Приходящие не раз и не два провокационные мысли оставались незаконченными. Соня и сама толком не понимала, чего хочет от этого притягательного во многих отношениях молодого человека. Замуж? Но она почти ничего не знает о нём. Да, живёт в Европе. Да, родом из этих мест. Да, приехал к родителям в гости. Да… И всё! При всём при том, что ему-то о ней известно всё до мелочей! С чего бы такой интерес?

— А вдруг…

И снова мысль оставалась незаконченной. На выводы и знаки препинания не хватало смелости. Появление Алексея выворачивало наизнанку её порывы и стремления. Соня, сама того не желая, превращалась в наивную девочку. И отдавалась на откуп воле, мудрости и опыту сказочного принца. Ничего не имея против.

— Может, это любовь? — однажды во сне возникла неожиданная мысль.

Опустилась в глубины замутнённого сном сознания. Притихла. Освоилась. И прижилась.

— Подумаешь, глупости! — возразила ей хозяйка утром.

— А если ОН сделает предложение? — не унималась незваная гостья, развивая собственную линию обороны. — Если признается первым?

— Тогда и будем думать, что с этим делать, — решила Соня.

Однако решимости в голосе не почувствовалось.

Как-то не получалось у личной жизни развиваться по собственному сценарию, что вызывало у Сони обеспокоенность. Как рассказать о новом знакомом брату? Как вести себя, если Алексей всё-таки сделает ей предложение? Или уехать, пока не поздно? Или вернуться к оставшимся без внимания лейтенантам?

А тут добавился новый внешний раздражитель. На юбилей Игоря Ивановича случился массовый пикник у горячих источников.

— Чего в гарнизоне прозябать? — подогревал общественное мнение главный вдохновитель подобных мероприятий замполит танкистов Дедушкин. — В столичных ресторанах мы уже не раз бывали, а там… Знали бы вы, какая это экзотика! Там и зимой народ купается. А уж сейчас… Хоть сутки в воде просиди, не надоест. И природа! Сахалин на пару с Курилами отдыхает! Лианы, разве что киви не растут. Берёзы шепчут. Шиповник крупнее голландских роз, едва ли не круглый год цветёт! Рододендроны прямо как на Сицилии. Лопухи что наши парашюты.

— Не лопухи, — поправила замполита Соня, — борщевик. Между прочим, очень ядовит. Так что не вздумайте в подобных зарослях уединяться. Существует вероятность получения смертельных ожогов.

— Боюсь, что до ожогов дело не дойдёт, — усмехнулся замполит. — Моя Наталья опередит твой борщевик. Она у меня страсть какая ревнивая. Шаг в сторону — десять суток ареста. Ещё шаг — пожизненное с конфискацией, дальнейшее несанкционированное телодвижение на высшую меру потянет. Так что придётся тамаде весь день за столом просидеть.

— Значит, повод дали, — нахмурилась Соня. — Зная вашу Наталью, нельзя сказать, что она зря санкции применяет. Невероятно спокойная дама.

— А кто из нас повода не давал? — хмыкнул сидящий рядом майор Кладкин. На то мы и мужики, чтобы налево ходить. Не то что бабы…

— Можно подумать, что налево вы вместе с подполковником Дедушкиным ходите, — хихикнула Дора Лазаревна.

— При чём тут подполковник?

— Так вы же сами сказали, что бабы здесь ни при чём. Стало быть, сами и виноваты.

— А чего вы к словам придираетесь? — собрался обидеться Кладкин. — Ну, не подумал я…

— Большинством голосов решено организовать пикник на Большой поляне у горячих источников, — прервал прения замполит. — Только учтите — отъезд в восемь!

— А чего так рано? — заныла молодожёнка Аллочка. — Воскресенье ведь! В кои-то веки поваляться часок-другой собрались…

— На природе поваляетесь, вам-то сам Бог велел, — стоял на своём Дедушкин. — А рано едем, чтобы место занять. Там к одиннадцати уже не протолкнуться. Туристы со всего округа налетают.

— А вы говорите — поваляетесь! Никакой личной жизни — будем, как зверюшки в зоопарке, туристов развлекать, — скуксилась Аллочка.

— Не переживай: я местечко суперское знаю. Со всех сторон кустарничком прикрыто. Сплошной интим. И до источника рукой подать!

— Кажется, я начинаю понимать Наталью, — подмигнула замполиту Дора Лазаревна. — Вы, уважаемый Сан Саныч, все злачные места в округе изучили. И вряд ли в гордом одиночестве.

— Осмелюсь напомнить вам, уважаемая Дора Лазаревна, прописную истину: каждый думает в меру своей непорядочности. Так что…

— Избавьте меня от грязных намёков, товарищ подполковник, — вспыхнула та.

— Милые бранятся, только тешатся, — шепнула Соне соседка Клава.

— Думаешь, у них что-то было?

— Тут и думать не надо — гарнизон что большая деревня — все всё знают. Сан Саныч тот у нас ходок, а Дора — женщина без комплексов. Свободная к тому же.

* * *

Ближе с нравами однополчан брата Соне удалось познакомиться на пикнике. Сразу после поздравительных слов и вручения подарков имениннику. Начмед ухлёстывал за новой буфетчицей, Клава строила глазки Кладкину. Её супруг хлопотал по хозяйству на пару с розовощёкой бабёнкой из гарнизонного продмага. Старлея Круглова накачивала шампанским пожилая докторица из пульмонологии.

— У вас всегда так? — шепнула Соня брату на ушко. — Содом и Гоморра?

— Скажешь тоже! — отмахнулся Сергей. — Детский лепет. От нечего делать народ в крайности кидается. До адюльтера дело ни разу не дошло. Разве что у Дедушкина. И Николаева. Эти вхолостую не работают. И не отдыхают. Думаешь, зря наш герой жёнушку накануне этого большого шухера в отпуск спровадил? Должно быть, жертву очередную наметил. Так что держи ушки на макушке, сестрёнка: рядом бродит голодный Серый Волк.

— И пусть себе бродит! На роль Красной Шапочки я не подхожу: у меня сегодня другой имидж, — рассмеялась Соня, заправляя кудряшки под косынку.

— Купаться! — проревел в сложенные рупором ладони замполит. — Девочки — налево, мальчики — направо. Встречаемся в Круглом бассейне!

Народ возликовал и разделился на две части. Через минуту на поляне ни осталось никого.

* * *

Соня набрала побольше воздуха и нырнула. Вода в источнике оказалась удивительно мягкой и тёплой. Хотелось затаиться на глубине и насладиться роскошью солоноватой влаги. Расслабиться, обрести покой. Какое там! Десятки чужих конечностей и тел суетились рядом. Задевали. Наступали на ноги.