Ненавистник для мамочки - Дафни Эллиот Страница 16

— Я надеру задницу твоему мужу, — сказала я Лив, когда она вышла в коридор рядом со мной.

— О-о, можно я посмотрю? — спросила Шей из кухонного проема. Она стояла там с огромной бутылкой Stanley в руке.

Дилан подошла сзади и сжала мои плечи.

— Твоя аура сейчас темно-красная, Дел. Может, чашку чая? Или я достану поющие чаши.

Я повернулась и невольно улыбнулась своим подругам. Даже зажатая в этом крошечном коридоре, рядом с дверью кладовой, которая не открывалась, и туалетом с барахлящей раковиной, я их любила.

— Я в порядке, — сказала я. — Но я дошла до предела, так что Беккету пора исчезнуть.

Лив положила голову мне на плечо.

— Уверена, он это заслужил, милая. — Она явно пыталась меня умаслить. — Что он натворил на этот раз?

— Обманом заманил меня на свидание.

Общий вздох получился приятно громким.

Глаза Шей расширились.

— А что стало с тем парнем? Ты его не убила?

— Лиам спрятал большую лопату, потому что Финн и Кай запускали ею машинки Hot Wheels на крышу. Я спрошу, где она. Нам надо копать яму? В такой промерзшей земле будет сложно, но мы справимся.

— С парнем все нормально. — Я пренебрежительно махнула рукой. — Его самолюбие, возможно, пострадало, но убийства я не совершала. Хотя приятно, что вы так высоко обо мне думаете.

— Я вчера купила в магазине здорового питания банку спирулины. Может, смузи поможет снять раздражение.

Меня передернуло. Смузи были ответом Шей на все.

— Спасибо, но нет. — Я поспешно отступила, чтобы не встретиться с ней взглядом. Стоило мне это сделать, и она точно взбила бы стакан болотной жижи. А мне пришлось бы давиться им. Она такая милая и заботливая, и мне не хотелось ее обижать.

Оказавшись в гостиной, я обошла сзади разномастные диван и кресло, уворачиваясь от разбросанных по полу игрушек.

— Я хочу пролить немного крови Лэнгфилдов.

Беккет сидел в своем любимом кресле и листал что-то в телефоне. Старинные молдинги в этой комнате были прекрасны, но кресло — чудовищно уродливым. Горчично-желтое, с бордовыми цветами. Зато удобное, и Беккет еще месяцы назад застолбил его как свое место для общих собраний.

Роуэн уже сидел на краю дивана, а когда увидел Шей, раскрыл руки и улыбнулся. Она вприпрыжку подошла к нему и забралась на колени.

Теперь, когда мы с Беккетом оказались в одной комнате, кровь у меня в жилах, раскаленная после его вчерашней подставы, закипела.

— Как ты посмел?

Этот засранец еще имел наглость оторваться от телефона и одарить меня злобной улыбкой. Я отвернулась от него к Лив, надеясь, что если сосредоточусь на своей счастливой, чудесной подруге, злость утихнет. Не утихла.

— Я говорила тебе не лезть, — тихо сказала она. Ладно. Лив злилась вместе со мной.

У него вытянулось лицо.

— Ливи…

— Не надо мне тут «Ливи». — Слова прозвучали жестко, хотя голос оставался тихим. — Оставь Делию в покое. Ей не нужен случайный неудачник, которого ты где-то откопал. Ты не сваха.

В ответ он поднял руку и забормотал какую-то ерунду про вселенную, бросив на Дилан взгляд, будто она могла его выручить. Но он остался один на один с этим. И какой бы страшной ни была я, никто не заставлял Беккета ерзать так, как Лив.

Я наслаждалась каждой секундой этого зрелища. Столько лет Лив была половиком у двери. Позволяла своему мерзкому бывшему мужу вытирать об нее ноги и одновременно терпела выходки Беккета на работе.

А потом расцвела. Нашла свой голос и впервые поставила себя и детей на первое место. К сожалению, когда она наконец решила взять то, чего хотела, этим «чем-то» оказался Беккет.

И все же я поддерживала ее личностный рост.

Хотя с тех пор, как все они нашли любовь, каждый взрослый под этой крышей, похоже, решил, что мне нужен мужчина. Пусть никто из них не действовал так нагло, как Беккет. Будто они считали мою жизнь такой ужасной, что меня должен спасти посредственный член.

Моя жизнь прекрасна. Легкая? Нет. Роскошная? Да нихрена. Но я честна с собой. Любовь сделала моих друзей счастливыми. А я счастлива за них. Просто я устроена иначе. И меня это устраивает.

Но, кажется, только я одна здесь понимала такой подход. И меня уже чертовски бесило снова и снова объяснять это.

— Тревор отличный парень. — Беккет всеми силами старался избежать гнева жены.

— Тревор? — фыркнула Лив. — Ты должен был сообразить.

Он посмотрел на меня с искренним беспокойством. О. Может, он наконец извинится за то, что лезет в мою жизнь.

— Ты ведь не причинила ему вреда?

Я свирепо уставилась на него.

— Совсем ничего? Ни ударов, ни ножевых ранений, ни проклятий вуду?

— Тревор ушел невредимым. Но на твоем месте я бы переживала из-за моих способностей накладывать проклятия. Я не должна повторять это снова, но никаких больше сводничеств. Никаких свиданий вслепую. Никакой раздачи моего номера твоим друзьям. Мне не нужен мужчина. На самом деле мужчина нужен мне примерно как лечение корневых каналов. — Я почесала голову. — Нет, аналогия затертая. — Я посмотрела на девочек. — Что хуже лечения корневых каналов?

— Маммография? — предложила Шей.

— О-о. Колоноскопия! — хихикнула Дилан.

— Да. Все сразу. Никаких мужчин. Никаких сложностей. В моей жизни и так хватает проблем. Меня совершенно не интересует эмоционально недоразвитый взрослый младенец, который ищет себе кухарку и домработницу. И чтобы она еще слушала его бесконечный треп про фэнтези-футбол.

Роуэн усмехнулся, красавчик чертов.

— И где ты находишь таких победителей?

Я шумно выдохнула.

— Иди отжимайся, красавчик.

Он прижал Шей ближе и подмигнул мне. Боже, хоккеисты — худшие.

Прежде чем я успела придумать что-нибудь едкое, на нас обрушилось нашествие детей. Они запрыгнули на все свободные поверхности. Близняшки уселись на оба подлокотника моего кресла. Фиби возилась с какой-то игрушкой, странно похожей на роботизированную руку, а Коллетт прижалась ко мне, ее маленькая голова уютно устроилась у меня под подбородком.

Девочкам уже исполнилось восемь, и хотя какая-то часть меня скучала по тем временам, когда были дневной сон и вечерние купания, они превратились в самых удивительных маленьких людей.

— Мам, можно мы сыграем в шахматы? — спросила Коллетт. — Я отрабатывала сицилианскую защиту.

— Конечно, милая. После семейного собрания.

Фиби повернулась ко мне, пока все устраивались.

— Можешь сказать Боссу, чтобы он был побыстрее? Эти собрания такие скучные. Я пытаюсь научить Вещь щелкать пальцами. — Она подняла роботизированную руку. — И завтра у нас школа, так что ты опять будешь вести себя неразумно насчет отбоя.

— Девять часов — вполне разумное время отбоя