Первый мороз. Книга 1 - Чжу И Страница 36

Это было дело о попытке изнасилования, произошедшее вечером 17-го числа. Женщина возвращалась домой после работы, когда на нее с ножом напал мужчина и затащил в глухой переулок в северном районе города. Проходивший мимо хозяин уличной лавки заметил происходящее и вмешался, благодаря чему женщина смогла сбежать. В ходе борьбы мужчина получил серьезное повреждение нервов на руке.

Составив основные тезисы для репортажа, Вэнь Ифань начала собираться и спросила:

– Где Фу Чжуан?

– Кажется, его кто-то позвал с собой на интервью, точно не знаю, – ответила Су Тянь.

– Ладно, – кивнула Вэнь Ифань. – Тогда поеду одна.

Когда девушка устроилась в редакцию программы «Информирование», то получила должность корреспондента. Однако, как это часто бывает, при нехватке людей приходилось делать все. Не умеешь – учись. Съемка, интервью, написание текстов, монтаж и постпродакшн – все лежало на одном человеке.

Собрав оборудование, Вэнь Ифань отправилась в городскую больницу. Найдя палату, где лежал мужчина, она с его согласия провела интервью.

Пострадавшему было немного за тридцать, выглядел он довольно просто и добродушно. На вопросы Вэнь Ифань отвечал вдумчиво и серьезно, избегая смотреть ей в глаза. Чем дольше длился разговор, тем большее смущение отражалось на лице мужчины: его щеки постепенно наливались румянцем.

Задав все вопросы из подготовленного плана и добавив несколько, которые пришли на ум во время разговора, Вэнь Ифань поблагодарила мужчину за уделенное время, взяла оборудование и решила побеседовать с его лечащим врачом для уточнения деталей.

Только она вышла из палаты, как услышала, что ее окликнули:

– Ты… Эй, Вэнь Ифань?

Она обернулась на голос. В двух-трех метрах стояла смутно знакомая девушка, которая смотрела на нее с некоторым сомнением. На вид ей было немного за двадцать, в руках она держала корзину с фруктами, видимо, пришла навестить кого-то.

Вэнь Ифань улыбнулась, но не сразу вспомнила, кто это.

– Когда ты вернулась в Наньу? – нахмурилась девушка. – Почему мама ничего не сказала?

Эти слова помогли Вэнь Ифань узнать ее. Чжэн Кэцзя. Дочь ее отчима.

Кажется, последний раз Вэнь Ифань видела ее, когда сама училась в старших классах, а Чжэн Кэцзя только перешла в среднюю школу. Тогда девочка еще не думала о том, как выглядит, была капризной и избалованной. Сейчас же, повзрослев и научившись следить за своей внешностью, она выглядела совершенно иначе. Вэнь Ифань не ожидала встретить ее здесь.

Заметив съемочное оборудование в руках сводной сестры, Чжэн Кэцзя предположила:

– Ты на работе? В командировке?

– Нет, я переехала обратно в Наньу, – коротко ответила Вэнь Ифань, ощутив тяжесть камеры и желание скорее уйти. – У меня еще дела, поговорим как-нибудь потом.

– Да кто с тобой захочет разговаривать? – пробурчала себе под нос Чжэн Кэцзя.

– Так даже лучше, – кивнула Вэнь Ифань. – Сэкономим время.

Чжэн Кэцзя на секунду потеряла дар речи от ее слов, а затем выдавила:

– Тогда зачем ты вообще вернулась?

– А мне обязательно нужна причина, чтобы вернуться? – с улыбкой ответила Вэнь Ифань. – Можешь не переживать. То, что я снова в Наньу, не значит, что я вернусь домой. Давай считать, что мы сегодня не виделись. Если ты никому не скажешь, то никто и не узнает.

Чжэн Кэцзя нахмурилась:

– Я ведь не говорила, что ты не можешь вернуться домой.

– Да, ты не говорила, – спокойно подтвердила Вэнь Ифань.

– Почему ты такая раздраженная, – с явным недовольством бросила девушка. – Я же нормально с тобой разговариваю! Да, раньше я говорила, что не хочу жить с тобой в одном доме, но сейчас я такого не сказала.

Вэнь Ифань стояла на месте и молча смотрела на нее. Постепенно Чжэн Кэцзя теряла уверенность в своих словах:

– Да и это было так давно… Мне тогда вообще сколько лет было?..

– Действительно давно, – равнодушно согласилась Вэнь Ифань. – Я тебя едва узнала. К тому же вряд ли у нас есть причины предаваться воспоминаниям. Лучше иди к больному, фрукты, наверное, тяжелые.

– Подожди! Ты приедешь домой на Новый год? – внезапно спросила Чжэн Кэцзя. – Не хочешь встретиться с младшим братом?

Младший брат, о котором она говорила, был сыном, родившимся у Чжао Юаньдун через три года после ее повторного замужества. Вэнь Ифань так ни разу и не видела его. Иногда мама присылала ей фотографии.

– Не приеду. У меня слишком много работы, выходных нет, – придумала оправдание Вэнь Ифань.

Повисла короткая пауза.

Чжэн Кэцзя достала из кармана телефон.

– Давай добавим друг друга в WeChat? Может, сегодня вечером поужинаем? Я хотела бы извиниться, тогда я была неправа…

– Чжэн Кэцзя, – перебила ее Вэнь Ифань. У нее было еще много дел: нужно было заехать в полицейский участок, а потом вернуться в офис, чтобы написать статью и смонтировать материал. На все это явно не хватило бы времени. – Я просто хочу жить своей жизнью. Я вернулась в Наньу не ради кого-то и не еду домой не из-за тебя, – мягко, но твердо добавила Вэнь Ифань. – Все, что я делаю, я делаю только ради себя.

Она взглянула на часы:

– Мне действительно пора бежать. Увидимся.

Чжэн Кэцзя открыла рот, будто собираясь что-то сказать, но в итоге промолчала.

Не дожидаясь ответа, Вэнь Ифань прочитала указатели и, сверившись с направлением, пошла в отделение неврологии. Она нашла лечащего врача мужчины, чтобы уточнить детали его состояния. Понимая, что врач занят, Вэнь Ифань задала только самые основные вопросы, поблагодарила его и поспешила уйти.

Перед тем как покинуть больницу, она зашла в туалет. Наклонившись над раковиной, Вэнь Ифань включила воду. Когда ее руки коснулись холодной воды, она невольно вздрогнула. И замерла, будто задумавшись. Видимо, встреча с Чжэн Кэцзя пробудила в ней воспоминания о прошлом, которые она давно пыталась забыть.

Вэнь Ифань вспомнила слова своего отца, Вэнь Лянчжэ: «Наша Маленькая Шуанцзян – девочка, не надо ей так часто умываться холодной водой».

За все эти годы только воспоминания о Вэнь Лянчжэ были способны поколебать ее душевное равновесие. У Вэнь Ифань защемило в груди, а в носу засвербело. Резко моргнув, она заставила себя вернуться в реальность, медленно закончив мыть руки.

Ее школьное прозвище «Цветочная ваза», которое тогда дали одноклассники, не было взято с потолка и имело вполне очевидные основания. В те годы Вэнь Ифань действительно ничего не умела. Все бытовые мелочи в общежитии – уборка, поддержание порядка – она осваивала только благодаря тому, что соседки по комнате показывали ей, как это делать. Ее мягкий характер позволял ей оставаться терпеливой: даже если кто-то из них терял терпение