Любовь и смерть - Элис Вайлд Страница 19

Благодаря усилиям Флоренс, его почти не видно, осталась лишь пара тонких белых линий на бледной коже. Это постоянное напоминание о будущей связи, которую невозможно разорвать.

Судорожно сглотнув, я отворачиваюсь от зеркала, не в силах видеть собственное отражение. Я уже решила, что буду сильной, несмотря ни на что, но не могу не задуматься, во что превратилась моя жизнь.

Во что превратилась я сама…

Дома мне тоже было трудно, но там у меня была надежда. А здесь я простая смертная, пленница в мире богов, вынужденная играть по их правилам. Вынужденная принимать невозможные решения, определяющие не только мою судьбу, но и судьбы богов и целых царств.

И все же…

Медленно осознавая, сколь малая доля моей жизни принадлежит лично мне, я мысленно возвращаюсь к ночи побега. Земля под ногами, пропитанная кровью, ужас в глазах Киприана и какая-то жуткая, зловещая тишина.

Возможно, смерть всегда шла за мной следом.

И всегда будет идти.

Возможно, именно сейчас вершится моя настоящая судьба, уготованная мне от рождения.

– У меня для тебя есть кое-что еще. – Голос Флоренс возвращает меня в реальность.

Она отступает назад. Я разворачиваюсь и вижу, как она вытаскивает из складок своих юбок предмет длиной примерно с мое предплечье, замотанный в ткань и связанный кожаными ремнями. Ее руки подрагивают, когда она протягивает его мне.

– Что это? – осторожно спрашиваю я, не сводя глаз с загадочного свертка.

– Подарок, – отвечает она, – от Смерти.

9

Хейзел

– Подарок от Смерти? – переспрашиваю я, не веря своим ушам.

Мое сердце пропускает удар при звуке его имени, во рту пересыхает. Я робко протягиваю руку к Флоренс, чтобы принять подарок.

Лихорадочно развязываю один из кожаных ремней, аккуратно отгибаю уголок ткани и вижу кожаные ножны.

Быстро разворачиваю крепления и вытаскиваю кинжал, непохожий ни на что, что я когда-либо видела. Руки сводит от холода, но я терплю. Переворачиваю его, чтобы лучше рассмотреть оружие.

Когда я выдвигаю его, за ним в воздухе тянется мрачный след чернильного цвета, и у меня невольно вырывается вздох.

Он целиком сделан из чистого обсидиана… и тени. Готова поставить на это свою жизнь, побывав на прогулке по залам дворца Смерти. Клинок настолько темный, его цвет настолько чужд этому миру, что, кажется, передо мной раскрылась бездна.

Не могу перестать восхищаться его совершенством, прохладной тяжестью в ладони. Чем дольше я смотрю на клинок, тем больше мне кажется, что он манит меня, бросает вызов, чтобы использовать его. Узнать, на что он способен.

Я поворачиваю лезвие, оно переливается на свету. Острая грань на долю секунды вспыхивает, а затем снова меркнет. По спине пробегает холодок.

Это не обычное оружие.

Через этот клинок течет эфирная сила, зловеще шепчущая мне что-то, хоть я и не понимаю, что именно. Я бы не удивилась, узнав, что этот клинок может резать пространство и время.

Я с трудом сдерживаю смешок. Теперь я понимаю, насколько ничтожными выглядят обсидиановые мечи стражников из дворца, когда-то внушавшие мне страх. Это лишь жалкие подделки.

Слабые и бесполезные.

Этот клинок – воплощение силы, столь же прекрасной, сколь и ужасающей. Достойный дар самого Смерти… Но я даже не представляю, кого мне суждено поразить им.

Нахмурившись, я наконец отрываю взгляд от кинжала и смотрю на суккуба, замечая, что она отошла на несколько шагов назад.

– Что случилось?

– Это… это клинок души Смерти, – сбивчивым шепотом произносит она.

– Что? – Мои руки дрожат об одной мысли об этом. – Когда Смерть передал тебе его?

– Перед тем, как последний раз покинул город.

– Но зачем? Почему он попросил тебя передать его мне?

– Не знаю, – отвечает Флоренс и опускает глаза в пол, словно отказываясь признавать существование оружия. – Я… я даже не знала, что это за подарок, до этого момента. Осмелюсь сказать, что если была бы в курсе заранее, то вряд ли решилась бы выполнить это поручение.

– Почему? – Она поднимает глаза, встречаясь со мной взглядом, и я изумленно замечаю в них первобытный ужас. – Флоренс?

– До сих пор рассказы об этом клинке существовали лишь в ночных кошмарах и шепотом передаваемых историях, – тихо продолжает она с отрешенным выражением лица. – Говорят, в нем живет сам дух Смерти и что это единственное орудие, способное убить бессмертного… навсегда разорвав его душу и тело.

– Значит, им можно убить бессмертного? Любого бессмертного?

– Так гласит легенда.

До меня медленно доходит смысл ее слов, они ужасны и прекрасны одновременно. Смерть даровал мне силу убивать богов.

Во рту пересыхает, тяжелый ком оседает в животе.

– Все это время клинок был у Смерти, – рассуждаю вслух я. – Так почему же он не использовал его против Аида при первой возможности?

– Не знаю, милая. Но, зная его характер, могу предположить, что была веская причина не делать этого.

Я даже представить себе не могу, что это за причина, потому что внезапно в голову приходит новая мысль.

– Флоренс, возможно, это наш путь к спасению! Если этот кинжал и правда так страшен, как ты говоришь, то мы можем пригрозить им каждому, кто посмеет встать у нас на пути.

– А если они откажутся нас отпустить?

– Тогда мы… мы используем его, – отвечаю я, сдерживая тошноту, возникшую при одной только мысли об убийстве.

– Смелый план, пусть и немного безрассудный, – спокойно отвечает она. – Если верить легенде, то без присутствия Смерти, способного вдохнуть в кинжал новую силу, есть лишь одна попытка поразить врага. Возможно, именно поэтому Смерть и подарил его тебе.

Я снова смотрю на кинжал. Слова Флоренс проникают в самую глубину моей души, губы начинают дрожать, когда я осознаю, что за предмет я держу в руках. Это последняя воля Смерти, его последняя попытка защитить меня от судьбы, которую я бы не выбрала…

На глаза наворачиваются слезы. Я все сильнее сжимаю рукоятку побледневшими пальцами. Делаю резкий вдох, широко открываю глаза от шока, когда адреналин устремляется по венам. В голове проясняется, тревога рассеивается. Остается лишь одно чувство…

Желание.

Нет, потребность… жажда коснуться лезвием кожи.

Сломать кость.

Порвать нити судьбы.

Я вскрикиваю, роняя оружие на пол, и отшатываюсь назад, когда оно отпускает меня из-под своей власти. Хватаю кожаные ножны, быстро прячу туда кинжал и оборачиваю его тканью.

– Стой, не связывай его, – говорит Флоренс, с тревогой смотря на оружие, словно оно может в любой момент напасть. – Как бы мне ни не хотелось говорить тебе об этом, но ты должна всегда держать его под рукой и использовать, если понадобится.

– У меня