Под звездным дождем - Макс Рейн Страница 59

– Что за птица?

– Невеста Альфы, то есть бывшая невеста. Были помолвлены, но он от нее отказался с началом боевых действий. Кинул, словом.

Богомольский закурил и одну за другой перебрал фотографии. На снимках была запечатлена счастливая молодая пара. Влюбленными глазами они смотрели друг на друга… Вот он какой, герой, надо же, его прямо не узнать. Мальчишка.

В глазах полковника загорелось любопытство.

– Выкладывай.

Глава 10

Катерина сидела на постели и тихо говорила по телефону с братом. После вчерашних посиделок все в доме еще спали.

– Как же так? – возмущенно шептала она. – На какую войну?! Ты в своем уме, Гораня? Забирай Милана и давайте сюда к нам! – свободной рукой она нервно теребила штору, невидящим взглядом уставившись в окно.

В трубке что-то отвечали. Катя спорила.

– Да какие из вас солдаты, какая Артанская Республика? – негодовала она. – Вы же пушечное мясо. Не дури, Горан, не до шуток сейчас.

На другом конце терпеливо объясняли, успокаивали. Катерина удрученно слушала, но не верила. Да, действительно, какие из них вояки, убеждала она себя. Увидят их и отправят обратно домой.

– Ну, будет, – почти успокоившись, попрощалась Катерина. – Держи меня в курсе и смотри мне!

Связь отключилась. Катерина встала, надела свой старый махровый халат и поплелась на кухню. Там стоял страшный беспорядок: под ногами хрустели сухие крошки, скорлупа от орехов. Вчерашние блюда, приготовленные для Юрия, были наспех прикрыты тарелками. Сидели допоздна и не успели прибрать. Закрыв за собой дверь, Катерина осторожно собрала посуду, стараясь не греметь, поставила в раковину и начала мыть.

«Все пошло наперекосяк, – думала Катерина, – и только ухудшается. Не приведи господь моим оказаться на фронте. Горан с оружием…» – Катя негодовала. Брат кроме книг вообще в руках ничего не держал, тот еще вояка. Да и Милан со своим зрением – ни к селу, ни к городу. Катя не могла поверить, что на ее родину пришла война, не понимала, что ей делать дальше. Как же так? Нормальная жизнь в радости и покое закончилась в один момент. Она помнила этот момент, свою растерянность и разочарование, возмущение и негодование. Все казалось сплошным безумием.

За пару недель до этого им писали родственники из Америки: «Знаете, что в Ратье будет война?» Она тревожилась, а муж говорил, что все это ерунда, и никакой войны не будет. Не посмеют северяне на южан с оружием пойти. Они отказывались вообще верить, что такое возможно.

В тот злополучный мартовский день она, волнуясь, обзванивала родственников и друзей, не забыла и про семью Кирилла. Таисия, только заслышав голос Катерины, жестко оборвала ее, даже объяснять ничего не захотела. А ведь они при других обстоятельствах могли бы породниться! Правду говорят, дружба от недружбы близко живет.

Катерина подумала о Соньке. А эта дурочка ждет и все надеется. Нет там больше будущего. Даже если Кирилл не откажется от нее. Никогда уже его семья не примет ее. Будут оскорблять и насмехаться. А Сонька будет молча страдать. Не отдаст она им Соньку, не отдаст. Не пустит она ее!

Катерина закончила уборку и села на табурет. В кухне было тихо и пусто… В душе – мрачно и горько. Хотелось действовать, но было непонятно как. «Пойду схожу в церковь, помолюсь», – решила она. Сейчас, кроме Бога, никто не поймет и не поможет. Она тяжело встала и пошла собираться.

Глава 11

Кирилл и Максим зашли в штаб и отпустили дежурного. Новостей не было и сна тоже. Ночь стояла тревожно тихая. Кирилл налил водки. Пили молча.

– Может, в картишки? – предложил Коп.

– Давай.

Он передал колоду Кириллу, а себе налил воды из ржавого крана.

– Завтра с рассветом к гражданским пойду, – тихо сказал Кирилл, – хочу сам проверить обстановку.

– Один не лезь, если вдруг что, ни помочь, ни сообщить будет некому.

– А что там сообщать, не вернусь, поминай как звали.

Телефон на столе неожиданно завибрировал. Кирилл глянул на экран, и слабый румянец проступил у него на бледных щеках.

– Она? – спросил проницательный Коп.

– Кто? – Кирилл сделал вид, что не понял. И, увидев пытливый взгляд друга, спокойно соврал: – Нет.

– А артанка долго ждать и не будет, на кой ты ей теперь, северный герой?

Кирилл молчал, тщательно тасовал колоду. Коп чувствовал, что после визита в Ростичи что-то произошло в отношениях Кирилла и Сони. Не было больше долгих телефонных разговоров, ее постоянных звонков и глупого выражения на лице друга. Но тогда, в эйфории начала войны, он не особо придавал этому значение. Сонька, Зринка, Златка – какая теперь была разница?

Война укрепила дружбу Кирилла и Максима. Кирилл советовался с ним, разделял свои тревоги и мечты. Мечтал он ярко, открыто рассуждая, какая будет у них жизнь после победы. Глаза Кирилла горели, вера в успех была непоколебима. О Соньке он Копу больше не говорил, а тот и не спрашивал. У него были другие печали. Видя, как его друг несется на огонь, Максим оберегал Кирилла. Собой прикрывал, где мог. Делал все, чтобы они оба дожили до победы.

Но в последние дни Коп заметил, что настроение Кирилла переменилось, не было больше первоначального запала. Да и у кого он сейчас был, когда зажатые оторванцами на промзоне, они десятками теряли бойцов? Кирилл все больше молчал, реже давал военные прогнозы и все чаще доставал свой личный телефон из кармана. Последний пункт больше всего нервировал Максима. «Этого еще не хватало. Нам достаточно одного влюбленного Ромео».

– Что ждешь, раздавай карты, – Коп прочистил горло.

Кирилл раздал по шесть и посмотрел на свои – выпало что надо. Он легко улыбнулся: надерет он сейчас задницу Копу.

– Вот скажи мне, Кирон, – Максим снова прокашлялся. – Сколько времени может длиться любовь? Только не говори: до гроба.

– Если что-то не длится вечно, это не значит, что оно того не стоит, – буркнул Кирилл, понимая, куда клонит друг.

Кирилл закурил и зашел с восьмерки треф.

– Ну, а все-таки?

– Зачем тебе, ты ж не веришь в любовь? – ухмыльнулся Кирилл.

Коп накрыл его карту своей. Кирилл тут же подкинул другую. Коп отбивался, Кирилл наступал. В этот раз он подкинул козырную карту.

– Ну почему же не верю, в любовь Ромео и Анеси очень даже верю, а в твою с Сонькой… нет.

Кирилл удивленно поднял на него глаза.

– А что это ты