Позволь мне остаться - Екатерина Аверина Страница 4

Помощник, в отличие от него, гораздо бережнее берет меня под руку и ведет к кабинету. Вхожу, попадаю под внимательный взгляд доктора. Он перестает казаться мне добрым. Все здесь ощущается опасным, зловещим. Мои инстинкты кричат о том, что надо бежать, но я ведь не могу. Я не принадлежу себе.

— Ты уже была у гинеколога? — добродушно спрашивает мужчина, только глаза у него все такие же холодные, и я ему не верю!

Киваю, подтверждая, что была.

— Значит для тебя тут не будет ничего нового и страшного. Проходи за ширму, раздевайся и устраивайся в кресле, я сейчас подойду.

Пока я дрожащими пальцами снимаю куртку и расстегиваю штаны, пытаюсь расслышать глухой, удаляющийся разговор. Дверь хлопает.

Мы теперь вдвоем?!

— Чего ты стоишь? Ложись, — указывает врач.

Рефлексы срабатывают быстрее головы. Короткое слово — приказ: «ложись», и я оказываюсь на кресле, голая ниже пояса.

Бедра дрожат, зубы стучат от манипуляций врача. От обычного осмотра он переходит к осмотру при помощи аппарата УЗИ. Чему-то кивает, что-то пишет.

— Одевайся, — командует мне.

Послушно спрыгиваю на пол и быстро надеваю белье, штаны, куртку.

— Так, девочка, сейчас тебе надо будет выпить вот эти таблетки, — вынимает из блистера две штуки и вкладывает мне в ладонь. — Пойдем со мной, — обходит стол и подталкивает меня в лопатки.

Выхожу. На диванчике только помощник Хозяина. Поднимается, чтобы проследовать за нами, но врач объясняет, что в хирургическое крыло посторонним нельзя и Хозяин в курсе, они договорились обо всем. Выход все равно только здесь и деться мне некуда.

Плохо соображая, иду за врачом. Мы оказываемся в закрытом на первый взгляд крыле. Входим в очень светлый кабинет, похожий на небольшую операционную.

— Пей таблетки, девочка. Вон там вода. Сейчас к тебе придет анестезиолог и подготовит к стерилизации.

Глава 2

Лия

«Сте-ри-ли-за-ция» — прокручиваю по слогам страшное слово.

Как собаку, да?

Хозяин любит секс без защиты, но не хочет его последствий. Для последствий есть официальная жена.

Новая волна страха поднимается от низа живота к горлу, но я всеми силами стараюсь не впадать в панику. В кабинете ведь никого нет. Это ведь… Да, это может быть шансом! Сколько у меня секунд? Куда бежать? Если поймают, наказание будет страшным. От одной мысли об этом тело покрывается крупными мурашками. Но я не могу не попробовать.

Это частная клиника. Наверняка везде камеры. Значит мне надо что?

Боже, как страшно! Тру ладонями стянутое ошейником горло. Время уходит. Мне нужно слиться с местностью. Спрятаться, оставаясь на виду.

В операционной может быть одежда персонала? Вряд ли, но я все равно обшариваю каждый закуток. Нахожу еще одну дверь. Дергаю за ручку. Открыто. Здесь странно: раковины, средства какие-то, сушилки.

Да! В корзине для белья нахожу халат, шапочку, маску. Все смятое, с пятнышками и неприятным запахом, бьющим в нос. Это не самое страшное, что может произойти. Мелочь. Всего лишь мелочь…

Встряхиваю одежду. Смято не так критично, как показалось на первый взгляд. Переодеваюсь, прячу светлые волосы под полупрозрачную шапочку, закрываю лицо маской и мечусь к выходу из этого ужасного кабинета.

Прислушиваюсь к звукам за дверью. Тихо.

Интересно, о чем Хозяин договорился с врачом? Может я сейчас выскочу прямо на него, а все происходящее — обычная провокация?

Тело, знающее, как может быть потом больно, не желает двигаться с места, а мозг агонизирует от страха, вновь пытаясь утянуть меня в панику.

Нельзя. Высокий шанс совершить ошибку.

Пытаясь проглотить собственный пульс, колотящийся в горле прямо в ошейник, резко выдыхаю и открываю дверь. В коридоре тихо как в морге. Рабочий день закончен. Ни единой души и двери, двери, двери. Все одинаковые, закрытые.

Мамочки! Куда мне? Надо двигаться естественно, и я просто шагаю вперед, толкая одну дверь, за ней вторую. Третья оказывается открыта. Сердце останавливается, и запускается только когда я вижу, что за рабочим столом никого нет. Из глубины кабинета слышен тихий мужской голос, явно говорящий по телефону.

Схватив со стола первую попавшуюся папку, прижимаю ее к себе и, вернувшись в коридор, едва не плача от отчаяния, иду вперед, надеясь на шанс. Тут ведь обязана быть служебная лестница! Я знаю, чувствую, что она рядом. Мне бы успеть найти.

Всхлипнув, открываю двустворчатую дверь с длинной блестящей ручкой. Наверное, пожарная.

Господи, лестница!

Если бы я могла, я бы взвизгнула от счастья. Прохладой веет и пахнет сигаретным дымом, но уже едва ощутимо. Значит никого не должно быть, да?

Может быть, но я все равно иду по лестнице, продолжая прижимать к себе папку. Спотыкаюсь о что-то. Стеклянная баночка заваливается на бок и скатывается по ступенькам, рассыпая пепел по серому бетону. Звон стоит такой, что кажется сейчас сюда сбежится вся больница.

От страха по щекам текут горячие слезы. пусть в этом мире будет хоть немного справедливости. Пожалуйста. Я хочу на свободу, иначе стерилизацией Хозяин не ограничится. Он меня сломает, а мне нельзя…

Сморгнув слезы, спускаюсь на первый этаж и упираюсь в еще одну дверь. Дергаю за ручку. Еще раз. Еще.

«Ну какого черта ты не открываешься?» — хнычу мысленно, пнув ее ногой.

Кидаю папку на ступеньки, осматриваюсь и только сейчас замечаю прямоугольное окно, расположенное высоко от пола, но, если подтянуться, я смогу в него выбраться. Вопрос в том, хватит ли силы в моих руках на то, чтобы себя поднять.

Не знаю, вселенная или адреналин, а может они вместе все же решили мне помочь. Но с третьей попытки мне удается дотянуться до ручки и открыть это подобие большой форточки.

Срываюсь вниз и повторяю снова, чем-то поцарапав ладонь. Ныряю в окно и мешком плюхаюсь в снег, в этот раз радуясь, что он не растаял. Получаю пару новых синяков, но даже не заостряю на этом внимание.

Сделав вдох морозного воздуха, поднимаюсь и, прижавшись к стене, двигаюсь за угол здания, чтобы рассмотреть дальнейший путь отхода.

Так, Лия, дышать. Забор. За ним твой шанс … на что-то. Пока просто шанс. Все просто. Надо добежать, пролезть между широко расставленными прутьями и оказаться среди людей.

Сколько прошло времени? Вечность?

Трогаю ошейник. Отчетливее чем обычно, ощущаю электроды, впивающиеся в кожу как зубы вампира.

Значит не так уж и много. Наверное, несколько минут. Три — четыре?

Стрельнув взглядом по верхам, обращаю внимание, что здесь нет