Жестокие тайны - Морган Бриджес Страница 32

Он крепче сжимает мое горло, двигает рукой все быстрее и настойчивее. Я вся дрожу, отзываясь на каждое его прикосновение. А когда он стискивает мое горло так, что я уже не могу вдохнуть, паника переплетается с наслаждением, обостряя все мои чувства.

Я перехватываю его руку, пытаюсь оттолкнуть ее, но тут внутри начинает нарастать оргазм. Ксавье не отпускает меня. Наоборот, сжимает горло сильнее, и перед глазами начинают плясать черные точки.

– Тсс. Доверься мне, – шепчет он, прижимаясь губами к моему виску. Звучит так нежно, а ведь он меня практически душит. – Меня мучит жажда, Делайла. Давай же, дай мне своей влаги, залей мне всю руку.

Мне не хватает воздуха, перед глазами темнеет, но желание кончить становится кристально ясным. И все же инстинкты берут верх: я вцепляюсь в его руку, пытаясь высвободиться, раздираю ногтями кожу до кровавых полос.

Но его моя жестокость только подстегивает. И меня тоже.

Ксавье кусает меня за ухо, и боль становится последней каплей, запускающей разряд, от которого меня выворачивает наизнанку. Только тогда он разжимает руку на моей шее, позволяя глотнуть воздуха. Чтобы я могла закричать.

И кончить.

Так сильно кончить.

– Охрененная девочка, – хрипло выдыхает он мне в ухо, вдавливая свой член в мою задницу сквозь ткань платья.

Удовольствие волна за волной накатывает на меня, и я прогибаюсь в пояснице. Наслаждение такое мощное, что ноги дрожат, колени слабеют, и я вот-вот упаду. Единственное, что удерживает меня на ногах, – это рука Ксавье между моих бедер. Он продолжает ласкать меня, растягивая наслаждение, выжимая из меня каждую каплю оргазма, пока я не оседаю на него, все еще дрожа.

Все это время он шепчет слова похвалы. И в голосе его такая нежность, что я не могу удержаться и не заглянуть ему в лицо. В его глазах смесь самодовольства и… восхищения. С его эго я могу справиться. Но вот восхищение выбивает у меня почву из-под ног.

Никто никогда не смотрел на меня так, словно одновременно хотел бы трахать и поклоняться.

– Чего уставился? – грубо спрашиваю я.

– Любуюсь своей невестой.

– Я не невеста. Никому не невеста. И уж точно не тебе.

Ксавье проводит костяшками пальцев по моей щеке – почти с нежностью. Потом вытаскивает руку из моих трусиков и подносит ее к моему лицу. Пальцы блестят от смазки.

Он наклоняется и медленно, тщательно облизывает ладонь. Представляю его язык на своем клиторе, и меня пробирает стыд, а вместе с ним внизу живота снова вспыхивает желание.

– Черт, как же вкусно, – стонет он. – Я никогда не забуду этот вкус. Все время теперь буду его жаждать.

Я сжимаю бедра, все еще ощущая отголоски оргазма. Его слова… шокируют, возмущают, но и… воспламеняют. Хочется возненавидеть его и себя, но не хватает сил, к тому же я слишком удовлетворена, чтобы испытывать такие бурные негативные чувства.

– Открой рот, – приказывает он.

Я послушно разжимаю губы. Подчиняюсь молниеносно. Почему он имеет над моим телом такую власть? Он прав: я не хотела, чтобы он останавливался.

Сомкнуть губы я не успеваю, его пальцы уже у меня во рту, и я ощущаю свой вкус на его коже. Ксавье рычит мне в ухо, и я слышу в звуке его голоса и похвалу, и ярость. Вытащив пальцы, он удерживает меня за подбородок и впивается в мои губы, теперь я еще и на его языке ощущаю свой вкус.

Терпкий, соленый – напоминание о том, что только что произошло. О том удовольствии, что он вырвал у меня. И о моей слабости.

Я отталкиваю его. К моему удивлению, он не противится. Я вытираю рот тыльной стороной ладони, а он лишь ухмыляется.

– Делайла…

– Да пошел ты…

Он издает низкий глухой смешок.

– На второй раунд? Обязательно!

Я смотрю в сторону поляны. Свобода так близко, что я почти чувствую ее, но не представляю, как проскочить мимо Ксавье. После того, что я позволила ему сделать… после того, что он заставил меня чувствовать… он для меня опаснее, чем сам Орден.

– Даже не думай, – предостерегает он. – Если побежишь, я тебя поймаю. И в этот раз кончишь не только ты.

Я вздрагиваю, расслышав в его голосе ярость… Вздрагиваю оттого, что понимаю – он не шутит.

– Придурок!

– Ага. И очень возбужденный. А все ты виновата. – Он поправляет член в штанах, и я невольно слежу за ним глазами. Ксавье ловит мой взгляд и ухмыляется. – Не переживай, маленький ястреб, скоро узнаешь, каково это – когда он заполняет твою тугую киску.

В горле у меня пересохло. Хочу послать его, но не могу вымолвить ни слова. И думать не желаю, почему это происходит.

Смотрю на поляну. Так близко… Если бы только я могла проскользнуть мимо него, все было бы кончено. Но он не позволит. Этот парень слишком решителен. И слишком силен. У меня остается только один вариант.

– Отпусти меня, – прошу я вкрадчиво. – Пожалуйста.

– Никогда, – качает головой он.

– Зачем ты это делаешь? И при чем тут это сраное братство?

– Дело не в нем. Дело в тебе.

– Во мне? Но почему? – растерянно моргаю я.

– Я все объясню позже. Но сейчас тебе нужно понять одно: только я могу тебя защитить.

Я качаю головой, не в силах принять его слова.

– Мне не нужна твоя помощь.

– Знаю. Тебе нужна свобода. Но даже если ты не хочешь моей помощи, она нужна тебе. Орден заинтересовался тобой, иначе тебя бы не пригласили на эту церемонию. И свободу ты сможешь получить только через меня.

– Что за бред!

– Со временем поймешь, – пожимает плечами он.

– То есть ты хочешь сказать, что мне от тебя не избавиться?

Он кивает и криво улыбается:

– Пока смерть не разлучит нас, невеста моя.

– Мой контракт всего на год, – вздергиваю подбородок я.

– Это пока.

Глава 28. Делайла

Ксавье хватает меня за руку и рывком притягивает к себе. Я с силой врезаюсь в него, от удара сбивается дыхание. В себя прийти не успеваю – он подбирает маску и сует в задний карман брюк.

А потом шагает вперед.

Меня он тащит за собой, и я следую на заплетающихся ногах. Оглядываюсь на поляну, глаза жжет от подступивших слез, которым я не могу позволить пролиться. Отчасти мне все еще хочется сбежать от Ксавье, от всего этого безумия. Но в ушах по-прежнему звенит голос, угрожающий трахнуть меня.

Я стараюсь выбросить этот