Квест по мирам с принцем обмана - Анна Бахтиярова Страница 94

— Тогда ты первый, — сказала я брату и спешилась. — Не готова я быть первопроходцем. Я самолетов-то боюсь, не то, что крылатых коней.

Винсент кивнул и занял мое место. Он не боялся. Ни капли. Шепнул команду Яхонту, и тот взмыл в небо. Нам оставалось смотреть, как крылатый «транспорт» уносит моего брата к храму, становясь всё меньше и меньше.

— Винсент изменился, — констатировал принц.

— Время лечит. Как и тепло близких. Хотя вряд ли он оправится до конца. Как и Джулиана.

— А ты? Ты оправилась? Приняла новую жизнь?

— Тебе-то какая разница?

Пусть злость и ушла, мертвый мир разрушителей продолжал на меня влиять, делая ершистой.

— Почему ты думаешь, что мне нет до тебя дела, лапуль? — спросил принц, глядя странно. И вдруг добавил: — Я скучал. По тебе и… твоему вздорному характеру.

Хотелось брякнуть: «А я нет». Но промолчала. К тому же, нельзя сказать, что я не вспоминала принца обмана. Он меня бесил. Временами до дыма из ушей. И всё же иногда становилось грустно, что всё закончилось скомкано, и я даже не узнаю, как сложилась его жизнь.

Но я не собиралась в этом признаваться.

— Забыла спросить. Искателям удалось выяснить, что за скелеты бегали по коридорам Жемчужины Ронды?

— Нет. Их замечали в разных мирах еще несколько раз. Но ни одного не поймали. Они исчезали так же внезапно, как и появлялись. Теорий у наших ученых много. Но ни одна не выдерживает критики.

На этом разговор прервался. К нам возвращался Яхонт. Один.

— Твоя очередь, — принц подмигнул. — Или хочешь полететь последняя?

— Нет, — я поставила ногу в стремя. Ни к чему показывать, что нервничаю.

Но едва копыта особенного коня оторвались от земли, сердце едва не остановилось. Нет ни страховки, ни защиты. Качнешься и свалишься с высоты. Мелькнула мысль: а не обхватить ли Яхонта за шею? Но я ее отринула. Вдруг это помешает коню лететь? А мы уже высоко. Земля отдаляется с каждой секундой, а рядом хлопают мощные крылья. Я старалась не смотреть вниз. Только на приближающийся храм.

Полет показался вечностью. И спешиваясь с коня на скале, я чувствовала себя невероятно счастливой. Не верилось, что долетала, а не вывалилась из седла по пути.

Винсент ждал у запертой двери. Не пытался открыть. Хотя ключ висел на его шее.

— У вас с Эдвардом что-то было? — спросил он вдруг, когда Яхонт отправился в третий рейс.

— С чего ты взял? — я постаралась, чтобы тон звучал небрежно.

— Сделал вывод из вашего общения.

— Он с первой встречи звал меня лапулей. В его мире у этого обращения иной смысл.

— Дело не только в обращении. Между вами есть… напряжение.

— Кое-что было, — призналась я нехотя. — Но это не о чувствах. А о выплеске накопившейся энергии. Эдвард Лоренгельм меня не интересует.

— А вот ты его определенно.

Я посмотрела на брата снисходительно. Мол, не придумывай.

Продолжать разговор не стала. К тому же, принц обмана был на подходе. Сидел в седле уверенно. Будто по земле конь скакал, а вовсе не по небу летел. Впечатляющее зрелище, надо признать. Принц спрыгнул на скалу и широко улыбнулся. Явно оклемался после пути разрушителей. И был… собой.

Винсент шепнул команду Яхонту, чтобы далеко не улетал и ждал нас. Без него-то нам точно не спуститься. По крайней мере, живыми.

Конь поднялся в воздух и принялся летать над храмом. Развлекался, но не отдалялся.

— Никого не смущает, что сумерки не сгущаются? — спросил принц. — В любом другом мире они скоротечны. Быстро наступает настоящий вечер.

— Может, теперь они тут вечны, — предположила я. — Солнце погасло, или что-то вроде того. Зелени-то внизу нет. Ничего не растет без солнечного света.

— Как скажешь, — принц передернул плечами. — Но это как-то неправильно. Даже в моем мертвом мире в будущем небо было небом, а солнце солнцем.

— Этот мир столкнулся с проблемами раньше остальных, — вспомнила я. — Может, в этом дело? Хотя… не хочу думать ни о сумерках, ни о том, что здесь происходило. Давайте сделаем то, что должны. Открывай дверь, — велела я брату.

Моя кровь забурлила. Хотелось действовать. Узнать, наконец, что задумала Ронда.

Винсент дунул в свисток, и тяжелая дверь, на которой не было и намека на замочную скважину, отворилась со скрипом. Мы переглянулись, и я первая вошла в храм. Внутри было темно, но стоило переступить порог, как в подсвечниках на стенах вспыхнули длинные свечи. Мне полагалось испугаться, наверное. Но я даже не вздрогнула. Свет-то нам очень даже требовался. От окон толку мало. За ними вечные сумерки. К тому же всё внимание сосредоточилось на каменном алтаре в конце единственного зала.

Винсент вошел вторым и чихнул. Здесь давно никого не было, и всё вокруг покрывал внушительный слой пыли.

— Так странно, — пробормотал принц, вошедший последним. — Мне снилось это место. В детстве. Я видел, как держу руками эту штуку, — он кивнул на алтарь. — И не даю крутиться.

— То есть, нам лучше ничего не делать? — спросила я, а сама поежилась.

Помнится, меня во сне преследовал приграничный мир, и в итоге пришлось там поселиться. Хотя и не собиралась. Если и сны принца вещие… Нет, я не хотела об этом думать.

— У меня нет ответа, лапуль. Книга привела сюда. А значит… Нужно ответить на вопрос, доверяем ли мы Ронде. Вдруг она не хочешь спасать сад, а вся ее забота о других мирах — ложь? Может, единственное, что ей нужно — возродить разрушителей при помощи того самого особого потомства — вас двоих?

— Это ты нас сюда притащил, — напомнила я.

— Знаю. Другого вариант спасти мой мир не существует. И всё же…

— Не попробуем, не узнаем, — вмешался Винсент. — Загляни в книгу, Натали.

Я подчинилась не сразу. Сначала спросила:

— А ты веришь Ронде? Чувствуешь опасность?

— Нет. Знаю, что придется сделать некий выбор. Ничего не изменилось.

— Ладно, значит, продолжим.

Я извлекла из-под одежды книгу. Открыла, но не обнаружила ничего нового.

— Видимо, сначала нужно «открыть» алтарь, — проворчала, глядя на правильный каменный круг. — Где ключ, переданный Виком?

Принц молча извлек его из кожаного мешочка и протянул мне. Я оглядела алтарь. Не нашла никаких замков или просто выемок. Поэтому сделала то, что пришло в голову — положила ключ на алтарь — прямо посередине.

Сначала показалось, что в этом не было смысла. Но потом раздался скрип. Правильный круг «ожил». Медленно поехал,