Измена дракона. Ненужная жена больше не вернется - Ангелина Сантос Страница 9

— Вы тоже переплетали?

— Я больше считала и с заказчиками разговаривала. Мужу было проще новую книгу собрать, чем попросить оплатить старую.

Она сказала это без улыбки, но я неожиданно улыбнулась сама.

— Мне знакомо.

— Тогда за собой следите. Бумагу еще можно купить в долг, а жить все равно на что-то надо.

Я подошла к зеркалу. Оно было достаточно широким, чтобы видеть платье целиком. Перед ним оставалось место для примерки. За ширмой женщина могла переодеться, не оказываясь на виду у окон.

— Прежняя жилица в прошлом месяце к дочери перебралась, — продолжила Рута. — За мебель мы с ней рассчитались. А материалы вам свои понадобятся, нитки и товар она забрала.

Я кивнула. У меня оставались запасы из дома, для первых заказов должно было хватить.

Я попробовала открыть правую створку. Она подалась туго, с коротким скрипом.

— В сырую погоду заедает, — сказала Рута. — Закрывайте сразу за обе ручки, иначе перекашивает. Я хотела попросить, чтобы подогнали, да все откладывала.

Я осторожно прикрыла окно. Створку можно было подогнать. Если дело только в ней, помещение мне подходило.

Рута повела меня наверх по отдельной лестнице со двора. Жилая комната была меньше мастерской, но в ней помещались кровать, комод и столик возле небольшой печи. Рядом с печью оставили полку для посуды. В углу стояла пустая подставка под таз.

— Вода во дворе, помпа справа от ворот. Дрова будете покупать сами. С уборной там же разберетесь, покажу. Белье сушим за навесом, чтобы опилки не летели. Со двора иногда шумят: у Гаррета Брана экипажная мастерская. Днем стучат, к вечеру заканчивают.

— Здесь можно готовить? — спросила я, поворачиваясь к печи.

— Можно. Дымоход прочистили. Только сначала покажу, как заслонку ставить, она тугая.

— Сколько вы просите за все вместе?

— Двенадцать серебряных в месяц. За первый вперед и шесть залога. Мебель здесь есть, мне нужно знать, что с ней ничего не случится. При выезде верну, если все в порядке. Об уходе предупреждайте за две недели.

Я посмотрела на свои руки. В пансионе у меня оставались сундук, два ящика и короб со свадебным платьем. Они могли поместиться здесь, и еще осталось бы место для меня самой.

— Я бы хотела начать с завтрашнего дня.

— Хорошо. А жить сколько вас будет?

— Я одна.

— Тогда двенадцать. Если потом что-то изменится, поговорим заранее.

Рута спустилась за бумагой, оставив меня в комнате. Я села на край кровати. Мне предстояло купить таз, кувшин и посуду, разобраться с печью, перевезти вещи. До выплаты по договору оставалось больше недели.

Я достала кошелек и пересчитала деньги. После аренды и залога их хватало на еду и самое необходимое. Если не покупать ничего для красоты. Если первое время обойтись тем, что есть.

Я прикинула, куда поставить сундук, чтобы не задевать крышкой подоконник. Потом снова огляделась. Мне хотелось остаться здесь.

Внизу скрипнула дверь. Я убрала кошелек и пошла к хозяйке.

Мы составили короткий договор. Рута перечислила мебель, я проверила список и вписала свое имя. Восемнадцать серебряных легли на стол. Она пересчитала их, написала расписку и придвинула мне оба ключа.

— Можете сегодня начать устраиваться. За лишний день не возьму, все равно комната пустая. Понадобится чайник — постучите ко мне, дам на время.

— Спасибо. Я завтра привезу вещи.

Она показала помпу и место для дров. В мастерской нужно было вымыть пол и зеркало, но сначала я решила зайти в лавку за нитками. Для темных переделок годились не все старые катушки, а хороших тонких игл было мало. Я заперла дверь и убрала ключи в сумку.

В лавке возле рынка меня узнала хозяйка. Мы были знакомы еще по маминой мастерской: она держала прилавок с тесьмой и пуговицами и знала, кто из портних брал срочные заказы, а к кому лучше идти за сложным платьем.

— Опять для невесты? — спросила она, увидев меня. — В прошлый раз такие светлые нитки брали, я думала, вам до осени хватит.

— Теперь для работы. Я снимаю мастерскую у Руты Денс.

Лавочница отложила моток тесьмы.

— Вы вернулись к заказам?

Я кивнула. Она оглядела меня, словно хотела спросить еще что-то, но вместо этого выдвинула ящик с иглами.

— Эти возьмите. Подороже, зато не гнутся. А черные нитки вон те, справа, они крепче.

Пока она собирала покупку, я спросила, сколько сейчас берут за обычную переделку платья. Названные цены оказались выше тех, что остались в моей тетради. Я переспросила о подоле.

— Конечно, смотря какая юбка, — сказала она. — Но за восемь медных вам уже мало кто возьмется, если аккуратно руками. Вы цену не ставьте раньше, чем вещь увидите.

— Я помню.

И тут же поймала себя на том, что хочу объяснить, почему все-таки возьму дешевле: у меня нет заказчиц, меня давно никто не знает как портниху, мне сначала нужно показать работу. Лавочница ждала, пока я выберу нитки, и ничего такого не спрашивала.

За небольшую покупку я заплатила одну серебряную монету.

— Слушайте, у меня невестка ищет, кому платье отдать, — сказала хозяйка, заворачивая катушки. — Надеть может, а ходить неудобно, тянет под рукой. В лавке уверяли, что разносится. Я ей говорю: платье вам не башмаки, чего вы ждете? Посмотрите?

— Посмотрю. Только обещать переделку смогу после примерки. Иногда ткани в швах просто не хватает.

— Вот вы ей и объясните. Когда приходить?

Я едва не предложила завтра утром. Потом вспомнила сундук, пыльные полки, зеркало, которое надо вытереть. Завтра в мастерской еще не будет ни одной вещи на своем месте.

— Послезавтра, в десять. Ей будет удобно?

— Будет. Она как раз в эти дни свободна. Я ей сегодня скажу.

Я написала на клочке бумаги адрес двора и объяснила, какой вход ей нужен. Лавочница положила записку в ящик, где держала личные вещи.

— Платье пусть принесет и то белье, с которым собирается носить, — добавила я. — Иначе мы можем поправить не то, что нужно.

— Скажу. Не волнуйтесь, она придет.

Мне показалось, что я слишком заметно обрадовалась. Я убрала покупку в сумку, поблагодарила и вышла, прежде чем начала задавать лишние вопросы.

На улице я еще раз достала ключи. Два небольших ключа на простом кольце, которое Рута сняла со своей связки. До пансиона можно было дойти напрямик, но я повернула обратно к ремесленному двору.

Отперев мастерскую, я открыла окно и развернула тетрадь на чистой странице. Сначала записала время примерки. Затем стала выписывать работу, которую могла брать без долгой подготовки: подшить подол, поправить посадку простого платья, заменить