Салейские хроники - Екатерина Ивановна Гичко Страница 80

репутации и мошеннического удержания больных на территории монастырей им светит уклонение от выплаты налогов с доходов. Но об их участии в деятельности монастыря мы узнали не так давно и не успели собрать информацию, доказывающую их вину. На то, чтобы всё сделать по закону, потребуется время.

— А нам надо делать по закону? — задумчиво приподнял брови молодой хайнес — главный представитель закона в стране.

Присутствующие переглянулись. Все они, бесспорно, закон уважали, но так же регулярно его нарушали. Иерхарид и Врей на благо государству, Винеш во имя здоровья больных, Вахеш ратовал за благополучие семьи, а сам молодой хайнес и упомнить не мог, когда, ради чего и что именно он нарушал. Помнил только, что много и часто.

— Я боюсь, они возьмут Ришу в заложницы. Винеш, мы можем вытащить её прямо сейчас? — Иер умоляюще посмотрел на друга.

— Мы пока разбираемся, что они там навертели в печати, но вроде ничего такого пока не нашли, — Винеш с сомнением почесал бороду. — Нам нужно повозиться, чтобы разобраться, что в ней есть и как она снимается.

— Опять время! — Узээриш посмотрел на него почти с ненавистью. — У нас его теперь нет.

— Да, времени нет, — согласился с ним Врей.

На Иерхарида было жалко смотреть. Бледный оборотень был готов прямо сейчас обернуться и броситься в монастырь вызволять жену.

— Винеш…

— Мы делаем всё, что можем! — лекарь и сам знатно нервничал. — Расшифровка печати легко не даётся.

— Тогда сыграем по правилам, как планировали раньше, — Узээриш азартно потёр ладоши.

Все удивлённо посмотрели на него.

— Сперва вытянем оттуда Ришу, а затем прищучим змеиное гнездо. Врей, продолжай раскручивать Аррана, чтобы Совет религиозного единства даже не подумал носа казать. И пусти слух, что Мнишые и остальные с ними связанные наживались на доходах ордена Типиша и вообще стоят за его основанием. Подгадим им сейчас, чтобы они не вздумали устроить несчастные случаи в монастырях. Ведь после таких слухов подозрение точно падёт на них, и родственники невинно погибших их растерзают.

Врей посмотрел на молодого хайнеса с отеческой гордостью.

— Пока они трясутся и отбиваются от нападок, как раз соберёшь все нужные доказательства. Вряд ли они успеют подчистить за собой так быстро.

— За два с половиной века должны были хорошо наследить, — согласился с ним Врей.

— И убедись, что все родственники хорошо оповещены о слухах, — коварно пропел Риш. — Будут передовым отрядом, сдерживающим агрессию врага. Слухи начнём распускать в тот же день, когда я поеду за Ришей. Так, когда у нас там ближайшая сильная непогода?

— Утром пришла весть, что с востока идёт сильный дождь, — отозвался Вахеш. — Дед ещё ворчал, что опять имение затопит… Если ветер сохранится, то монастырь попадёт под неё уже послезавтра.

— Прекрасно! — потёр руки Узээриш. — Тогда я беру Иию и Зиша и еду выручать Ришу из лап злого колдуна.

— Риш, — обеспокоенный Иер вскочил, — я сам слетаю, не надо тащить туда детей.

— А если печать расплющит голову Риши прямо за монастырскими стенами? — провокационно протянул сын.

— Я не пущу туда детей! — разъярённо оскалился отец.

— С ними ничего не случится, они будут со мной, — зарычал в ответ Узээриш. — Между прочим, мы не меньше тебя хотим, чтобы Риша наконец вернулась. И вернулась живая и здоровая! А если встрянешь, то я совру Рише, что она развелась с тобой из-за твоего тиранического характера.

— Ах ты мальчишка! — вскипел Иерхарид.

— Я здесь хайнес, и решение будет за мной!

— Ты мой сын! И хоть ты имеешь власть над всей страной, над тобой власть имею я!

— Сложи крылья и уступи дорогу молодым и сильным, — нахально отозвался Узээриш. — Я вижу, что творю, и своему дару доверяю.

— Не смей подставлять под удар птенцов!

— Они будут в безопасности. Они просто посмотрят на мамочку…

— Риш, ещё слово, и я созову совет консеров, чтобы с тебя сняли корону!

— Ха, зови! Я раз десять, если помнишь, их звал, когда ты был хайнесом. И ничего, позволяли тебе творить глупости и дальше.

Врей вздохнул. Отец и сын ссорились редко, обычно злился кто-то один, второй же оправдывался и винился. Но когда они одновременно выходили из себя, их разборки переходили все разумные границы.

— Ти-и-и-и-ха-а-а-а-а-а-а!!! — рявкнул Винеш и саданул кулаком по столу.

Столешница жалобно крякнула, и Иер с Ришем раздражённо уставились на трещину.

— План был продуман и согласован уже давно. И ты, Иер, тоже был согласен.

— Мне казалось, до этого не дойдёт…

— Мне плевать, что тебе казалось. Риш, берёшь брата и сестру, несколько отпрысков Вотых и Ёрдела.

— Если не найдёте Ёрдела, одолжим у Ранхаша Майяри, — улыбнулся Вахеш.

— Ты, — палец уткнулся в побелевшего от ярости Иера, — летишь прямо сейчас к своей благоверной и тайком следишь, чтобы с ней ничего не случилось. Тайком! Понял меня? Врей… делай то, о чём договорились, а я с печатью разберусь.

— Они маленькие… — опять вскинулся Иер.

— Я прослежу… — зарычал в ответ Риш.

— Всё, ша, пернатые! — Винеш угрюмо посмотрел сперва на одного, потом на другого. — Вроде умные мужики, но как страха хлебнёте, так как птахи пустоголовые мечетесь. Всё, разлетелись-разлетелись! Идите и тащите свою рыжехвостую прелестницу. Дворец ждёт её! Тут же ещё не всё разрушено!

Обманщик. Глава 11. «Настоящее» чудо

Весна вторгалась с боем. На первых порах она обычно деликатно теснила зиму, украдкой подтапливая сугробы и дружелюбно улыбаясь солнечным небом. Дождь выпадал нечастый и столь короткий, будто бы он сам недоумевал, что забыл в этих местах, и спешил убраться. Но постепенно новая пора разгуливалась, всё больше и больше входила во власть и теснила опостылевшую всем стужу.

В этом году всё было иначе. Солнечных дней на первый месяц весны выпало совсем мало. Казалось, что зима будет долгой, а следующая за ней пора — холодной. Но весна всё же пришла. Пришла с громом, молниями и ливнями, обложила небо плотным серым одеялом туч и сдувала ледяным ветром снег с крыш и деревьев. Зима не хотела уступать, дождь порой шёл вперемешку со снегом, холод царил такой, что под бегущей водой на земле сразу намораживалась корка льда. Ходить страшно! Но сил у старушки зимы оставалось уже немного, поистратилась за долгое время властвования, и чаще лил холоднющий дождь. Он хлестал по крышам, с рёвом сбегал по водосточным желобам, бурлил яростными ручьями, сносящими грязные островки снега, ломал ветви и с напором молотил по оконным стёклам. Порой ливень был столь плотен, что и на сажень впереди ничего видно не было.

И именно в такую непогоду, когда небо